— Что именно вы слышали?

— Поставщик сказал, что состав одобрен герцогиней Морвен. — Раль провёл ладонью по лицу. — Для будущего укрепления молодой леди, если дом сочтёт нужным.

— Молодой леди? — тихо повторил Адриан и выругался так, что северная травница посмотрела на него почти уважительно.

Грейвс быстро записывал, а Каэль не сводил глаз с лекаря.

— Наследнице Вейр? — уточнила я.

Раль не ответил.

— С какого времени?

— Первые закупки начались три года назад. Малые партии. Формально для графини Селесты. Потом появился отдельный состав. Более сильный. Его ещё не применяли.

— Пока, — произнёс Каэль.

Лекарь посмотрел на него.

— Пока.

Мне понадобилось движение, поэтому я поднялась и подошла к камину. Огонь почти не грел.

— Такой состав может оставить ложный след родовой магии? — спросила я, повернувшись к северной травнице.

Она прищурилась.

— Сам по себе нет.

— А если рядом есть вещь, связанная с кровью наследницы?

— Кулон, кольцо, перо с герба, ткань с кровью, старая печать… — травница перечисляла, загибая пальцы. — Тогда попытаться можно. Настоящую магию не создашь, но отклик размажешь так, что он будет похож на слабый след хозяйки.

— Значит, состав мог быть нужен не только для болезни?

— Да. Для подчинения отклика. Для подлога. Для чужой руки, которая хочет говорить голосом крови.

— Тогда речь уже не просто о злоупотреблении лекарскими средствами, — Грейвс поднял глаза от записей.

— Нет, кровь узнаёт правду, а вот судьи часто узнают только то, что им заранее положили на стол.

Я вернулась взглядом к травнице.

— Такой след можно было бы использовать как доказательство?

— Если никто не станет проверять достаточно глубоко, слабый отклик можно выдать за настоящий.

— Значит, подготовка к магическому подлогу, — заключила я.

Доктор Раль побледнел так, будто слово «подлог» ударило его сильнее всех угроз Адриана.

— Я не знал, для чего именно…

— Но знали, что состав не лечебный.

Он опустил голову и спорить не стал, а я вернулась к столу.

— Показания, мастер Грейвс.

Поверенный подтянул к себе подготовленный лист.

— Доктор Раль подтвердит закупки, составы, назначение графине Селесте и получение рецепта через «Морн и сыновья» с упоминанием герцогини Морвен. Также подтвердит, что отдельный состав предназначался для молодой наследницы дома Вейр и не имел обычных медицинских оснований.

— Нет, — перебил лекарь.

— Что? — Адриан сразу поднял голову.

Раль сглотнул.

— Я подпишу всё. Но последнюю фразу нужно изменить.

— Почему? — Грейвс прищурился.

— У состава было основание. — Лекарь посмотрел на меня. — Не медицинское. Магическое.

Тишина стала плотнее.

— Объясните.

— В сопроводительной записке было сказано, что наследница Вейр «слишком крепко держит отклик крови». Я не должен был понимать эту формулировку, но понял. — Раль запнулся и всё-таки договорил: — Состав должен был не просто ослабить наследницу, а сделать её магию… послушнее чужому направлению.

— Послушнее? — северная травница резко втянула воздух.

Адриан побледнел от гнева, а Каэль не сказал ничего, и от его молчания стало только страшнее. Я медленно села, потому что теперь не чувствовала ни холода, ни боли. Осталась одна ясность.

— Тогда записывайте именно так. — Я посмотрела на Грейвса. — Состав предназначался для нарушения свободного отклика крови наследницы Вейр.

— Это серьёзное обвинение.

— Хорошо. Пусть серьёзные люди начнут беспокоиться.

На подписание ушло двадцать минут.

— Здесь перепишите, — Грейвс спокойно подвинул Ралю лист после того, как дрогнувшее перо второй раз оставило кляксу. — Полностью.

— Вы понимаете, что я едва держу перо?

— Понимаю. И всё же суду будет удобнее читать показания, а не угадывать их.

Северная травница тем временем забрала пузырьки и списки трав, а Мира исчезла раньше, чем я успела дать новое поручение. Вернулась она с короткой запиской в пальцах.

— Люди у дома Элсмеров видели Берна. Он отправил мальчишку в лечебный квартал.

— Когда?

— Недавно.

Я забрала записку.

— Следите.

— Уже.

Когда Раля увели в гостевую комнату под охраной людей Каэля, в малом зале осталось слишком много тишины.

Я положила ладонь на подписанные показания.

— Первое доказательство.

— Первое прямое, — поправил Грейвс.

— Этого мало?

— Для суда мало.

— Для начала?

— Достаточно, — мрачно усмехнулся Адриан.

— Миледи, продолжать осмотр лекарств графини? — северная травница уже собирала сумку.

— Да. Всё, что она принимала за последние пять лет. Отдельно проверьте всё, что могло ослаблять волю, вызывать зависимость или влиять на отклик крови.

— Будет сделано.

— И ни слова о крови Вейров за пределами этого дома.

Травница впервые склонила голову по-настоящему.

— Я служу лорду Адриану, а старые тайны умею держать зубами.

— Надеюсь, зубы у вас крепкие, — сказал Адриан.

— Крепче, чем терпение, милорд.

— Тогда мы поладим.

Томас открыл дверь, пропуская её наружу, а Грейвс начал собирать бумаги.

— Миледи, показания лучше убрать в нижний сейф до утра.

— Нет. Сделайте две копии. — Я придержала один из листов, не позволяя ему убрать его в папку. — Одну оставим здесь, вторую отправим в королевскую лечебную коллегию, но без части о крови. Только закупки, составы и незаконное назначение. Пусть Рован думает, что мы бьём по лекарю и Селесте.

— А на самом деле? — Каэль наконец посмотрел на меня прямо.

— Смотрим, кто первым попытается вытащить доктора Раля из дома Вейров.

— Вот это уже похоже на охоту, — довольно усмехнулся Адриан.

— Нет. На охоте зверь хотя бы знает, что за ним идут.

У двери Мира едва заметно улыбнулась.

Когда Грейвс вышел, в зале остались я, Адриан, Каэль и Мира. Томас закрыл дверь снаружи.

Я медленно опустилась на стул.

— Я почти сказала лишнее.

— Почти, — Каэль даже не попытался сделать вид, будто не понял.

— Почти уже много, — Адриан нахмурился. — Я сказал: никому.

— Я помню.

— Тогда помни лучше.

Слова прозвучали грубо, но были справедливыми. В первой жизни я слишком часто оправдывалась там, где следовало слушать, и молчала там, где следовало говорить. Перепутать их снова оказалось бы слишком дорого.

— Вы правы.

Адриан посмотрел на меня с явным подозрением.

— Не делай так.

— Как?

— Не соглашайся, когда я приготовился ругаться.

— Простите. В следующий раз постараюсь вовремя возразить.

Мира кашлянула, а Каэль отвернулся к окну.

Я устало прикрыла глаза и всё-таки улыбнулась.

— Хорошо. Буду осторожнее. При посторонних никаких упоминаний о том, что ещё не произошло. Только документы, составы, показания, деньги и магический подлог.

— Этого достаточно, — кивнул Каэль.

— Пока.

— Пока, — согласился он.

Я посмотрела на подписанные показания.

Первое прямое доказательство. Не будущей казни, конечно. Она пока существовала только в моей памяти и памяти Каэля. Зато перед нами лежало доказательство настоящего преступления, которое ещё не успело превратиться в приговор, а значит, я могла ударить раньше, чем моя кровь снова окажется на чужом бокале.

— Исолда должна узнать, что рецепт всплыл, — сказал Каэль.

— Зачем её предупреждать? — Адриан сразу нахмурился.

— Не предупреждать. Проверить. — Я взяла чистый лист. — Отправлю ей приглашение.

— В дом Вейров? — дядя посмотрел на меня так, будто я предложила впустить змею в колыбель.

— Нет. Пока нет.

Каэль едва заметно кивнул.

— В нейтральное место, — продолжила я, поднеся перо к бумаге. — Например, в зимний сад королевской лечебной коллегии. Поводом станет благодарность за интерес, который дом Морвенов проявлял к укрепляющим составам для женщин моей семьи.