— Мне нравится, что ты задала именно этот вопрос, а это значит, что ты не против выйти за меня.

— Это был бы мой следующий вопрос. Зачем я тебе в качестве жены? Может, я другого люблю и хочу, освободившись от Гирсома, уйти к нему.

— И где же он? Если бы он был, я бы уже узнал о нём.

— Так зачем мы летим на ночь глядя?

— Я так захотел. Отец сказал, что будет нас ждать.

— Что ты задумал? Можно ведь и завтра?

— Можно, но я о тебе забочусь. Пока ты вся такая нарядная, тебе будет спокойнее.

— А что, потом я не смогу накраситься и одеться?

— Нет, тебе будет не до всего этого.

— Ты так говоришь, как будто меня ждёт какой-то секс-марафон, из-за которого я не смогу вылезти из кровати.

— А ты этого хочешь?

— Нет.

— Вообще не хочешь?

— Хочу, но не тебя.

— Даже так. Ты серьёзно про кого-то говорила? Я его знаю?

— Нет. Он женатый бородач и не знает о моих чувствах.

— Могу ради тебя тоже бороду отрастить.

— Не надо. Тебе не пойдёт. Сколько лететь?

— Почти три часа, можешь поспать. Подушку или плед дать?

Я не стала отказываться и воспользовалась предложенным, чтобы хоть как-то добавить себе удобства. Хотелось бы переодеться и снять волосы, но придётся терпеть ради действительно моего спокойствия. Как пройдёт встреча с одним из высокопоставленных лиц Маранолы, я не могла себе представить; пусть хотя бы мой внешний вид будет придавать мне немного уверенности.

Резиденция «моего будущего свёкра» находилась вдали от района небоскребов. Нас сопровождал кортеж, и я начинала чувствовать себя ещё в большей опасности. Если Луи уже сейчас так уверенно заявляет на меня права, то получается, я поменяю шило на мыло. Никакой свободы у меня не будет, и с потерей дома я потеряю способность перемещаться в Кемпеле. Вряд ли отсюда будет работать мой зайчик.

«На кой я ему сдалась?» — думала я, глядя на красивого мужчину. «У него же должно быть куча любовниц… Да главное, чтобы не бил, а на унижения у меня уже иммунитет».

Целый штат прислуги вышел встречать нас, и мне было даже некогда разглядывать интерьер, потому что к нам навстречу вышел седой мужчина. Он заговорил с небольшим акцентом, и казалось, что был и вправду рад нашему прибытию. От ужина я отказалась, потому что время было позднее и хотелось больше спать, чем есть, и тем более разговаривать, но после того, как вышла мать Луи, которая вообще не знала наш язык, я очень удивилась, насколько просто она выглядела. Совершенно обычная женщина в домашнем хлопковом платье. Она обняла сына, и по интонации я поняла, что она его отчитывает. Скорее всего, он давно здесь не появлялся. Ко мне отнеслись не как к потенциальной невестке, а как к деловому партнеру, чему я была рада. Поэтому, обсудив несколько дел, Луи рассказал, как прошёл этот вечер в театре и сколько ему поступило предложений. Отец внимательно слушал и, как мне показалось, немного зауважал меня, понимая, кому Луи теперь обязан входом в мир аристократов, который наглухо закрыт для иностранцев. Пообещав скоро снова увидеться, Луи увёл меня из дома отца в половину второго ночи. Отвёз уже сам в свою квартиру и оставил одну, предупредив, что утром приедет и меня ждёт сюрприз. Сюрприз так сюрприз, поэтому не стала расспрашивать и, найдя в ванной всё необходимое, сразу же принялась разоблачаться. Спала я прекрасно, но мало, потому что маранолец разбудил меня, как и обещал, ровно в восемь. Нет чтобы голосом оповестить о своём прибытии — он потянул на себя простынь.

— Это домогательство. Я не одета, — схватила я сползающую с меня ткань.

— Между нами не должно быть секретов, и я как твой любовник имею право теперь не только смотреть, но и трогать.

— Нарываешься на грубость.

— Ой, как нарываюсь, — снова потянул он простынь.

Пришлось отпустить ткань и лечь на живот. Мой голый зад он уже видел, когда ставил укол, так что ничего нового он не обнаружит.

— Ты мне правда интересна, и я хотел бы стать тебе чуть ближе, — дотронулся он до моей голени.

— Не надо. Ты мой партнёр, а с партнёрами я не сплю, — повернула я к нему лицо.

— Травмированная ты моя девочка. Обещаю, через год ты будешь свободна и очень богата. Наши семейные юристы уже начали знакомиться с делами семейства де Аренберг. У фельдмаршала рыльце давно в пушку, так что будет увлекательный сериал.

— Я не хочу ничего знать.

— Как пожелаешь. Ты и так уже сделала за один вечер то, чего я добивался два года. Только за это я готов носить тебя на руках, — сел он на край кровати, продолжая мять мою ногу, переходя на пятку.

— Заманчиво, но не надо. Разбалуешь. Мне понравится, а потом тебе спину лечить.

— Заботливая. Точно женюсь.

— Я решила, что никакого замужества в моей свободной жизни не будет, пока не закончу университет. Я в следующем году пойду сдавать экзамены.

— Похвально. Могу устроить тебя здесь на международный факультет, заодно маранольский выучишь.

— Нет. Я в медицинский.

— Неожиданно… Ладно, не буду пока тебя смущать, собирайся, нас уже ждут, — поднялся он и, накинув на меня простынь, вышел из комнаты.

Пришлось вставать и обмотаться тем, что есть. Выйдя из спальни, я обнаружила небольшой выбор одежды, состоящий из сарафана, майки, шорт, блузки, юбки, двух упаковок нижнего белья и женского набора личной гигиены. Этот мужчина не переставал удивлять меня тем, что знает мой размер и вообще, что нужно женщине. Вопрос только: когда он успел это приобрести? Приведя себя в порядок, я надела сарафан, так как климат тут был жаркий и хотелось, чтобы тело дышало. Я поняла, что косметики у меня нет. Мою заминку заметил Луи и успокоил, что она мне не понадобится, так как увезет он меня на побережье океана, на их семейную виллу.

Добирались мы туда часа полтора на машине, и это ещё без учета того, что по пути остановились в придорожном кафе и позавтракали. Особняк мне понравился тем, что он был весь — что снаружи, что внутри — отделан в старомаранольском стиле. Натуральные материалы присутствовали везде, и сам дом стоял среди мангровых лесов. Луи предупредил меня, чтобы смотрела под ноги и в кусты не лезла, так как тут куча местных гадов и насекомых. В предоставленной мне комнате обнаружился шкаф с женскими вещами и различными купальниками, среди которых я могла точно что-нибудь подобрать, но смысла в этом не видела, так как мне было достаточно и одних плавок. Собери волосы под кепку — и со стороны может показаться, что Луи приехал сюда с другом. Понятное дело, оголяться я не спешила, а вот погулять в округе сразу же согласилась. Территория была закрыта от посторонних, и я постепенно начала расслабляться, вдыхая солёный воздух. Луи ненадолго оставил меня одну, чтобы дать слугам распоряжения, и я решила пока прогуляться по берегу.

Шагая по мягкому песку, я оставляла за собой следы и, оглядываясь на них, рассматривала, как волны, что лениво накатывали на берег, размывали их. Каждый раз, когда волна отступала, она оставляла на песке причудливые узоры из ракушек и водорослей. Расположившись прямо на песке, я прикрыла глаза и стала слушать, как шумит прибой. Он успокаивал и одновременно наполнял энергией. Зарывшись пальцами в мокрый песок, я нащупала крупную ракушку и, вынув ее, принялась разглядывать. Красивая. Цвет переливчатый: от тёплого кремового у основания до нежно-розового и перламутрово-серого ближе к краю. Мне даже захотелось такие серьги, и, немного подумав о моей ещё одной мечте детства — стать дизайнером ювелирных украшений, — записала себе мысленно выбрать время, чтобы наведаться к госпоже Мирель. Она давно приглашала меня в свою мастерскую. Снова задумавшись о делах, я оглянулась и, не увидев никого, улеглась на спину, прикрыв лицо руками от палящего солнца.

Здесь, у океана, время течет по-другому. Секунды растягиваются в минуты, а минуты превращаются в часы. Нет ничего важнее этого момента, этого единения с природой.Я бы так и лежала, но мою неподготовленному к загару кожу требовалось поберечь. Вернувшись в дом, поздоровалась с женщиной, занимающейся готовкой, и сразу же скрылась в комнате. Не знаю, где был Луи, но настало время примерить какой-нибудь купальник. Выбор пал на самый простой чёрный бикини: верх в виде небольших треугольников на тонких лямках и плавки без драпировок и оборок. Обильно намазала себя кремом и волосы спрятала под панамку с широкими полями.