— Саня! Я здесь!

— Было круто! — воскликнул сын, пытаясь выбраться из моих объятий.

— Как же я переживала! Рассказывай, куда тебя перенесло? Кого видел? — отстранилась я, чтобы рассмотреть сына.

— У бабушки Алвены я был. Познакомился с ней, Пинилоппой и отцом, — смутился он.

— Как они? Пини уже должна быть совсем взрослая… А бабуля как? Как здоровье у неё? Как они тебя приняли? Сколько времени ты там пробыл? — засыпала я вопросами.

— Бабушка Алвена сказала, что ты сама можешь прийти и узнать, как они поживают. Давай к ним сходим вместе?

— Я не могу.

— Почему? Это легко. Смотри, — произнёс он и исчез.

Стоящая позади меня Мариэлла от удивления вскрикнула, а Агафья начала шептать молитвы. Через секунд десять Саня вернулся, улыбаясь во весь рот. Вот оно — дитя двух миров!

— Давай, делай как я. Просто думай о бабушкином доме. Например, представь сейчас кухню, — потянулся он за моей рукой, но я шагнула назад. Мне было страшно. Я была не готова.

— В другой раз, — вымолвила я, осознавая, что сын теперь может легко ходить в Кемпеле.

— Они ждут, — расстроился он. — Отец ждёт…

— Я не могу, — сделала я ещё один шаг назад. — Вдруг не смогу вернуться домой, а у меня завтра важный день. Давай как-нибудь потом попробуем?

— Тогда я скажу им…

— Стой! — воскликнула я, но он ушёл.

— Надо бы поговорить с ним, чтобы он так не делал при посторонних. Правительство заберёт на опыты, — проворчала Агафья, чем ещё больше добавила мне переживаний.

Саня вернулся через полтора часа. Сказал, чтобы на выходные я себе ничего не планировала, потому что пойдём в гости. Мне пришлось провести с ним серьёзный разговор о мерах предосторожности, и он пообещал предупреждать меня, когда вдруг захочет туда уйти, увидеться с отцом. Ему очень понравилось в его столярной мастерской и вообще то, как к нему там отнеслись. Я знала, что Сане не хватает мужского внимания, потому что Луи последние три года совершенно не занимался детьми. И неудивительно, почему Роберт вприпрыжку побежал за дедом, когда тот пригласил его.

Расспросив сына, он всё же немного рассказал о том, как провёл время в Кемпеле, и, самое главное, сказал, что теперь время течёт там так же, как здесь. Бабуля объяснила ему, как перемещаться, и у него никогда не будет проблем с этим — ему достаточно только захотеть. Как бы мне ни хотелось, но пришлось написать сообщение Луи о том, что сын вернулся. Тот незамедлительно позвонил, и Саня с телефоном ушёл разговаривать в свою комнату.

— Что ты будешь делать? — спросила у меня Мариэлла, зная о всей моей непростой ситуации.

— Очень хочу проведать бабулю и Пини, но не хочу встречаться со Свиридом. Наверное, найду какую-нибудь отговорку, чтобы не ходить туда. И вообще, зачем об этом думать? Я, может, и не смогу переместиться.

— А я бы пошла. Вдруг у вас по старой памяти опять всё сложится? Ты ещё молода, и негоже без мужика сидеть, гробя себя на работе, — вдруг выдала Агафья.

— У меня есть муж! А вы, как я погляжу, слишком много обо мне знаете.

— А что тут знать-то? Видно же со стороны! Господин Суинелле любит только себя, и ясно как белый день: завёл себе женщину на стороне, а ты, наша добрая леди, страдаешь. Я бы даже в отместку закрутила шашни с кем-нибудь.

— Мам! — воскликнула Мариэлла.

— Ты тоже сидишь сиднем. На свидания-то давно ходила? Что за девки у меня?

Мы с Мариэллой переглянулись, но промолчали, оставшись каждая при своём мнении.

Глава 29

Восемь лет стабильности в этом мире внезапно закончились с внезапным перемещением моего сына. У меня за эти годы чего только не было, но я хотя бы не мотала себе нервы думами о Кемпеле. А теперь у меня снова начались сомнения и переживания.

— К вам Теа Лаути с дочерью, — заглянула ко мне моя медсестра Катрин.

— По записи? — решила уточнить я, потому что не хотелось тратить рабочее время на знакомых, которые хотят просто удовлетворить своё любопытство и заглянуть в мою клинику. Катрин кивнула, и мне пришлось их принять.

— Салиса! Ты как всегда прекрасна. Мы так давно не виделись, и мне кажется, что ты ничуть не изменилась!

— Добрый день, Теа, спасибо, ты тоже! О, Сюзанна, как ты выросла! — улыбнулась я, глядя на пятнадцатилетнюю девушку, которую в последний раз видела совсем ребёнком у себя дома в тот день, когда нашла зайца и принесла игрушки с чердака для неё и её брата.

— Здравствуйте, леди Суинелле. Мама сказала, что только вы сможете мне помочь, — указала она на своё лицо с угревой сыпью.

— Конечно, проходи сюда, пожалуйста, — указала я на стул.

— К тебе очень трудно записаться. Столько клиентов или принимаешь не всех?

— Увы, в сутках только двадцать четыре часа, и есть другие дела, помимо клиники, — честно ответила я, надевая перчатки.

— А я уж подумала, что не хочешь меня видеть из-за Истофа.

— То, что он друг моего бывшего мужа, — это не повод избегать тебя.

— Гирсом, оказывается, живёт в Эббсе. Истоф продолжает с ним общаться, а я узнала об этом вот только на днях!

— То есть его выпустили из психушки?

— Муж говорит, что он теперь ни капли в рот не берёт. Ведёт здоровый образ жизни. Занимается спортом и частенько уходит в горы. Альпинизмом увлёкся.

— Захотел быть поближе к богам? — усмехнулась я, рассматривая лицо девочки.

— Наверное! Грехи замаливает там, потому что в храмы не пускают, — рассмеялась Теа. — А ещё, представь себе, та его женщина ещё ребёнка ему родила!

— Он до сих пор с Элизой? — удивилась я.

— Мне бы хотелось на неё посмотреть. Интересно, что она из себя представляет? И как он мог променять тебя на какую-то безродную дворнягу?

— Живут — и пусть будут счастливы, главное — подальше от меня, — усмехнулась я.

— Ты всегда была слишком добра, — вздохнула она.

Больше нам поговорить было не о чем, и я занялась работой. Написала, какие анализы нужно будет сдать Сюзанне, затем дала рекомендации по питанию и подробно рассказала о ежедневном умывания. Обсудив подходящие её возрасту косметические средства, назначила приём на следующую неделю, чтобы уже по результатам анализов назначить лечение, если оно потребуется. И, уже попрощавшись, заметила, как на беззвучном режиме мигает телефон. На экране была фотография Луи. Что могло случиться, чтобы он звонил мне в рабочее время?

— Где ты? — спросил он, как только я приняла вызов.

— Работаю у себя, что случилось?

— Отменяй всех, я буду через час.

— С чего это вдруг? До вечера нельзя подождать?

— Нельзя, — отключился он.

Сначала меня это возмутило, но, глянув на расписание, тут же подавила свой гнев, потому что за этот час я успею как раз принять последних на сегодня двоих пациентов.

Луи приехал с большим букетом красных роз, чем удивил не только девочек-администраторов, и Катрин, находившуюся как раз со мной, но и меня. Такого внимания от собственного мужа я не получала очень давно. Все цветы, что бывают у меня в кабинете или дома, принадлежат благодарным пациентам и коллегам по благотворительным фондам.

— Снимай свой ужасный халат, он тебе не идёт, — всучил он букет Катрин и потянул с моих плеч то, что я как раз с гордостью ношу.

При посторонних я молча сделала, как просили, и проследила за тем, как он, повесив его на плечики, забрал обратно свой букет и, теперь уже вручив мне, повёл на выход.

Девочки дружно с нами попрощались, и, как только мы вышли на улицу, я спросила:

— Для чего это представление?

— Это от чистого сердца. Я слишком был занят в последнее время и совсем не уделял тебе внимания. Исправляюсь, — довел он меня до своей машины и открыл дверь.

— Это очень подозрительно. Что случилось? Как Роберто? Я с ним сегодня ещё не разговаривала, — начала я волноваться.

Обычно я подгадываю, когда у него заканчиваются занятия, и набираю его, но сегодня отвлеклась. Ладно бы он мне сам звонил, но этого пока ни разу не было. Ему превосходно живётся с очень заботливой бабушкой. Она в юности не занималась собственными детьми и вот теперь на старости лет восполняет упущенное.