В коридоре я был один, команда решила поддержать меня с лестницы. Торчали за углом, только выставив ствол пистолета и два арбалета.

— Кинь ключи! — крикнул я Анне, чуть отступая к стене, на которой сохранилась ржавая табличка с номером камеры.

Поймав связку и, всё время косясь в сторону крыс, быстро перебрал ключи. Мысленно помолился за светлую память тюремщиков, оставив на ключах номера камер, и дёрнул заржавевший замок.

— Ты спрятаться, что ли, решил? — весело спросила Оса и выпустила первый болт в самую шуструю крысу.

Следом раздались хлопки выстрелов от Марко и просвистел второй болт от Одри. И всё благополучно отрикошетило от крысиных бугров. Оса выстрелила второй раз, подбив одну из крыс под лапу, и отбросила её к стене. Но не убила — знаем, проходили уже.

Замок я всё-таки победил и дёрнул дверь в момент, когда крыса уже на меня прыгнула. Монстр врезался в решётку, и я, закрыв дверь, затолкал его внутрь камеры.

— Ну, тоже метод, — усмехнулась Оса, стреляя ещё раз.

Отвечать мне уже было некогда — подранок очухался и третья крыса, видать, самая старая и осторожная, тоже пошла в атаку. Прыгнула метров с трёх, легко взвившись почти под потолок. Я ушёл кувырком, на ходу подхватывая «Перо», и встретил подранка отмашкой с зажатым в руке серпом. Полоснул её по морде, стукнувшись о жвалу, сбил под арбалетный выстрел. И тут же бросился в сторону — пнул ногой уже почти открывшуюся решётку, по новой закинув крысу вглубь камеры, и подпрыгнул, уходя от когтей, полоснувших меня по ноге.

Но опять же только для того, чтобы сразу же раскрутиться, уходя от прыжка подранка. Это уже какой-то брюшной ёжик — в нём три болта торчал, но лишь слегка сковывало движения. На меня опять бросился хитрый, попытавшись напасть со спины. Но я оказался быстрее, а серп острее — и крысиная лапища отлетела в сторону. Размером она, правда, была с куриную, но всё равно потом заберу на память. Буду вместо ручного культиватора в своём садике использовать.

В третий раз навалился на решётку, ещё и с ноги в крысиную морду зарядил. Метод рабочий — она сама же жвалами себе пролезть не могла. И пока Марко точными выстрелами отгонял от меня подранка—ёжика, бросился за однолапым, решившего цапнуть кого-нибудь на лестнице. Догнать не успевал, наступил на хвост, сам чуть не грохнулся, но внимание привлёк. Крыса огрызнулась, прыгнула в сторону и врезалась в открывшуюся дверь камеры.

Тут-то я её и достал серпом. И по яйцам, и по шее, и по хвосту — накопилось уже силы, плюс «Анатомический взлом» разошёлся, и я разрубил её почти на две половины. И снова пнул дверь, захлопывая камеру. Мельком глянул, что «ежа» всё-таки добили, и по-быстрому крутанул ключ.

— Добивайте, — я махнул рукой на камеру и привалившись к противоположной стене, устало сполз по ней на пол.

— Ну, может, не все здесь такие живучие, — пожала плечами Оса, считав моё настроение.

Ага, если мы с обычными крысами еле справились, только войдя в город, что нас дальше-то ждёт? Тут и триста спартанцев-македонцев не поможет. А значит, надо искать какой-то другой способ. А то я так до садика не доберусь, буду всю жизнь с вредителями бороться.

— Мы что-нибудь придумаем, — Оса в очередной раз прочитала мои мысли и метким выстрелом в крысе болтом в глаз добила монстра.

Из крыс даже геномов не выпало. Хотя надо отдать им должное, больше никого опасного мы в участке не встретили. На первом этаже остались только уже знакомые нам жуки, и пока Оса с Одри их отлавливали, мы с Марко взломали арсенал.

Целая комната с четырьмя шкафами, часть из которых кто-то опустошил до нас. Но видно было, что в спешке и максимум в четыре руки.

Первый шкаф был самым полным, но он не заинтересовал ни нас, ни прошлых посетителей. На верхней полке в ряд стояли остроконечные шлемы с гребнями, похожие на шлемы пожарных девятнадцатого века, ниже — стойка с ножами, а в самом низу лежала целая гора рассохшихся дубинок.

Второй шкаф был уже поинтересней — там в три ряда крепились деревянные полки с прорезями. И почти в каждом из них был пистолет — в основном девятьсот одиннадцатые «кольты», но попались и несколько «люгеров» и даже один Маузер К96. Смазать, перебрать и будут как новые, ничего с ними не случилось за годы простоя. Климат сухой, двери заперты. Я насчитал суммарно сорок шесть пистолетов и с поднявшимся настроением вскрыл следующий шкаф.

Настроение вздрогнуло, когда взгляд сразу же натолкнулся на пустые гнёзда в центре шкафа. Я прямо увидел, как какой-то гранадец зачерпывает себе охапку стволов, унося их отсюда под мышкой. Ещё и в зубах небось за ремень тащил.

Ладно, нам тоже оставил. К тому же на четвёртый шкаф у него рук уже не хватило. А открыв его, настроение вернулось к верхней планке. Опять же суммарно передо мной было шестнадцать американских винтовок М14, причём на вид все были в прекрасном состоянии. То ли гранадцы не особо ими пользовались, то ли только недавно завезли свежую партию. На верхней полке стопками лежали магазины, а патроны и к пистолетам, и к винтовкам нашлись в ящиках в углу комнаты. Там тоже кто-то копошился до нас, но, видать, просто набивал карманы.

К сохранности патронов, конечно, вопросов больше, чем к стволам, но это уже пусть Сапёр разбирается. Наша задача — найти и вывезти. И в этом вопросе жадничать уже нехорошо. Есть очень большая вероятность, что мы где-нибудь на соседней улице найдём обвешанные стволами скелеты с набитыми патронами карманами.

Но я выдохнул. В прямом и переносном смысле. Шесть десятков спартанцев уже хоть как-то вооружим, а с их помощью добудем уже что-то побольше и получше.

К нам пришли Оса с Одри, отчитались о полной зачистке здания и принесли ещё три помповых дробовика, найденных в одном из кабинетов. Итого уже шестьдесят пять, а с тем, что есть у самих прибеженцев и наших старых запасах, речь уже может идти о сотке, с которой мы продолжим разбор города.

Немного посовещавшись, решили обустраиваться прямо в участке. Подвал считался чистым, но мы дополнительно перекрыли лестницу на уровне поста охраны. Потом завалили кладовку со сломанной решёткой на окне, и убедились, что все остальные окна перекрыты. Забаррикадировали входную дверь, так и оставив снаружи ловушку из червошипов.

А выход для себя оборудовали через крышу. За счёт высоких и толстых парапетов получалась отличная огневая точка с обзором на все стороны, плюс ещё и разросшийся плющ отлично скрывал силуэты. С некоторых сторон можно было в полный рост ходить, и с улицы бы никто не заметил. Зато мы бы заметили и заранее прикинули себе парочку путей отхода — так чтобы вниз легко и быстро, а наверх с трудом и под обстрелом.

Нашлись пусть старые и пыльные, но довольно крепкие одеяла, так что ночёвка даже обещала быть комфортной. Я, правда, спать не собирался — практически сразу занял позицию на крыше. Выцеливал особо любопытных монстров, но пока не стрелял, а лишь отгонял их «Аурой страха» да авторитетом шакраса. Наблюдал в основном за районом с жёлтым дымом, что-то мне подсказывало, что в той стороне авторитета недостаточно.

А заодно переговаривался на уровне образов и эмоций с Пеплом, который бродил по округе. Он с самого начала не пошёл с нами в участок, предпочёл остаться под открытым небом. И сам охотился, а заодно и обеспечивал дальнюю разведку. Правда, на уровне: сюда ходи, туда не ходи, монстр башка оторвёт. Но за неимением лучшего — я всю дорогу искал стрекоз, но экологию желтизна в Гранаде попортила — общее представление о близлежащих районах складывалось.

А когда стемнело, и вовсе пришла радостная и нетерпеливая эмоция, которую я смог опознать исключительно как: брат, давай скорее сюда, я тут такое нашёл!

У Осы пришлось чуть ли не отпрашиваться, обещая, что я «с пацанами» буквально на пять минут перетереть выйду. И вернусь не только трезвым, но и целым и невредимым. Понятно, что всё шутки, но выдвинулся я только через час. Пока сдал пост, пока определил вместе с Анной точки и прострелы, в которых она сможет нас прикрыть, пока перекусил, пока…