— Были такие мысли.

— А теперь?

Принц долго смотрела на меня. Я видел, как ее пальцы сжимаются в кулаки, как она пытается унять дрожь.

— Теперь не знаю, — сказала она. — Но я хочу узнать.

Я кивнул. Наконец-то отличница Люсильда Принц начала думать, руководствуясь холодным разумом и фактами, а не личным отношением ко мне.

В лесу стояла глухая ночь, в то время, как нормальные студенты смотрели сны. Даже учитывая, что Принц должна стать шестой жертвой, я не мог быть уверенным в том, что в списке убийцы нет меня, а потому в голову пришла мысль делать отсюда ноги, да поживее.

— Что будем делать? — спросил я, закуривая очередную сигарету.

— Идти к Дункан, очевидно, — сказала она, словно проверяла, насколько далеко я готов зайти. — Угостишь?

Я подошел ближе и протянул Принц последнюю сигарету.

— Сразу к директору идти нельзя.

— Нет? — она удивленно подняла бровь.

— Дункан не чиста на руку, — пояснил я, прикуривая Люсильде. — Она врет. Ты и сама это знаешь.

Принц посмотрела на меня, и я заметил сомнение в ее глазах. Люцифер милостивый, эта девчонка непробиваемая!

— Тогда что ты предлагаешь? Мы должны сообщить взрослым.

— Идем к Байрону. Ты ведь ему доверяешь.

Я ждал ее ответа. Люсильда сглотнула и сделала затяжку. Она смотрела на тело, наверняка думая о том, кто бы это мог сделать.

— Хорошо, — тихо сказала она. — Идем.

Я бросил последний взгляд на тело Грега — теперь я хоть знал, как его звали, — и задержался на его открытых глазах, на глубоком порезе на шее.

Я понимал, что это не последний труп. Убийца не остановится, пока не дотигнет какой-то цели.

Мы направились к учебному корпусу. Я шел позади Люсильды, и видел, как дрожали ее плечи, но Принц не останавливалась.

Я знал, что теперь мы связаны. Этими убийствами, «Резонансом», грядущим турниром. Слишком много нитей сходились в одной точке и глупо было считать происходящее случайностью. Но я не стал говорить этого вслух. Просто шел за Принц, пока ноги не привели нас к «Искусству искушения».

Принц начала колотить по двери кабинета профессора, когда поняла, что та заперта.

— Как же ты к Дункан вломилась?

— Заткнись, Кавальере. Я уважаю частную жизнь Байрона.

Через несколько минут послышались тяжелые шаги, а мгновение спустя дверь открылась. На пороге стоял сонный Джордж Гордон Байрон в толстом махровом халате, туго подвязанном черным поясом.

— Люси?! — мужчина протер глаза, пытаясь окончательно проснуться. — Мистер Кавальере? Ради семи смертных грехов! Что вам двоим могло от меня понадобиться в такой час?

— Будет проще, если я покажу.

Люсильда окинула меня многозначительным взглядом. Я понял чего она ждет. Мне было нечего скрывать, я спокойно опустил ментальный барьер и впустил Лорда Байрона в свой разум. Но для Люсильды это означало одно: ей придется поверить в то, что я не убийца.

Профессор жестом пригласил нас войти. Байрон включил лампу, и мы вдвоем с Люсильдой сели на диван. Я выдохнул и позволил лорду заглянуть в мои глаза, когда ментальная заслонка опустилась.

Я показал ему сегодняшний вечер. Но не полностью, а лишь необходимые фрагменты. Вот я выхожу на прогулку. Нахожу тело. Осматриваю его. А вот и Принц выходит из-за дерева.

Я не стал показывать ему наш разговор с Люсильдой. Не хотел, чтобы он знал о Дункан. Пока я не выяснил, какое отношение директор имеет к «Резонансу», обсуждать с ее коллегой свои подозрения не разумно. Принц может и доверяет Байрону, но мое доверие заслуживаю лишь я сам.

— Духи треклятые! — выругался Байрон. — Какая трагедия! Люси! Что ты забыла в этом чертовом лесу ночью?! А если бы тебя убили?! Твой отец бы шкуру с меня спустил!

— Мы прогуливались… — соврала Принц, не глядя на меня.

Умная девочка.

Байрон потер виски и покачал головой, после чего внезапно вскочил.

— К директору! — скомандовал он, выходя из кабинета. — Живо!

Нам с Принц ничего не оставалось, кроме как последовать за ним.

— Надеюсь, ты не показал ему лишнего? — тихо спросила Люсильда, когда Байрон ушел вперед, торопливо шагая по коридору третьего этажа.

Я отрицательно мотнул головой.

— О папке знаем только мы. Пусть это так и остается.

Принц внезапно хмыкнула и изогнула бровь, бросив на меня короткий взгляд:

— Неужели ты обнаружил фамилию матери в списке?

Вот теперь удивился и я.

Отнекиваться не было никакого смысла. Учитывая, что отец Принц был внесен в тот же список участников «Резонанса», мы с ней сидели в одной лодке, переполненной вопросами.

— Да, — тихо ответил я, когда мы подошли к кабинету мисс Дункан.

Мы вошли внутрь, и мой взгляд сразу скользнул по углам комнаты. По разные стороны от входа, сидели двое. Шон ссутулившись, опершись локтями о колени, и Сара — напротив, скрестив руки и вцепившись в собственные плечи так, будто пыталась удержать себя от приступа ярости. Ее глаза метали молнии в сторону Шона, и в них не было ничего, кроме чистой, почти осязаемой злобы.

Интересно. Когда они успели повздорить?

За длинным столом, заваленным бумагами, сидела Хелен Дункан. Рядом с ней — мужчина, которого я видел впервые. Лет сорок, не больше. Широкоплечий, небритый, в кожаной куртке, которая явно пережила лучшие времена.

Дункан подняла голову.

— Лорд Байрон, — кивнула она ему, и тут же перевела взгляд на нас. — А вы, молодые люди, не находите, что час уже поздний для прогулок по лесу?

Люсильда открыла рот, чтобы ответить, но я шагнул вперед.

— Это моя вина, мисс Дункан, — неожиданно для себя самого сказал я. — Меня мучает бессонница. Вечерние прогулки помогают мне уснуть. Я пошел в лес один, а когда не вернулся вовремя, ребята начали беспокоиться. Они пошли меня искать.

Я выдержал паузу, не отводя взгляда от директрисы.

— Когда они меня нашли, я уже стоял около тела Грега.

Дункан посмотрела на меня долгим, изучающим взглядом, а затем тяжело вздохнула, опуская плечи.

— У нас довольно большая территория, мистер Кавальере, — сказала она. — Если вам нужно гулять перед сном, делайте это в пределах Института. Лес сейчас небезопасен.

Я кивнул, принимая замечание.

— Прошу прощения, директор, но что Маккартни и Кэмпбелл здесь делают? — спросил Байрон подходя ближе к столу.

— Мистер Маккартни сообщил мне о найденном теле. Ужасная трагедия. — Мисс Дункан указала рукой на сидящего рядом с ней мужчину. — Это Феликс Нортон. Он представляет Орден по надзору за чрезвычайными происшествиями. Лорд Нортон — оборотень, и его чутье поможет нам найти Олимпию.

— Мисс Дункан изложила мне обстоятельства, — сказал он. Голос был низким, чуть хрипловатым. — Второе убийство. Ситуация требует вмешательства.

— Второе? — переспросила Люсильда, и я услышал в ее голосе напряжение. — Но мисс Дункан говорила, что смерть Ашера — это самоубийство.

— Я сказала так, чтобы не допустить паники, мисс Принц, — ответила она. — У нас в Институте учится больше двухсот студентов. Если бы я объявила об убийстве в первый же день, родители начали бы забирать детей. Мы бы потеряли доверие. Поэтому я выбрала стратегию наблюдения.

Я смотрел на Дункан и понимал, что это могло быть правдой.

Неприятной, но вполне разумной.

Дункан боялась за репутацию Института. И это не делало ее сообщницей убийцы. Если я ошибаюсь, то со стороны директора было очень глупо привлекать столь серьезного человека, как оборотня из Ордена.

Нортон тем временем спокойно слушал. Он не выглядел как подельник. Он выглядел как человек, который приехал делать свою работу.

— Мы полагаем, что Олимпия не покинула Институт, — продолжила Дункан. — Она обезумела, вероятно, из-за долгого контакта с одним из полтергейстов Шервудского леса. Мы считаем, что именно она убила Ашера и Грега.

Люсильда внимательно слушала. Я видел, как она закусила нижнюю губу, словно Принц хотела что-то сказать, но никак не решалась.