— Гели, которые пользуются успехом. И между прочим, к последнему я приложила руку, причем нехило, — она нарочито гордо вздернула подбородок.
— А имя твое хоть где-то в этой работе упоминается?
— Да что ты занудничаешь? — Стася вскочила. — Между прочим, сейчас он работает над проектом по регенерации эпидермиса, а это путь к кремам с омолаживающим эффектом…
— Ты с ума сошла? Это же твое направление! — Дима тоже поднялся. — Скажи-ка мне, кто правит его формулы и ошибки в расчетах, кто как бы случайно накидывает идеи? Твой проект для входа в «Генезис Фарм» буквально называется «Эпидерма»! Я думал, что ты почти перестала над ним работать, когда он выполнил роль входного билета в это место. Но нет же, работаешь, только не для…
— Хватит, — процедила Стася. — Если судить по твоей логике, то все у всех воруют.
— Не все. Лишь некоторые самовлюбленные…
— Мне пора.
— Он даже не дал тебе нормально поесть, пришел и подорвал посреди обеда, — крикнул вслед Дима, но Стася уже неслась прочь, бешеная, как фурия.
Но счастливая, и с бабочками в животе, ведь он ее ждет.
Конечно, она влюблена в Марка! До нелепого, до мыслей перед сном, до дрожи в коленях, и что в этом плохого?
Стася сверяла расходники и украдкой смотрела на Марка, улыбающегося, теплого, который обсуждал с ней крема и биопсии, правда никогда не замечал, как дрожат ее руки, когда она подает ему пробирки, но это и ни к чему. Ее секрет должен остаться ее секретом, пока у него не появится подобный.
От мысли о взаимности сердце Стаси подскочило и ухнуло к пяткам.
— Настенька, милая, я совершенно запамятовал, ты вроде обещала подсказать мне по методике? Сама понимаешь, я закончил простое образование очень давно, много неважного и базового выветрилось.
— Да, конечно, — она помедлила, краснея от того, каким идиотским способом она передала ему записку с уточнением по методике, не любовную, но все же, когда она это делала, на губах витала блаженная улыбка. — Она у вас в кармане.
Марк нахмурился, удивленно вскинул брови, но тут же мягко улыбнулся, и у Стаси отлегло. Какой же он все-таки понимающий и добрый, и какая же у него красивая фамилия, а как горячо он выглядит, всего лишь расстегнув две пуговицы на рубашке. Стася Соболева звучит, да? Она сама не заметила, как хихикнула.
— Вы что-то сказали? — он вскинул голову, отвлекаясь от микроскопа, и одна из его прядей немного сбилась, придавая красавчику слегка нелепый и милый вид.
— Нет, я… чихнула, — в ту же секунду она начала корить себя за глупую и совсем не нужную ложь, но взглянув на часы спохватилась. — Простите, Марк Павлович, то есть Марк. Но я сейчас быстренько приберусь и мне нужно бежать, сегодня моя очередь дежурства у одного из докторов, который отказался от постоянной лаборантки. Извините, что не могу сегодня задержаться.
— Правда? — он грустно качнул головой, отчего его прекрасные локоны пришли в плавное движение, и, похоже неосознанно, выпятил губу. — А я думал, у нас только-только начало получаться.
«У нас только-только начало получаться», — прозвучали в голове его слова, неужели он имеет ввиду то, о чем она думает?
— Ну, если я правда очень нужна, — она замялась. Выходит, если она задержится тут и потом пойдет в лабораторию по дежурству, то сегодня ни минуты не уделит своему проекту, и даже не сможет прочитать пару страниц «Куджо» Стивена Кинга перед сном. Только душ и на боковую, так себе денечек.
— Очень нужна.
— Хорошо, я задержусь! — Слова вырвались раньше, чем она даже попыталась их обдумать.
Когда Марк прощался со Стасей, уходя спать, она вновь заметила его странное выражение лица. Мужчина на секунду сморщился, словно ему не нравится запах, было сложно убедить себя, что ей это кажется. Это сильно печалило, потому что аромат, которым она пользовалась, был очень важен для девушки. А когда она все же почти смогла отбиться от мысли, что Марку не нравится «Snoopy» малиновый щербет, память все же подкинула пару моментов, когда дерматолог морщился и уточнял, так сильно ли она, Стася любит конфеты, которыми от нее опять пахнет?
Она взглянула на часы. Почти двенадцать, около часа, а может и полтора на уборку, стерилизацию, замену расходников, и она будет свободна… для новой работы. Без Марка в лаборатории решение задержаться уже не казалось таким уж классным.
Зато у них наметился явный прорыв, Марк наконец понял, какие именно изменения Стася предложила внести и начал пробовать их внедрять. Пока безрезультатно, но ведущий дерматолог центра оценил идею, так что все точно должно получиться.
Стася осмотрела фронт работы, вздохнула, вспомнив, что нет с собой наушников, неужели нужно, как Дима, постоянно таскать их на себе, на случай, если понадобятся? Или ходить с рюкзаком по центру? Но это явно будет выглядеть нелепо (о небольших наушниках, которые помещаются в карман, она, очевидно, не подумала). Спуститься за наушниками до цоколя? Нет, это бессмысленная трата времени, минимум двадцати минут, а Стася, как только ушел предмет ее воздыханий, уже начала зевать.
Включив подкаст «Дневники Лоры Палны» прямо через динамик телефона, она взялась за уборку. Уже к середине выпуска про Спесивцева девушка пожалела о своем поступке. Тишина лабораторий и пустой коридор, видневшийся за открытой дверью, наводила страх. Она тревожно захлопнула дверь, выключила подкаст и ускорилась, как только могла, в спешке разбила одну мерную колбу и, чертыхаясь, начала собирать разбитое стекло.
Как вообще могут ужиться в одном человеке настолько противоположные черты? Чуть ли не заячья пугливость и любовь к ужасам и тру-крайму? Тот, кто создавал восприятие мира Стаси, наверняка проводил эксперименты, или вообще развлекался.
На миг она задумалась о том, что вообще-то есть причина, по которой в ней уживаются словно бы полярные черты и интересы, но помотала головой, отгоняя мысли. Не время предаваться унынию. Впереди уборка в еще одной лаборатории. И если тут все привычно и словно витает дух прекрасного Марка, то в лаборатории по дежурству она была лишь несколько раз. Стасе почти не попадались смены в правом крыле, где находилась эта самая лаборатория. Из-за того что место было почти незнакомым, становилось очень жутко.
Правое крыло частично состояло из отдела магнитных разработок. Это один из самых засекреченных, даже для обитателей «Генезис Фарм» отделов, сотрудников которого видит разве что руководство. Такой статус делал правое крыло словно бы призрачным, пустым. Или она сейчас себя накручивает?
Закончив свою основную работу, девушка нехотя поплелась на вторую работу. Но приблизившись, с облегчением заметила, что в ее точке назначения кто-то есть. Не придется шарахаться, как зайцу от каждого звука, или того хуже — вслушиваться в звенящую тишину.
«Только бы не маньяк или же призрак», — тут же пролетело в тревожной головушке. Стараясь не думать о том, что доктора и врачи часто становятся самыми бессердечными маньяками, потому что теряют понимание ценности человеческой жизни, из-за специфики работы, Стася медленно приближалась.
Облегчение девушки длилось недолго. Когда фигуру стало возможным рассмотреть, Стася не смогла сдержать разочарованный стон. Только этого еще не хватало. Лица мужчины не было видно, он стоял спиной, но по осанке, задникам темно-коричневых ботинок, наверняка стоявших, как почка, и по краю кашемировой водолазки, видневшемуся над воротом докторского халата, стало точно ясно: перед ней, собственной персоной, стоял доктор скукота.
Что вообще он тут делает в пол второго ночи, какого ляда так задержался? Нормальные люди уже спят! Стася переплела волосы из хвоста в небрежный пучок, застегнула халат, чтобы не было видно принта на футболке, и молясь, чтобы доктор скукота не запомнил ее после инцидента с Лордом Генри, практически неслышно прокралась в лабораторию.
Мужчина замер на секунду, явно ощутив ее присутствие, но не обернулся и продолжил работу над вычислениями, к счастью он находился в компьютерной зоне — где ей ничего не нужно убирать. Не выпуская из одной руки планшета, одновременно сосредоточенно стучал по клавиатуре второй рукой и постоянно сверял данные. Даже не поздоровался и не удостоил взглядом, ну и она тогда не будет. Какой напыщенный индюк нарисовался! Стася решительно не могла понять, что лучше — одиночество в полупризрачном крыле, или компания человека, с которым явно скучно даже его коллегам-занудам.
