— Так она тоже видела счета? — уточнил, сделав глоток напитка, приятно растекающегося по языку медовой негой с травяным горьковатым послевкусием.

— Эти — нет, — девушка хихикнула. — Но она знает, что скоро явится посыльный со счетами на оплату ювелирных украшений и аксессуаров, которые мы с ней приобрели сегодня.

— И когда вы только успели, — подивился женской оперативности.

— Как говорят ваши сыновья — мы рано встали, — пропела в ответ, взяв с полки статуэтку из янтаря.

— Теперь я понял, какое у вас главное правило выживания, — констатировал я. — Выживи всех. Верно?

— Знаете, как меня прозвали в свете? — встала рядом. — Злом.

— Из-за фамилии?

— Из-за того, что умею за себя постоять.

Залюбовался на алые губки, что сложились в усмешку. Потом пробормотал:

— Не завидую вашим врагам. Теперь даже боюсь, что попаду в их число, и очередь на истребление дойдет и до меня.

— Все может быть, — донеслось в ответ все тем же елейным голоском.

Нахалка, восхитился и тут же вспомнил Весну. Она могла сначала утробно урчать, показывая свое расположение, а следом нырять с небесных глубин вниз и, схватив зазевавшуюся козу, покоряющую горный склон, вгрызаться в еще горячее мясо.

Внутри полыхнуло что-то животное, сильное, бескомпромиссное. В следующее мгновение я прижал Фабиану к себе — властно, одним рывком вжал в свое тело. И завладел девичьими губками, что раздразнили меня до исступления. Их вкус проник в мой рот, взбудоражив все мужские инстинкты, растекся внутри по-хозяйски — не нагло, а словно это было само собой разумеющимся. В голове пронесся вопрос — кто из нас над кем сейчас довлеет?

Но через секунду хлесткая пощечина вырвавшейся из моей хватки девушки выбила эту мысль прочь. В ушах зазвенело. Рот наполнился кровью — от разбитой губы.

— Я полукровка! — прошипела Фабиана. — Но не дешевка, запомните это!

Она умчалась, яростно хлопнув дверью и оставив меня стоять в растерянности, тоскуя по вкусу ее губ, что неотвратимо таял, превращаясь в сладко-ноющее запретное, но такое желанное воспоминание.

К чему нас всех это приведет?..

Фабиана

Я вылетела из кабинета подобно фурии, впервые оседлавшей непокорную метлу с дурным характером. И замерла. Дрожащими пальцами потрогала губы. Их саднило. И они все еще хранили вкус запретного поцелуя. Самого первого моего поцелуя! Я не хотела его запоминать. Я злилась. Но больше даже не на Риардана, а на себя.

Злилась, что так опешила вначале, не оттолкнула в тот же миг, как прижал к сильному мужскому телу. А еще было стыдно — жгуче, до боли, за те ощущения, которые испытала в его объятиях. Никогда ничего подобного ни к кому не чувствовала. И уж точно не должна была чувствовать к жениху, которого навязал император!

Вся эта буря, что пронеслась по телу. Огненные мурашки, попадавшие в обморок от переизбытка ощущений, желание, чтобы поцелуй продолжался бесконечно. Всего этого не должно было быть! Но наглый демон породил все это во мне!

Вот же рододендрон рогатый!!!

Рыча, промчалась мимо опешившей Рианы, ворвалась в комнату, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Его губы были такие горячие… Как же перестать об этом думать?!

— Ведьма, а ты не влюбилась случаем? — спросил ехидный голосок откуда-то сбоку.

Покосилась туда, решив, что у меня вдруг прорезались слуховые галлюцинации. Несомненно, это тлетворное влияние демонов, не иначе! Хватают девиц, целуют без спросу, и вот последствия не замедлились сказаться!

— А это что еще такое? — выпалила, увидев на своем же плече какую-то черно-серебристую зверюшку.

— Как-то странно ты выражаешь свою радость при встрече с фамильяром, — провозгласило это нечто — кажется, обидевшись. — При долгожданной и счастливой встрече, смею полагать, — уточнил, растопорщив кожистые черные крылья с подобиями крючком по верхам.

— Ф-ф-ф…амильяром? — уточнила шепотом.

Что за день такой сегодня? Одно хорошо — про нахального целовального демона напрочь забыла. Хотя нет, опять вот вспомнила и губы тут же заныли.

— А ты как хотела, ведьма же ж, — с укором посмотрел круглыми желтыми глазенками и тут же закатил их. — С кем приходится работать! Ох, грехи мои тяжкие, — протяжно выдохнул он и маленькими лапками взбил шерстку на груди, похожую на салфетку, что ему повязали на шею.

— Я полукровка, а не ведьма, — уточнила, хмурясь.

— Это мелочи, — категорично отмел возражение «гость». — Ведьма получает фамильяра, когда ее сила достигает пика. Ты, следовательно, редкий случай, но и не такое бывает в мирах, уж поверь. Ну, давай знакомиться, коли тебе уж так повезло, что достался я! — важно выпятил пузико.

Явно мужчина, догадалась тут же — по самомнению.

— Как тебя зовут? — оглядела его полностью — от острых ушек, торчащих вверх и постоянно пребывающих в движении, до больших лапок, пальчики на которых заканчивались острыми коготками, что весьма чувствительно впивались в плечо.

— Что за ведьмы пошли? — малыш сложил лапки на груди. — Вас чему учат-то вообще?

— Всему учат, — пришло мое время обидеться. — Я получила отличное образование.

— Значит, вместо того, чтобы внимательно слушать курс по магии ведьм, ты бегала на свидания с красавчиками-демонами, — ехидно напомнил фамильяр.

— Неправда, — щеки покраснели, чувствую.

— А что это только что было, в кабинете? — уточнил нахал.

— Ну… Форс-мажор! — нашлась я.

— Знойный такой мажор.

— Мы про имя твое говорили, — прозрачно намекнула зверюшке, возвращая в русло разговора.

— Нету его у меня, — смешно пожал плечиками. — Ты должна наречь.

Он вдруг вспорхнул с моего плеча, вцепился лапками в балдахин на кровати и повис вниз головой. А, так он летучая мышка!

— Давай, ведьмочка, подключи фантазию! Если тот поцелуй тебе все мозги не расплавил!

— Вот ты Злючка-Колючка! — пробормотала, еще гуще краснея.

— Что?! — он шлепнулся на постель, полыхнув — по шерстке будто огненная волна пробежала. — К-как? — раздулся, как злой кот. — Злючка-Колючка? Ты так нарекла долгожданного фамильяра? Ведьма, ах! — шлепнулся на спину, прижал лапку к пузику. — Помру ведь!

— Я не хотела, прости, — виновато улыбнулась, сев рядом. — Само вырвалось.

— Не прощу, — прошипел он и отвернулся.

— Злопамятная Злючка-Колючка, — вздохнула. — Давай жить дружно, нам ведь с тобой теперь друг от друга никуда не деться.

— Я вообще-то могу написать жалобу в Министерство фамильярских назначений, — покосился на меня. — И попросить сменить ведьму.

— И часто такие прошения удовлетворяют?

— Пока прецедентов не было. Но и ведьм, что дают такие имена, тоже не попадалось пока что! Ни Сократус, ни Миратар, ни хоть какой-нибудь завалящий Кир! Злючка-Колючка, надо же! — снова закатил глаза. — Как в глаза коллегам смотреть? Позззор! Помру, точно помру!

— Не помирай, не хочу остаться без фамильяра. У меня никогда его не было, но все же вроде как положено, тогда пусть будет.

— Покусаю ща, — намекнул малыш, показав острые иглы зубов.

— Прости, я очень рада, что ты появился, правда. Мир? — поднесла к его лапке мизинчик.

— Ладно, мир, — потряс его. — Но будешь должна.

— Какой ты меркантильный.

— Это деловой подход, — он встал и заходил по кровати, заложив лапки за спину.

— Ясно, — стоило большого труда не рассмеяться над его комичной важностью, что столь явно контрастировала с пушистым маленьким существом, больше похожим на плюшевую игрушку.

— Давай рассказывай, ведьма, — велел Злючка, остановившись.

— Что именно?

— Меня, конечно, интересует, что это за демон был в кабинете, — подленько ухмыльнулся. — Но обширный житейский опыт подсказывает, что ты предпочтешь поведать любую другую информацию, только не это. Не ошибаюсь?

— Ты совершенно прав, — торопливо кивнула. — Итак, я…

— Я спымал его, спымал!