— Трояна! Хватит шататься! Ложись спать!

— Мне не спится, папочка. Почитай мне сказку, — ответила она плаксивым голосом.

— Годвин, почитай дочери, а я пока наберу ванну, — прозвучал женский голос, скорее всего мамы.

Я тут же поднялась на чердак и затихла. Тяжёлые шаги прошли по коридору, затем зашумели трубы, и тогда я поспешила покинуть дом. Выбежав за периметр, я облегчённо выдохнула. «Ну зачем мне такие стрессы? Погуляю сегодня немного и больше ни ногой сюда», — решила я, повернув направо. Будем исследовать сегодня эту улицу. Пройдя мимо трёх домов, я вынула телефон из кармана и повторила вызов. Тишина. Видимо, тут не работает наш оператор. Через три квартала однотипных домов стали появляться небольшие аллеи и круглосуточные магазинчики. В этот раз я предусмотрительно взяла деньги, но они не пригодились, так как я увидела совершенно незнакомые купюры у рассчитывающегося передо мной мужчины. Пришлось обратно поставить бутылку с соком и, улыбнувшись внимательно разглядывающему меня продавцу, выйти на улицу. Я точно не в Киртании, но что это за страна? Потоптавшись на месте, уговорила себя снова зайти и поговорить с продавцом.

— Здравствуйте. Тут такая ситуация… — неуверенно заговорила я, судорожно придумывая, что сказать дальше. — Эмм… Мои друзья решили мне устроить сюрприз… Ну, мы отмечали день рождения, и я уснула, а они привезли меня сюда. Не подскажете, как город называется? — улыбнулась я как можно доброжелательнее.

— Кемпеле, — серьезно ответил мужчина.

Впервые такое название города слышу.

— А Фортингалл далеко отсюда? — понадеялась я на чудо.

— Что это? Название какого-то заведения? Не знаю такого. Девушка, а не рано ли вам по ночам гулять, да с сомнительными друзьями алкоголь пить? Если вас насильно увезли, то давайте я вызову полицию.

— О нет! Всё в порядке. Я сейчас вернусь… к друзьям. Они тут недалеко. Я просто решила прогуляться. Утром они увезут меня домой. Спасибо, — скалясь, как дурочка, я вышла на улицу и поспешила скрыться с глаз такого бдительного человека. Переходя дорогу, я оглянулась и увидела, как мужчина вышел на улицу и смотрит, куда я иду. Пришлось снова улыбнуться и махнуть ему рукой, делая вид, что всё прекрасно.

Кемпеле, значит. Странное название. Если он находится в Киртании, то почему на прилавках нет ни одного знакомого мне товарного знака? Поскитавшись по ночному городу, под утро я вернулась домой. Часы показывали вечер следующего дня.

— Ой-ой-ой, — простонала я, стараясь как можно тише спуститься с чердака.

Мариэллу на её любимом диване в гостиной я не обнаружила и только подумала, что моё отсутствие никто не заметил, как на телефон стали приходить уведомления о пропущенных звонках. Звонила Клара (моя личная помощница), мама, Санира, муженёк и Мариэлла. Шесть раз. Закатив глаза, я набрала свою надзирательницу.

— Ну, наконец-то! Ты где была весь день? — закричала она, и мне пришлось убрать подальше телефон от уха. На заднем фоне слышен был шум города.

— Я была на чердаке, а телефон разрядился. Чего орать-то? — как всегда спокойно ответила я.

— Гирсом спрашивал меня о твоём здоровье, и мне пришлось соврать, что ты спишь и поэтому не отвечаешь на звонок. Ненавижу врать! — продолжала она кричать.

— Со мной всё отлично. Можешь ему доложить.

— Не буду ничего докладывать! Он сам сейчас приедет. Из-за тебя мне пришлось бежать за его любимым вином к ужину.

Я ничего не ответила на это и отключила вызов. А не надо было выпивать всё его пойло. Какого лысого он сейчас припрётся? То месяцами не появляется, то третий день подряд. Окинув быстрым взглядом свой наряд, поспешила к себе. Больна так больна. Где мой халат? Наспех нанесла себе макияж, придающий болезненный вид, и вскоре услышала, как прибыл мой супруг.

— Не могла подготовиться к моему приходу? — скривился он.

— Помереть?

— Наштукатурить своё кислое лицо!

«Я и так подготовилась», — хмыкнула я про себя.

— Неужели ты и вправду больна? Врача вызывала? — надменно спросил он, продолжая стоять возле входа в мою спальню.

— Я что, не человек? Не могу заболеть? Зачем пришёл?

— Не твоё дело, — буркнул он и, развернувшись, добавил: — Это мой дом, не забывай.

Наверное, его впечатлительная фея из дома выгнала. Как не вовремя! Я уже привыкла быть здесь хозяйкой, и даже Мариэлла меня теперь не напрягает. Поправив макияж, я взяла себя в руки и спустилась на поздний ужин. За столом Гирсом делал вид, что меня нет, и тем самым сделал одолжение. Вернувшись к себе, набрала сестру и узнала о её свидании. Ануар предложил ей переехать к нему, и она согласилась. На мой вопрос, не поторопились ли они, она упрекнула меня в том, что я сама скоропостижно выскочила замуж, а ей в её возрасте пожить с парнем без родственников не разрешаю. Поболтав с ней, я так и уснула, не расправив кровать. Среди ночи меня разбудил Гирсом. Этот козёл пристроился за моей спиной и запустил свои руки мне под халат. Поглаживая грудь, он шумно выдохнул мне в затылок, и я уловила кислый запах вина.

— Ты плоская, как доска. Пощупать нечего.

— Так не щупай.

Хотелось отправить его к Элизе, но благоразумно промолчала. Лучше его не злить и не упоминать её.

— Ты моя жена, — повысил он голос и, развернув меня, навалился сверху.

Коленом раздвинул ноги.

— Я плохо себя чувствую, — постаралась как можно спокойнее ответить на эти действия, в то время как внутри у меня всё напряглось в предвкушении ужасного секса вперемешку с алкогольным амбре, от которого меня стало мутить.

— Потерпишь, — выдохнул он и, не встретив сопротивления, принялся освобождать себя от штанов.

— Гирсом, ты обещал, что это больше не повторится.

— Так я ж нежно. Хочешь, даже поцелую.

— Был бы ты трезв, я бы ещё стерпела.

— Вы что, все сговорились? — вдруг крикнул он мне прямо в лицо. — Элиза не разрешает мне ни капли алкоголя, потому что её начинает тошнить. По её словам, это вредно ребёнку. Заниматься любовью с ней я не могу из-за огромного живота. Надо быть аккуратным, иначе могу, опять же, навредить ребёнку. Мне надоело быть осторожным и ласковым! Я хочу так, как я хочу! — натурально взревел он и дёрнул полы халата в разные стороны.

Пришлось попытаться расслабиться и позволить сделать ему то, что он так желает. Первые две минуты боролась с омерзением и рвотными позывами, а потом тело откликнулось на пусть такую грубую, но всё же мужскую «ласку». Я старалась не обращать внимания на его слова, но с каждым толчком он обзывал меня всё грубее и грубее. После очередного оскорбления моей внешности он перевернул меня на живот, поставил на колени и запретил поворачиваться. Видите ли, при виде моего носа у него пропадает желание. Плевать. За отсутствие любовника я запихнула свою гордость подальше и только настроилась на получение удовольствия, как эта скотина кончил. Отпихнул меня в сторону, завалился на бок и тут же засопел. Мое неудовлетворение заставило подавленную обиду вылезти из потаённых уголков моей души и превратиться в настоящую ненависть к этому человеку. Хотелось взять подушку и задушить его, но вместо этого я ушла спать в гостевую комнату.

Всю следующую неделю я заедала своё разочарование всевозможными сладостями. Сидела перед телевизором и ела всё подряд. Днём игнорировала Мариэллу, чем явно злила её, а вечером, с приходом Гирсома, запиралась в спальне. К моему счастью, он ко мне не лез ни с разговорами, ни с удовлетворением его сексуальных потребностей. От огромного количества сладкого у меня на лице вылезла какая-то сыпь, и я перестала спать по ночам. Лежала и таращилась в потолок. Что только не надумала себе. Закралась даже позорная мысль наконец-то закончить свою бессмысленную жизнь. Спасла меня Садрия. Она позвонила мне в тот момент, когда я стояла над домашней аптечкой и размышляла о смертельной дозе квантанорма. Сестра пригласила слетать в отпуск. Это у неё двухнедельный отпуск, а у меня просто смена места моего существования.