Подготовлено обвинение вас в шпионаже, в попытке захвата власти и похищении женщин с последующим принуждением их к сожительству. В качестве доказательства последнего факта хотят допросить вашего начальника охраны, который якобы похищал по вашему приказу прямо на улицах девиц и замужних женщин. Помимо вас планируется арест и других товарищей. Доподлинно известно, что подготовлен предварительный список кандидатов, в который на данный момент входят: Меркулов, Кобулов, Гоглидзе, Мешик, Деканозов, Масленников, Влодзимирский, Судоплатов, Эйтингон, Обручников, Емельянов и Ручкин. Однако список может и пополниться, что не исключено. Целью Хрущева является занятие поста председателя правительства и первого секретаря ЦК КПСС, а затем и а затем и избрание Председателем Совета министров."

Берия ошарашенно бросил письмо на столешницу и расстегнул верхние пуговицы кителя — ему вдруг стало тяжело дышать.

Он и Жуков были и товарищами по несчастью. Над обоими сгущались сталинские тучи. В начале 1950-х гг. вождь уже расстрелял четырёх генералов, двух маршалов и крупнейших руководителей страны по «Ленинградскому делу». Нисколько не лучше, чем у Жукова, вышвырнутого из столицы во второстепенные округа, к 1953 г. была ситуация и у Берии, что не могло не сближать их. В это время по команде Сталина вовсю раскручивалось так называемое «Мингрельское дело», а НКВД было приказано искать «большого мингрела». Его и Жукова роднило также сходство взглядов на вредную для дела роль парткомов и всей партийной вертикали.

Берия понимал, что в случае провала с его уничтожением политический расклад в верхнем слое руководства вполне мог сложиться не в пользу хрущёвского блока. Позиции Маленкова и особенно Жукова могли стать решающими и вряд ли в пользу затеявшего переворот Хрущёва. Нужно отдать ему должное: Никита Сергеевич пошёл ва-банк и рисковал головой в случае утечки информации о его планах. Риск перехвата оперативных сведений спецслужбами и провала такой операции был огромен. И этот слив планов Хрущева сейчас у него на столе. Мысль о том, что это письмо является дезой, Берия отмел сразу. Слишком просто можно было убедиться в его достоверности. Тем более, что перед ним был перечень тех, кто явно мешал Хрущеву состряпать дело против министра внутренних дел. Жаль, что министр государственного контроля СССР Меркулов болен. В 1952 году у него случился первый инфаркт, а через четыре месяца — второй. Необходимо отправить шифровки министру внутренних дел УССР Мешику, министр внутренних дел Азербайджанской ССР Емельянову, министру внутренних дел Грузинской республики Деканозову и начальнику УМВД Ростовской области Ручкину!

Не медля ни минуты, Берия вызвал к себе начальника Главного управления советским имуществом за границей (Главк при Совете министров СССР) Кобулова, члена коллегии и заместителя министра внутренних дел СССР Масленникова, члена коллегии министерства внутренних дел и начальника 3-го управления (контрразведка в Советской армии и ВМФ) Гоглидзе, начальника Следственной части по особо важным делам МВД СССР Влодзимирского, начальника Управления кадров МВД СССР Обручникова, начальника 9-го отдела Судоплатова и его заместителя Эйтингона.

Когда все заняли места за столом для совещаний, Берия зачитал анонимку, при этом пристально вглядываясь в глаза каждому, чья фамилия была упомянута в этом письме, пытаясь прочесть в них реакцию на тот факт, что его имя занесено в список подлежащих аресту. Увидев у некоторых растерянность, Берия ухмыльнулся и решил ковать, пока горячо:

— Хочу услышать ваше мнение о этом письме и его авторе, который умудрился оставить его среди корреспонденции в секретариате.

Масленников как старший по должности поднялся первым:

— Я считаю, что это не фальшивка! И к этой анонимке стоит отнестись с полной серьезностью. Предлагаю установить за предателями Серовым и Кругловым наблюдение с прослушкой их разговоров.

Я решил, что это предложение полная хрень и возразил:

— Слежку во-первых, могут обнаружить, во-вторых, среди наружки и технарей из прослушки могут быть люди предателей.

Берия с интересом прищурился и склонил голову набок:

— И что вы предлагаете, Павел Анатольевич?

— Считаю, что необходимо изолировать обоих предателей силами моего отдела на нашей подмосковной базе и допросить с пристрастием. Если они оба не виновны и являются вашими преданными сотрудниками, то вы, товарищ министр, поздравите их с присвоением очередного звания, ну а если нет, то они погибнут в автомобильной аварии. И тянуть с этим нельзя, пока об этом письме знает ограниченный круг лиц. Тем более, что переворот намечен уже на этот месяц. Может у нас совсем нет времени на подготовку к противодействию членов Политбюро, решивших нарушить законы Советского Союза. Хрущёв уже имеет опыт заказного террора и вполне может пойти на ваше физическое устранение. По моим данным он был одним из «заказчиков» убийств украинского революционера и националиста Александра Яковлевича Шумского и греко-католического епископа Теодора Ромжи, чье влияние на верующих вызвало резкое недовольство тогда еще первого секретаря ЦК Компартии Украины Никиты Хрущёва. Более того он, вероятно, сыграл главную роль в ликвидации командующего Первым Украинским фронтом генерала Николая Фёдоровича Ватутина, который, будучи раненым, находился на «излечении» практически до смерти, под «опекой» Хрущёва в его особняке в Киеве. Хрущев несмотря на свою простоватость хитрый и крайне подлый человек, являющийся невыявленным троцкистом.

Мой верный заместитель вскочил со стула:

— Я тоже согласен с товарищем Судоплатовым, такое подозрение не терпит отлагательства проверки.

Берия смотрел на верноподданническое выражение лица начальника Девятого отдела и раздумывал о том как ему стоит его поощрить, готового в отличие от Масленникова на жесткие меры, готового противодействовать всесильным членам Политбюро. Затем Берия произнес:

— Товарищ Судоплатов, если вы получите признания и подробные планы заговорщиков с указанием всех причастных, то вы займете место моего заместителя по контрразведке. А товарищ Эйтингон займет ваше место, возглавив Девятый отдел. А товарищ Масленников займет место моего Первого заместителя. Я прикажу Серову и Круглову вместе с вами, Павел Анатольевич, провести немедленную проверку нашей подмосковной базы по подготовке диверсантов. Как только вы окажетесь втроем на ее территории, немедленно арестуйте обоих и начните допрос. Суток вам хватит, товарищ генерал-лейтенант? Кстати, мною заготовлено представление о присвоении вам очередного специального звания — генерал-полковника МВД СССР. Я подскочил и вытянулся поняв, что только что из уст министра получил официальное уведомление о моём повышении в звании, которое документально оформится в ближайшее время.

— Я уверен, что ваш приказ я выполню раньше и сразу доложу о результатах, товарищ министр!

На следующее утро я уже ожидал в приемной министра с отчетом. Как только оба заместителя Берии прибыли со мной на нашу секретную базу, их сразу арестовали предупрежденные мною сотрудники моего отдела. Каждому выделили отдельную камеру и я лично провел допрос Круглова. Круглов после иголок под ногтями сломался первым, а после очной ставки с ним раскисший Серов также дал признательные показания

Берия с интересом ознакомился с отпечатанными на машинке признаниями Круглова и Серова с их подписями.

Круглов возглавил НКВД в 1946 году, когда в послевоенные годы политическая атмосфера стала гораздо мягче. Берия к тому моменту целиком сосредоточился на кураторстве атомного проекта, оставив вместо себя руководить верного заместителя. Вскоре наркоматы преобразовали в министерства, а НКВД разделили на сугубо полицейское министерство внутренних дел и разведывательно-политическое министерство государственной безопасности, так Сталин попросту опасался настолько мощной службы. Так или иначе, Круглов остался главой полицейской половины бывшего наркомата, занимая пост министра внутренних дел вплоть до смерти Сталина в 1953 году. Там он не запомнился никакими решительными и яркими шагами, зато вскоре ему выпала уникальная роль. Когда умер Сталин, Берия возглавил МВД, а после очередной перетасовки ведомств весной 1953 года вновь влил в него органы госбезопасности. Новая партийная верхушка боялась таланта бывшего сталинского наркома плести интриги и потому решила превентивно обвинить его в подготовке переворота. Круглов решил предать своего многолетнего начальника и покровителя, влившись в ряды борцов с вымышленным переворотом и собирался принять активное участие в аресте и допросе Берии, надеясь стать новым главой МВД.