Я пока что им никто. Надо сначала получить официальное подтверждение того, что леди де Дарк теперь официально мачеха сыновей Риардана. Но не уверена, что это будет так легко. Скорее уж наоборот.

Мысли теснились в голове до тех пор, пока Добряк не сел на скалу, где Весна растила свое потомство. Повеселевшие мальчишки бросились к своим ящерам. Но спокойствие продлилось недолго — налетела гроза. Синие молнии зашипели вокруг, но мой зверь приоткрыл крыло, и я юркнула под него, прижавшись к его горячему боку. Рядом притулились демонята. Вторым крылом Добряк закрыл от ненастья мамашу-Весну, которая как курица-наседка также обняла свой выводок.

Гроза бушевала долго, разъяренно рвала небеса в клочья, оглушала раскатами грома и хлестала ливнем в крылья ящеров, дав мне время на новые раздумья. Больше  всего беспокоил вопрос о том, с чего император решил, что мой Риар — изменник. Кто-то должен был подвести его к этой мысли. И это как раз не тот случай, когда нужно подозревать его супругу. Нет, это кто-то из тех, кто был достаточно близко, чтобы все узнать, подслушать, сложить два и два, а затем…

Когда непогода стихла, и с крыльев Добряка закапали последние капли дождя, я уже примерно знала, что должна делать. Едва над скалами засияла радуга, мы с моим зверем снова пустились в путь.

Около дома Риардана было тихо. Так непривычно! Я спрыгнула с ящера и зашагала к двери.

— Миледи Фабиана! — Сантин так удивился моему приходу, что просто застыл, мешая войти.

— Ты один здесь, больше никого нет? — спросила его.

— Все слуги разбежались, — он кивнул. — К нам ведь приходили, делали обыск, весь дом перерыли. Так что не обессудьте, у нас беспорядок, все я один прибрать не успел. Проходите, — спохватился, отступив.

— Даже не думай о такой ерунде, — отмахнулась, войдя в гостиную, усыпанную листами документов, нот, перевернутой мебелью и прочим. — Нам нужно поговорить, Сантин.

— Пройдемте, — он зашагал на кухню — все идут туда, когда наступают плохие времена. Наверное, это рефлекс с давних времен — тянуться к теплому очагу, когда все плохо. — Знаете, — улыбнулся, начав открывать дверцы шкафов, — это даже хорошо, что обыск был и все уже перерыли. Значит, не вернутся и вас тут не застанут. Вы в безопасности в доме супруга, — многозначительно посмотрел на брачную метку на запястье, которая немного щекотала кожу.

Я — возможно. А вот Риар нет. Что с ним сделают?..

Верный слуга заварил чай и поставил передо мной тарелочку с ароматным вишневым пирогом. Желудок резко забурчал, рот наполнился слюной, напоминая о том, как давно не ела. А ведь сейчас так нужны силы.

Впилась зубами в пирог, напомнив себе, что надо будет отвести еду мальчишкам. Вряд ли они будут кушать горных козочек, что поймает Весна.

Сантин оказался словоохотливым и всезнающим, как я и полагала. Но от разговора с ним легче не стало. Кто мог предать де Дарка, так и оставалось тайной. На самого слугу не думалось. Мой демон считал его другом и даже тем, кто частично заменил ему отца.

— Что это? — я повела носом, учуяв неприятный запах, идущий из-под стола.

— Посмотрим, — Сантин заглянул туда. — Хм, скажем так — финал пищеварения нашего удава достиг апогея!

— Как вовремя, — пробормотала я, прикрыв нос рукой и проводив взглядом сбежавшего с места преступления змея. — Тогда пришло время достать кольцо из этого… э-э, апогея.

— Несомненно, вы правы, — мужчина кивнул.

— Фамильный раритет необходимо вернуть де Мирдарьену, — второй раз намекнула я.

— И снова вы правы, — Сантин усмехнулся.

— Так вы поможете мне с этим? — спросила напрямую, не оставив слуге шанса ускользнуть, как удаву.

— Придется, — он достал кружевной платочек и наклонился к полу.

Через несколько секунд дурно пахнущий платок лег на стол передо мной.

— Пожалуйте, миледи, — сообразительный Сантин встал, теперь уже мне намекнув, что отмывать семейную реликвию от апогея леди придется самой. — А я пока что постелю вам в гостевой.

— Было нелегко, но мы справились, — пробормотала, вытирая отмытый перстень.

Азтарах в нем, уже хорошо. Теперь нужно отдать дракону. Но это точно не на первом месте в списке дел. Для начала надо накормить демонят. Я собрала еду, одежду и спальные принадлежности. Здесь им пока опасно. А под присмотром Весны, которая не подпустит ни одного лиходея, все будет хорошо. Если же кто-то все же решится туда наведаться, то наша мамаша сэкономит время на ловлю ужина!

«Посылка» отправилась в путь на спине Добряка. А я прошла в кабинет Риара, надеясь найти там какую-то подсказку.

Первой меня встретила испорченная картина на стене. Потекшее до колен лицо старшего де Дарка презрительно глянуло единственным уцелевшим глазом, укоряя за все разом. Ха, у меня тоже к старому дурню много претензий накопилось. И я молчать не буду!

— Теперь ты доволен? — прошипела, сверля взглядом отца моего демона. — Твой сын в темнице. Не знаю, кто и как, но его подставили! Зачем тебе это было надо? Неужели все это так важно? Разве не лучше, если бы твои дети были просто счастливы? Как будто им других проблем не хватает, кроме обеления чести твоего рода!

— Ему важнее всего была репутация, а не благополучие сына и дочери, — раздался голос за спиной.

— Бран? — удивилась я, обернувшись. — Ты почему здесь? Где Риана?

— Знаешь, когда встретил ее, все перестало существовать, — невпопад ответил он. — Стало неважным, выцвело и отошло на второй план. Так странно, — пробормотал, нежно улыбаясь.

Он вообще в себе? Всегда тихий и незаметный, парень был для меня приложением к сестре Риара, как веревочка с бумажным бантиком, привязанная к хвосту котенка. Никогда не замечала этого влюбленного, который оставался в тени яркой, громкой, острой на язык Рианы.

— С тобой все хорошо? — я нахмурилась, вглядываясь в его бледное лицо.

— Можно стакан воды?

— Конечно, — отвернувшись к столу, взяла графин, налила в граненый стакан, играющий глубоко прорезанными гранями, и…

К лицу прижалась какая-то тряпка. Мягкая, сладко пахнущая.

Я дернулась, но меня крепко охватили руки, не давая вырваться.

— Прости, — зашептал Бран. — Не хочу этого делать. Но они поймали нас. Риана у них. Они отпустят ее, если приведу тебя. Прости…

Графин выскользнул, бесшумно упал на ковер. Крышка — хрустальный колышек, отскочила, вода упругими пульсирующим движениями начала выливаться на пол, будто кровь из перерезанного горла.

— Прости, я люблю ее, — горячий шепот обжег ухо.

Тело налилось тяжестью. Я начала оседать на пол.

Свет погас.

Когда я очнулась, кругом было темно. В горле першило. Закашлявшись, поняла, что меня покачивает. Карета? Куда везут?

— Держи, — рука из темноты протянула флягу.

Прищурившись, разглядела мерзавца Брана.

— Это просто вода, клянусь, — заверил он.

— С чего мне тебе верить? — я все же взяла тяжелую емкость.

Она была холодной. Внутри что-то так искушающе булькало, что не устояла. Открутила крышку и начала пить большими глотками. Как приятно!

— Что с Рианой, расскажи, — потребовала, опустошив флягу наполовину.

— Поздно, уже приехали, — парень открыл дверь.

Я дернула свою, почувствовав, как внутри взвилась паника, но с моей стороны было заперто. Ожидаемо. Лихорадочно соображая, что делать, вылезла на улицу. Вокруг тоже было темно. То самое, когда ни зги не видать. Даже луны спрятались, не желая мне помогать. Как всегда, придется самой.

Вдалеке раздался перестук копыт. Вскоре к нам подъехала карета, освещенная магическими синими факелами. Из нее вышел мужчина в черном плаще. Лицо, конечно же, скрывал капюшон.

Ничего не говоря, он подтолкнул меня к экипажу. Сопротивляться не стала. Что толку, все равно посадят и увезут. Буду изображать послушную девочку — до поры, до времени.

Села на скамью. Кучер развернул лошадей, мы поехали обратно. Вскоре через подергивающуюся занавеску на окне смогла разглядеть дворец. Открытие не порадовало. Там не было никого, с кем хотелось бы встретиться. Меньше всего мечтала получить аудиенцию императрицы.