Осторожно прикоснулась к красоте кончиками пальцев. Камни нежно сияли, как юные листики на деревьях, когда сквозь них проглядывает солнце. Подлый демон! Я не знала, что думать после того поцелуя. Сначала он признается, что все правда, что на самом деле хочет жениться на мерзавке Хейли, а потом… Устраивает нашу помолвку, велит сестре заняться моей подготовкой — с чем Риана с блеском справилась, дарит такой роскошный подарок.

Он подлец и пора бежать, пока не поздно, или же у него какой-то хитрый план имеется, но в него де Дарк никого не посвящает? Что мне думать?!

— Риардан, нам нужно поговорить, — твердо заявила, глянув на этого нахала, в который уже раз залюбовавшись мужественным лицом.

— Сначала примерим, — не успела оглянуться, как он уже уложил на мою грудь колье и, встав сзади, начал застегивать замочек.

Горячее дыхание опалило открытые плечи. От прикосновения рук по спине пробежался табун огненных мурашек. Мысли спутались. Я послушно вдела серьги в уши и позволила ему надеть мне браслет.

— Теперь просто идеально, — заявил де Дарк, удовлетворенно кивнув.

— Значит, можем поговорить, — спохватилась я.

— Вынужден тебя разочаровать, — ухмыльнулся. — Моя голова сейчас не соображает. Могу предложить поцелуй, хочешь, согревающий?

— Нет, не хочу.

— Тогда идем к гостям, — взял за руку и потянул к двери.

— Но…

— Кстати, уже прибыли твои родные, — мужчина лукаво улыбнулся. — Ждут встречи с тобой, соскучились.

— Правда? — я сама поспешила к выходу, лишь через секунду сообразив, что меня провели.

Зато теперь знаю, кто на свете самый хитрый демон!

— Фаби! — малышка Лили влетела в мои объятия, едва я спустилась в холл.

— Хулиганка моя! — присев, обняла ее. — Давай, хвастайся своими проказами!

— Я себя хорошо вела, — бессовестно заявила маленькая лгунишка.

— Ни за что не поверю!

— И правильно, — сказал папа, подойдя к нам. — Она вся в тебя, ни дня покоя на мои седины.

— Папочка, — крепко обняла его, с удовольствием вдохнув хорошо знакомый с детства аромат сигар и строгих мужских духов с горько-древесными нотками, в которые мягко, но бесцеремонно вмешивался запах ванили — ее мачеха использовала как отдушку для платяных шкафов.

— Как ты? — шепнул, косясь на де Дарка, вставшего в стороне — видимо, чтобы не мешать нам. — Не обижал тебя этот демон?

— Ты же видишь, он жив и в полном здравии, — ответила со смешком. — Если бы попытался обидеть, жениха в живых у меня уже не было бы.

— Ну и хорошо тогда, — кивнул довольно и отпустил — чтобы обнять меня смогла Мирена, а следом за ней и мачеха.

— Фаби! — выдохнула последняя, крепко прижав к груди.

Даже по ней я соскучилась. А раньше не воспринимала всерьез. Для меня она была лишь несуразной, тихой, временами смешной новой женой отца, любящей в любой ситуации падать в обморок. А ведь мачеха заботилась обо мне наравне со своими дочерьми, терпела все мои выходки и защищала перед отцом. Она любила свою падчерицу, по-настоящему. Глаза защипало — стало стыдно.

— Рада тебя видеть, Аделаида, — шепнула, с признательностью глядя на нее.

— И я тебя, девочка моя, — она хлюпнула носом, явно растроганная.

— Идемте на праздник, — Риардар спас от очередного обморока, подхватив мачеху под локоток. — Нас уже все ждут!

Сад оглушил громкой музыкой, ослепил огнями магических гирлянд и сияющего великолепия празднично накрытых столиков, украшенных цветами. Риана вложила всю душу в подготовку помолвки, статус которой мне до сих пор не ясен — фальшивая она или настоящая. И что будет дальше?

Сотни глаз тут же с любопытством уставились на нас — видимо, гадая о том же. Музыканты замерли, и стали слышны шепотки, что поползли по разодетой толпе, не упустившей случая заглянуть на самое скандальное мероприятие сезона. Поежившись, я повыше задрала нос и улыбнулась. Меня вниманием и пересудами не напугать!

— Стойкая девочка, — мурлыкнул сзади де Дарк, снова обжигая плечи дыханием.

— Просто привыкла к укусам высшего общества, — шепнула в ответ.

А вот к нему у меня привычка никак не вырабатывается. Слишком хорошо помню тот поцелуй в горах, когда вокруг свирепствовала вьюга, а в душе огненной розой цвела любовь. И я, вместо того, чтобы в лучших традициях Зла наподдавать подлому демону, послушно полетела с ним домой, совершенно размякнув, как обычная влюбленная и облапошенная красавчиком барышня.

Взгляд упал на наших демонят. Юные джентльмены, причесанные, в красивых костюмчиках, стояли чуть в сторонке и старательно улыбались, изображая порядочных мальчиков. Ну-ну, сочувствую тому, кто поведется на этот невинный фасад!

— Привет, а вы кто? — спросила моя любопытная сестренка, подойдя к ним.

— Рэйнор де Дарк, — важно представился старший, отвесив чопорный поклон и едва ли не шаркнув манерно ножкой. — А это Роэн, мой младший брат.

— Я Лилианция Д’Эвил, — столь же чопорно ответила малышка, но потом добавила с улыбкой, — можно просто Лили. Что у вас тут интересного есть?

— Ты поросят видала когда-нибудь? — глаза Рэйнора загорелись.

— Конечно. На столах, жареных, запеченных и… всяких!

— А живых?

— Живых? — ахнула сестренка, глазки зажглись любопытством.

— Ага! Побежали, покажем!

Трио сорванцов умчалось, и я мысленно пожелала замку устоять от тройного удара. А потом увидела того, кто внес сумятицу в нашу и без того непростую жизнь, приказав устроить пышную помолвку. Зачем, любопытно? Чтобы удостовериться, что мы не ослушаемся высочайшего волеизъявления? Так у нас и без того выбора не имелось. В чем подвох?

Риардан

— Повелитель, — Фабиана присела в глубоком реверансе перед императором.

— Помолвка вам к лицу, миледи Д’Эвил, — мягко ответил он.

— Благодарю вас.

— А теперь позвольте ненадолго украсть вашего жениха, — мужчина перевел взгляд на меня. — Нам нужно обсудить кое-что важное.

Я напрягся. Враги не дремлют. А учитывая тот факт, как неосторожно де Сиардар недавно раскрыл наши планы моей невесте, можно ожидать чего угодно.

— Пройдемте в кабинет, Ваше Величество, — я направился к дому, чувствуя, как Фабиана провожает глазами.

Девушке не терпится понять, что происходит. И это ее право. Ничего, ждать осталось недолго — сегодня все объясню. И останется только надеяться, чтобы она согласилась поддержать меня в той непростой игре, что я затеял.

— О чем вы хотели поговорить, Повелитель? — спросил, когда мы остались вдвоем в сумраке кабинета, слегка разбавленного светом свечей.

— О той интриге, что ты закрутил, де Дарк, — пробежав взглядом по корешкам книг в старом шкафу, доставшемся мне от отца, обронил гость и уставился в мое лицо.

— О чем речь? — осведомился, стараясь сохранять невозмутимость под его пытливым взором.

Все знали об умении Повелителя чувствовать тончайшие нюансы разговора. Он, словно гончая, пробовал воздух на вкус, распознавая оттенки лжи, страха и недомолвок. Мало кто осмеливался открыто лгать ему, ведь за этим неминуемо следовало наказание — не менее жестокое, чем сам император.

— Это ты мне скажи, — с усмешкой ответил он, склонив голову на бок. — Если интриг много, — многозначительно помолчал, — то начни с основной. Той, что связана с предателем Сиардаром.

— Пока говорить не о чем, — не став отрицать, пожал плечами.

— Вот как? — глаза монарха блеснули опасным гневом. — Ты забываешься, герцог!

— Напротив, я прекрасно осознаю, что делаю, поэтому прошу вас довериться мне, Повелитель.

Ответ был тверд и мог стоить мне жизни. Однако выбора не имелось. Я намеревался раскрыть свои тайны Фабиане. Но не императору, что задумчиво глядел на меня, хмурясь.

Возможно, сейчас прозвучит властный крик «Стража!», в комнату ворвутся личные телохранители венценосной особы, что всегда следуют за ним почти невидимыми тенями — самые сильные маги империи. А потом я отправлюсь знакомиться с жирными крысами темницы для самых опасных преступников. Тухлая соломка, капель с потолка, темнота и безысходность. Воздаяние за наглость всегда такое щедрое, что даже не знаешь, что с таким благодеянием и делать.