Но, наконец-то, «Тёмная охота» началась!
Я слетел с крыши, бесшумно соскользнув на каменную пристройку, а оттуда по контейнерам до забора, дальше по нему и на улицы города соскочил уже метрах в ста от полицейского участка. Махнул рукой Анне, которая, похоже, даже не смотрела в мою сторону, и, ориентируясь по чуйке, скрылся в узком переулке.
Практически сразу вляпался гору старых костей, стопкой перемешанных с каменными крошками и сухими листьями. Всё захрустело, перебив даже мою «Ауру тишины», но благо чуть ли не в соседнем дворе раздался душераздирающий визг съедаемого заживо существа, и следом громкое, довольное чавканье. И я, можно сказать, под шумок спокойно сменил и локацию, и направление.
Ещё несколько раз меня шугало что-то шустрое и мелкое, но массовое. Потом уже я кого-то спугнул — но даже не увидел кого, только услышал скоростное шарканье с пробуксовкой. Во второй раз — я услышал хлопанье крыльев. Думал, что опять кого-то спугнул, но оказалось, наоборот. Что-то камнем рухнуло сантиметров в пятидесяти от моей головы, и царапнуло когтями остатки фонарного столба, вырвав оттуда приличный кусок металла.
Какие-то необразованные здесь монстры, не понимают, что у меня маскировка на максимум. Я решил, что на фиг таких и убрался с открытого пространства. Проник в давным-давно нежилой дом и, стараясь не грузиться от видов запустения и разрухи, проскочил его насквозь. Забрался в следующий и не грузиться уже не получилось — растерзанные скелеты, кровь впитавшаяся, кажется, даже в пыль в воздухе, сломанная мебель со следами когтей, а потом и чьё-то старое гнездо с пустыми скорлупками.
Мёртвый город будто опять начал душить своей разрухой и отчаянием жителей. Эти, похоже, были из тех, кто решил пересидеть первые аномалии и в итоге дождался второй волны из монстров.
Насквозь этот дом тоже пройти не удалось. Окна с другой стороны были заколочены, хоть это жителей и не спасло. Я поднялся на второй этаж, застав там ещё больший бардак, и ещё долго стоял перед балконом, не торопясь выйти наружу. Хотелось продышаться, плюс впереди показался очень знакомый силуэт. Ши-тау собственной персоной.
Громадная помесь саблезубой кошки и дикого гризли. Красивый и мощный зверь, пусть слегка исхудавший на гранадской диете, но даже более свирепый, чем тот обдолбыш, с которым я встречался на лесопилке. Ши-тау охотился. Он явно почувствовал моё присутствие, но пока не мог определить точное направление.
Крадучись он пересёк улицу, скрывшись в переулке. До меня донёсся едва различимый скрип дверных петель, а потом ещё более тихие, совсем мягкие поскрипывания досок.
То, что я в доме, он угадал. Не угадал пока в каком.
Я не торопился — сам придёт. Даже подумал чуть ослабить маскировку, но слава богам Аркадии этого не сделал. Ночная улица начала просыпаться. Где-то внизу раздался торопливый топоток маленьких лапок, что-то ухнуло на крыше, сорвав с неё несколько камешков.
Из тёмной дыры в брусчатке (возможно, в прошлом это был канализационный люк) выскочило что-то маленькое и пушистое, похожее на обычного кролика. Ушки — коротыши, хвостик — обрубочек, жопка — меховая и мясистая.
— Эх, заблудился, бедненький, — прошептал я под нос, хотя так и хотелось крикнуть: Беги! Спасайся! В доме монстр — точнее, сразу в двух домах — тебя порвут на ценный мех и диетическое, легкоусвояемое мясо!
Зверёк будто услышал мои потуги и повернул на меня мордочку. Тут же сработала подсказка от системы, опознав в нём некоего скалистого дамана. Знакомое название, на земле такие тоже водятся. Вроде грызуны, но какие-то там учёные доказали, что ближайший родственник у зверька — слон. Я попытался вспомнить всё, что про них слышал: мокрые лапки, почти как присоски, чтобы по горам лазить, и что-то там с окаменелыми какашками чудное. Их называют «Золотой камень» и используют в парфюмерии в качестве фиксатора аромата.
— М-да, значение фразы: кролик — это не только ценный мех, но и… обретает новое значение, брр…
Я встряхнулся, не очень понимая, зачем мне сейчас вся эта информация. И зачем я вообще её вспомнил, теперь точно легко из головы её не выкинешь.
А пушистик тем временем будто специально навалил целую кучу прямо на брусчатке. Никакого золотого блеска я там не заметил, видать, не окаменело сразу. А вот потом, когда довольный даман улыбнулся, чуть ли не с эффектом выкидушки выпятив два клыка размером с мои мизинцы, уже и блеск появился. Лунный свет отчётливо прошёлся по всей морде этого саблезубого слоновьего хомячка.
Даман, морща носом, поводил мордой из стороны в сторону и зафиксировался на доме, где скрылся ши-тау. Раздался тихий свист, и в люке появилась вторая мохнатая мордочка, а за ней и третья. И когда первый даман уже вплотную подошёл к дому, за ним выстроилось не меньше десятка сородичей. Ещё один свист — и они дружной толпой ломанулись в дом, быстро взобравшись по отвесной стене до окна.
Не знаю, что я раньше считал самым странным из встреченного на Аркадии, но перепуганный визг ши-тау, теперь будет в явной тройке лидеров. По сравнению с тем, что сейчас рыдало в соседнем доме, поросёнок, которого режут, просто хихикает от лёгкой щекотки.
— Наших бьют, — хмыкнул я и не до конца понимая, что делаю, с разбега выскочил через балкон и прыгнул на крышу соседнего дома.
Ши-тау всё-таки ближайший родственник, плюс он на наш по статусу хищника, ну и, конечно, его геном я уже тоже считал нашей добычей.
Проскользив по черепице, зацепился за край и свесился головой вниз. Заглянул в окно на втором этаже, убедился, что драка дотуда ещё не дошла, и завалился внутрь. Ударился о тумбочку, поскользнулся на очередном скелете, но к лестнице выровнялся сам и успокоил дыхание. Перевесился через перила и заглянул вниз, застав классическую сцену драки между кошко-медведем и саблезубыми кроликами.
Ши-тау визжал, ревел и хрипел, мотаясь по всему залу. Раскидывал лапами остатки мебели и плашмя кидался на стены — и всё это ради того, чтобы сбросить с себя вцепившихся в шкуру дамаров. По паре зубастиков висели на передних лапах, сразу пять штук на спине, семеро, а то и больше, на груди, а остальные ниже. Один пушистик вцепился ши-тау в глазницу, предварительно выковыряв оттуда сам глаз.
Реально, зверя стало жалко. Там, похоже, уже и между лап клыками прошлись. «Заблудился, бедненький…» — захотелось сказать уже ему.
Я поймал взволнованный запрос от Пепла, типа бежать ко мне или продолжать караулить то, что он нашёл. Отмахнулся от него и приготовился встречать первого дамара. Меховые демоны меня заметили. Отчасти смешно выгибаясь в мою сторону, но так и не разжимая клыков.
Потом первый всё-таки отвалился от ши-тау, свистанул и бросился к ступенькам. Хитрая траектория с неприличным даже для кролика скоростным лимитом. Он перескочил через перевёрнутый стол, скакнул на стену, потом к ступенькам, снова на стену, а оттуда на потолок. И оставляя влажные следы, помчал на меня.
Напряжённый момент, конечно, но после неубиваемой крысы в полицейском участке, удивить меня стало сложнее. Больше взволновало ощущение неправильности, пробудившееся где-то в глубинах моей генетической памяти. Шакрас явно недоумевал, что на него нападает кролик. Неправильно это всё, пищевая цепочка так не работает. С другой стороны, я же сам против Вольфа, как этот кролик.
— Ага, белый и пушистый, но с клыками, — хмыкнул я, уворачиваясь от летящего монстра.
Подловил, пропустил мимо и догнал ударом клинка в спину. На лету пробил насквозь и сразу вытянул руку подальше. Считай, двойная работа над ошибками после тех же крыс.
Бессмертным, к счастью, этот «ценный мех» не оказался. Почти сразу же засветился и выдал небольшой кристаллик даже раньше, чем я скинул труп в толпу его сородичей. Ши-тау начал сдавать. Я заметил всего четыре разорванных на части кролика, до которых он смог дотянуться, а дальше догрызли и перегрызли что-то важное.
Повсюду была кровь, а под умирающим зверем растекалась большая чёрная лужа. Только три дамара ещё вгрызались в его шкуру в районе шеи, а остальные, фыркая и насвистывая, выбрали меня новой целью.
