Я сел и в помещении возникла пугающая тишина.

Берия недовольно произнес:

— Кто согласен с мнением товарищей Федотова и Судоплатова, поднимите руки!

Единогласный лес рук отрезвил Берии и он невольно понял правоту Жукова — эти дружно его и замочат в случае продолжения его политики внедрения национал-коммунизма. Кивнув, Берия изобразил улыбку:

— Раз коллегия считает, что я не прав, значит мне остается только признать ошибку. Товарищ Масленников, сегодня же подготовьте приказ от моего имени о отмене предыдущих приказов, связанных с изменением национальной политики в руководстве республик и представьте мне на подпись. Всех сотрудников вне зависимости от занимаемой должности, которые устроили склоки с сотрудниками некоренных наций, уволить во избежание начала тайных игр против центра. Далее, раз подняли головы западные разведки, требую предпринять все меры по обезвреживанию вражеской агентуры, которую будем судить показательным судом с привлечением мировых СМИ. Этот шаг покажет советскому народу плоды работы нашего министерства и позволит поторговаться с Западом по поводу судьбы захваченных сотрудников иностранных разведок. Все свободны, а товарища Судоплатова я прошу задержаться.

Оставшись одни, Берия скривил губы:

— А я вот надеялся на вашу поддержку, Павел Анатольевич. Думал, что вы сможете найти убедительные слова, дабы выставить мою заботу о национальном вопросе в других республиках в нужном для меня свете. Я то посчитал вас преданным мне человеком.

— Так я и есть ваш человек! Вот только не могу я молчать, видя как такой талантливый как вы человек идет на поводу своей кавказской крови. К сожалению вы, проработав под рукой товарища Сталина, так и не стали русским. Если вы помните, то Иосиф Виссарионович говорил о себе, что он русский грузинского происхождения.

Берия усмехнулся:

— Эти слова он произнес в мае сорок пятого года в Георгиевском зале Большого Кремлёвского дворца во время банкета по случаю Победы в Великой Отечественной войне. Товарищ Сталин поднял бокал и произнес тост: — Берия поднял взор к потолку, вспоминая прозвучавший тогда тост, затем повторил его — "Товарищи, разрешите мне поднять ещё один, последний тост. Я хотел бы поднять тост за здоровье нашего советского народа и, прежде всего, русского народа. Я пью, прежде всего, за здоровье русского народа потому, что он является наиболее выдающейся нацией из всех наций, входящих в состав Советского Союза. Я поднимаю тост за здоровье русского народа потому, что он заслужил в этой войне общее признание — как руководящей силы Советского Союза среди всех народов нашей страны. Я поднимаю тост за здоровье русского народа не только потому, что он — руководящий народ, но и потому, что у него ясный ум, стойкий характер и терпение. У нашего правительства было немало ошибок, были у нас моменты отчаянного положения в сорок первом-сорок втором годах, когда наша армия отступала, покидала родные нам села и города Украины, Белоруссии, Молдавии, Ленинградской области, Прибалтики, Карело-Финской республики, покидала, потому что не было другого выхода. Иной народ мог бы сказать правительству: вы не оправдали наших ожиданий, уходите прочь, мы поставим другое правительство, которое заключит мир с Германий и обеспечит нам покой. Но русский народ не пошёл на это, ибо он верил в правильность политики своего правительства, и пошел на жертвы, чтобы обеспечить разгром Германии. И это доверие русского народа Советскому правительству оказалось той решающей силой, которая обеспечила историческую победу над врагом человечества — над фашизмом. Спасибо ему, русскому народу, за это доверие! За здоровье русского народа!' После тоста маршал бронетанковых войск Рыбалко отметил: «Как вы, товарищ Сталин, замечательно сказали о русском народе! Откуда вы, грузин, так глубоко знаете русский народ?» — на что товарищ Сталин сердито ответил: «Я не грузин — я русский грузинского происхождения».

Я пожал плечами:

— Неужели вам, Лаврентий Павлович, хочется править всего лишь маленькой Грузией, а не огромной страной, которую Россия с огромным трудом собирала в течении нескольких столетий? А ведь вы с таким отношением к русскому народу в лучшем случае и закончите в случае распада страны. Да вот беда, этого вам не дадут и если мы, преданные вам люди смогли уберечь вас от заговора, хотя с заговорщиками пока мы и не разобрались, только не факт, что мы сможем раскрыть следующий заговор. Простите, но вас попросту в следующий раз при попытке пойти против русской империи, которая с приходом большевиков стала называться Советским Союзом пристрелят в собственном кабинете.

Берия сбледнул с лица, припомнив слова Жукова, а я же продолжил:

— В том же случае, если вы продолжите как великий товарищ Сталин укреплять страну, приращивая ее новыми территориями, не стремясь заигрывать с Западом, то поверьте: преданнее меня у вас никого не будет.

Берия насторожился, услышав слова о Европе:

— Скажите, Павел Анатольевич, разве мы не должны равняться на Европу? Когда наши войска прошли по Европе, наши солдаты увидели совсем иную жизнь, в которой присутствуют хорошие дороги, достаток во всем.

Я прикусил язык, не дав наговорить министру колкостей и развел руками:

— Лаврентий Павлович, так на то есть причины. Сами же знаете, сколько наша страна потеряла за время разрухи, вызванной гражданской войной и интервенцией. А та же Германия, к примеру, смогла улучшить жизнь своих граждан только за счет ущемления евреев и войн с соседями. Раскройте всем свой талант в ярких красках, создав жизнь в СССР не просто такой же как и в Европе, но лучше. Уверен, что возглавив страну, вы это вполне в состоянии сделать, вам это по силе.

Излив на хитрожопого министра море лести, я понадеялся, что она воздействует благотворно. Ну не хочется мне пока устранять этого кавказца. Вдруг да получится направить его на путь созидания и увеличения мощи СССР.

Берия же смотрел на меня и размышлял. Прошло минут десять. Наконец министр задал вопрос:

— Как вы считаете, как бескровно можно выполнить устремление товарища Сталина по отделению Коммунистической партии от управления государством?

— Во-первых, товарищ Сталин сделал первый шаг в прошлом году, когда он добился изменения названия Партии с «Всесоюзной коммунистической партии (большевиков)» на «Коммунистическую партию Советского Союза» — это было сделано, чтобы подчеркнуть подчинённое, государственное положение партии, а Политбюро ЦК ВКП(б) было упразднено и заменено на Президиум ЦК, который должен был заниматься исключительно делами самой партии, а не непосредственным управлением страной. Упразднив должность Генерального секретаря, товарищ Сталин стремился ликвидировать практику единоличного вождизма, сделав руководство коллективным. В новый Президиум ЦК вошли двадцать пять человек, большинство из которых были не партийными функционерами, а государственными деятелями, подчинёнными председателю Совета Министров и Верховному Совету. Жаль, что все эти инициативы вождя столкнулись с мощным сопротивлением внутри партийного аппарата. Партийная номенклатура опасалась потери влияния и контроля, видя в реформах угрозу своему привилегированному положению. Кроме того, сложная международная обстановка отвлекли ресурсы и внимание от задуманных преобразований. Смерть товарища Сталина окончательно прервала эти попытки реформирования. Поэтому сразу после ареста заговорщиков предлагаю созвать в августе пятую сессию Верховного Совета, на которой принять обновленную Конституцию, в которой предусмотреть реорганизацию советских социалистических республик в автономные, лишив их права выхода из состава Советского Союза. Помимо этого закрепить невозможность внесения изменений в Конституцию относительно неделимости страны на суверенные государства и передачу части территории страны другим государствам. А также невозможность изменения социалистического строя государства, так я противник социального неравенства. А то не дай Бог найдется тот, кто будучи во главе страны, решит сделать подарок соседям, или решит предать интересы своей страны. И конечно же предусмотреть лишение занимаемой должности с привлечением к уголовной ответственности за подобные попытки изменения и нарушения Конституции. Даже если это будет официальный глава страны. Да, раз разговор зашел о главе государства. Я предлагаю реорганизовать Президиум Верховного Совета и принять должность Председателя Верховного Совета СССР. Это позволит усилить единоначалие и формальный статус. В отличие от коллегиального Президиума, Председатель Верховного Совета получит значительные единоличные полномочия. Он станет высшим должностным лицом государства, представляющим СССР внутри страны и в международных отношениях. Председателю Верховного Совета будет поручено представлять Съезду Верховного Совета кандидатуры для назначения на ключевые посты: первого заместителя председателя Верховного Совета, членов Комитета конституционного надзора, председателя Совета министров, генерального прокурора и других высших должностных лиц. На этой же сессии необходимо обнародовать новый экономический курс. Приоритет необходимо отдать развитию лёгкой и пищевой промышленности, а также производству товаров народного потребления. Возможно стоит сократить военные программы, снизить налоги для крестьян и списать недоимки прошлых лет. Эти меры помогут повысить жизненный уровень населения. Помимо уже имеющихся кооперативов, колхозов и артелей, разрешить фермерские хозяйства, разрешив единоличные методы ведения сельского хозяйства и индивидуальное предпринимательство в сфере бытовых услуг. Пусть если есть возможность, люди удовлетворяют бытовые потребности других людей: чинят вещи, приводят в порядок одежду, поддерживают чистоту, заботятся о здоровье и так далее. Цель — сделать жизнь комфортнее и улучшить бытовые условия.