Альдорис медленно опустил перо и протянулся к камню. Его пальцы дрогнули, коснувшись холодной, шершавой поверхности. Руны вспыхнули ослепительно-холодным сиянием, и слова, лишенные звука, врезались прямо в сознание, гулким эхом отдаваясь в гнетущей тиши кабинета. На мгновение король забыл, как дышать – каждое слово будто било наотмашь, оставляя после себя ледяную пустоту:

«Трещина зияет в Вечности черной,

Печать Столетий уж обратилась в прах.

Цепи Героя, что скованы кровью,

Ржавея, звенят пустою тоской.

Древнее Зло, очнувшись от сна,

Ветром Хаоса рвется с цепи!

Камень, что кровью прошлого манит,

Явит того, чья воля одарит Альтею

Светом иль Тьмой.

И лишь Осколок Света,

Младою душой,

Поднявшись ростком из Истока,

Откроет новый путь.

Берегись же Тени в лике света –

В обличье героя гибель таится.»

Тишина, воцарившаяся после последнего слова, повисла тяжелее свинца. Альдорис откинулся в своем кресле; кожаная обивка скрипнула под его весом. Ледяная волна страха смыла остатки усталости. Старая легенда буквально ожила на глазах: Древнее Зло восстанет? Король Демонов, которого некогда запечатал его предок. Герой, что на руинах битвы основал королевство. И вот, тысяча лет спокойствия оборвались в один миг. А теперь… Полный крах? Или новая победа? И все зависит от какого-то Осколка Света!

Альдорис потер переносицу. Еще бы знать, что это такое! Истина растворилась в легендах, и уже не отличить вымысла от исторической правды.

А времени... времени катастрофически мало , — с пугающей ясностью осознал он.

Взгляд скользнул по стопке докладов: на границе участились нападения тварей из глухих ущелий.Предвестники бури. А дальше, судя по всему, будет только хуже.

— Поднявшись ростком из Истока… — беззвучно повторил король.

Академия! Осколок нужно искать в Академии Истока. Он ключ.

Альдорис резко повернулся к двери, ведущей в приемную. Его голос, обычно ровный и властный, сорвался на хрипловатый выкрик, гулко отразившись в кабинете:

— Маргус!

За дверью послышались торопливые шаги. Дверь приоткрылась, впуская полоску света. В проеме возникла фигура пожилого секретаря. Его острый взгляд мгновенно отметил бледность и дрожь в пальцах, сжимавших ручки кресла.

— Ваше Величество?

— Позови принцев, — выдохнул Альдорис, не отрывая глаз от темного камня, где лишь мгновение назад горели руны.

Маргус замер на мгновение, пораженный срочностью.

— Живо! — рявкнул король. В его голосе звучала неподдельная тревога.

Спустя считанные минуты, нарушив гнетущую тишину, в кабинет вошли принцы. Первым шагнул Ричард, старший. Высокий и статный, он нес свою красоту с врожденной, почти небрежной легкостью. Солнечно-светлые волосы, уложенные с безупречной точностью, мягко обрамляли лицо, которое могло украсить любую придворную балладу. Темный бархат камзола и серебряные застежки лишь оттеняли безупречный облик. Широким, уверенным шагом он пересек кабинет и вальяжно опустился в глубокое кресло у камина. Движения его были плавными, исполненными непринужденной грации. На мгновение его глаза блеснули голубым огнем, когда он встретился взглядом с отцом. Но тут же веки плавно приподнялись, широко распахнув ясные очи, полные неподдельного внимания и сыновней почтительности, а на губах застыла легкая улыбка, обнажив милые ямочки на щеках.

Вслед за братом шагнул Феликс, но резко замер на пороге, едва не врезавшись в его спину. Русые, всклокоченные ветром волосы небрежно падали на лоб. Его теплые зеленые глаза, широко распахнутые от быстрого бега, метнулись к отцу, потом скользнули по спине Ричарда, и снова вернулись к королю. Дыхание его было еще прерывистым после бега; на простом камзоле и сапогах отчетливо виднелись следы грязи с плаца. Что казалось особо неуместным в строгости кабинета. Пройдя вперед вслед за братом, он резко втянул воздух, выпрямился и замер посреди кабинета, непроизвольно расправив плечи под взглядом отца. И лишь после сдержанного кивка Альдориса почти рывком шагнул ко второму креслу и опустился рядом с братом.

И опять на кабинет опустилось молчание густым, тяжелым пологом. Встав, Альдорис принялся мерить шагами кабинет. Его лицо, прежде бесстрастное, исказила внутренняя борьба. Домашние туфли бесшумно скользили по ковру, и лишь глухой стук каблука о дубовый паркет иногда нарушал безмолвие. Его взгляд бесцельно скользнул по полкам на стене, полных книг и документов.

Ричард замер, и лишь в глубине его глаз, читался невысказанный вопрос: что его беспокоит?

Нахмурившись, Феликс перевел взгляд с задумчивого отца к бесстрастному лицу брата, пытаясь уловить хоть какую-то подсказку.

— Отец? — Ричард чуть наклонил голову, приподняв в недоумении брови.

— Ваше Величество... — сорвалось у Феликса.

Резко повернувшись к столу, король взял камень и молча протянул сыновьям. Руны вспыхнули вновь, холодный свет озарил принцев, вкладывая в их сознание строки рока. Лицо Ричарда заледенело, превратившись в непроницаемую маску. Но в глубине синих глаз мелькнула искра – не страха, а внезапного, жгучего азарта. Он чуть прищурился, словно примерял на себя роль Спасителя или Тени. Его пальцы едва заметно дрогнули, сжав подлокотники кресла.

Побледнев, Феликс впился взглядом в потухший камень, на его лице заходили жевалки. Перед мысленным взором вставали знакомые улицы, лица людей, мирные поля – все это могло обратиться в пепел.

— Древнее Зло... — прошептал он, нервно сглотнув. — И все висит на волоске... — Принц умолк, не решаясь выговорить остальное.

— Да, — Альдорис тяжело выдохнул, воздух вышел из лёгких со свистом, и швырнул камень обратно на стол, словно тот обжигал пальцы. Камень глухо стукнулся о дубовую столешницу и замер, тускло поблёскивая потухшими рунами. — И ключ к спасению, и источник величайшей угрозы – теперь связаны с Академией Истока.С вами. — Он перевел усталый взгляд на сыновей.

— Вы оба поступите в Академию. — Отрезал король, не оставляя места для возражений. — Через месяц вы пройдете испытания наравне со всеми.

— Но… — начал было Феликс, но тут же умолк под тяжелым взглядом отца.

— И ни слова о пророчестве! — Продолжил Альдорис, сверля взглядом сыновей. — Никому. Ни намека, ни при каких обстоятельствах. Малейшая утечка – и столица взорвется паникой раньше, чем твари из ущелий доберутся до стен. Вам понятно?

— Это приказ, Ваше Величество? — наклонил голову Ричард, а в глазах мелькнуло удовлетворение.

— Высший приказ. — отчеканил король. — Ваша жизнь отныне – охрана этой тайны и выполнение миссии. Время, проведенное в Академии, вы посвятите этому. — Альдорис вернулся за рабочий стол, тяжело опустившись в кресло. — Вам нужно найти Осколок. Оберегайте его как зеницу ока. И одновременно... выявитьДругого . Того, чье решение определит все. Направьте его. Мы должны быть уверены, что он на стороне Света. И будьте начеку, — голос короля упал до зловещего шепота, — доверяйте только фактам. И друг другу. — Последние слова прозвучали горько — он знал, как далеки друг от друга его сыновья.

— Понятно, отец. — кивнул Ричард. — Мы будем бдительны. Найдем Осколок. А решениеДругого ... — его губы тронула едва уловимая ухмылка, — мы обеспечим.

— Мы не подведем! — Феликс встал, выпрямившись во весь рост. Его глаза горели решимость. — Осколок будет под защитой. Мы выявим угрозу в любом виде. И не дадим панике расползтись, как чуме. Клянусь мечом Альтаира.

Король молча посмотрел на сыновей. На Ричарда – ушедшего глубоко в свои мысли. На Феликса – готового ринуться в бой здесь и сейчас. На столе между ними лежал черный камень, хранящий роковые слова. Путь был указан. Цена – неизвестна. А времени... времени могло не хватить. Он лишь махнул рукой разрешая уйти.

Принцы синхронно склонились в поклоне. Ричард выпрямился первым, бросив на брата быстрый, оценивающий взгляд. Феликс ответил тем же – но промолчал. Они вышли вместе, но уже в коридоре их шаги разошлись: один направился к парадной лестнице, другой – к боковому выходу. Альдорис остался один, наедине с камнем и гнетущей тишиной кабинета, теперь отягощенной новой, немыслимой тяжестью.