— Отличная мысль, — осторожно коснулся ее талии, дабы проявить мужское внимание, которое было необходимо продемонстрировать влюбленному жениху.

Но обнимать эту красавицу все равно что ласкать статую. Та останется прекрасной, но удовольствия вы ей не доставите. Как и она вам. Огонь не живет в мраморе. Камень мертв.

— Нам пора, доченька, — окликнул ее поднявшийся отец. — Твоя портниха ждет.

— Вы правы, батюшка, — послушно кивнула, развернувшись. — До встречи, Риар, — одарила чарующей улыбкой.

Папа с дочерью удалились, и я закрыл за ними дверь, с облегчением выдохнув. Дела заняли остаток дня. Пришло время возвращаться домой.

В этот раз меня вновь встретил женский крик. Стабильность — это хорошо. Я посмотрел на растрепанную няню сыновей. Она неслась прочь от замка, сжимая саквояж и при этом ругаясь, на чем свет стоит, как садовник, что при подрезке кустов отхватил себе палец. Кстати, в ее отличных рекомендациях не было ни слова про не менее отличное — я бы даже сказал виртуозное владение нецензурной лексикой. Надеюсь, мои демонята этого не слышали в ее исполнении.

— И не просите, на этот раз не останусь! — выпалила, поравнявшись со мной. — Хоть в десять раз повышайте оклад, ни за что! — понеслась дальше.

Вздохнул, глядя ей вслед. Шустро бегает. Мои мальчишки всех быстро учат носиться со скоростью ветра. Какая она уже по счету? Не помню, сбился. В нынешнем году минимум десятая. Жаль, мне казалось, эта, юбилейная, неплохо ладит с Рэйнором и Роэном. Да, встретили они ее неласково. Магией подпалили платье и волосы, но чековая книжка успокоила вопящую девушку. Солидные накопления быстро примирили ее с отсутствием длинной косы. А наряд можно и новый приобрести, лучше прежнего.

 Я смиренно улыбнулся. Сам в детстве был таким. Моим именем пугали гувернанток. Так что нечего ждать, что дети будут расти послушными. От демона не родятся ангелочки. Да и характер — это хорошо, без него в жестоком мире не выжить.

Утешая себя такими сентенциями — весьма спорными, признаю, отправился искать шалунов. По большей части потому что соскучился. Еще было все же любопытного, что такого они успели натворить, чтобы довести няню с железными нервами до побега. Она ведь даже про жалование не заикнулась. Ничего, вышлю чек и компенсацию.

Дети нашлись в гостиной, где увлеченно возились с чем-то на полу — под руководством Фабианы. Замер в дверях, любуясь тем, как мальчишки послушно выполняют ее указания. Троица определенно спелась. И вот это меня по-настоящему пугает!

— Папа! — вскричал Роэн, увидев меня, и понесся навстречу.

В груди, как всегда, приятно заныло, а в сердце расплылось покалывающее тепло. Подхватил младшего на руки. Старший, стараясь сохранять степенность, медленно подошел ко мне. У нас с ним похожие характеры, я тоже не любитель показывать, что на душе, демонстрировать эмоции.

— Что натворили, признавайтесь, — потребовал, стараясь, чтобы голос звучал строго.

— Мы паиньки, папа, ты что, — Роэн сделал невинные глаза. — Летучего змея вот делаем.

— Сделали няню, за змея принялись, — я с усмешкой кивнул.

— Она змею испугалась, — пояснил Рэйнор.

— Какую еще змею?

— Зеленую. Кто же знал, что она их так боится? — малыш пожал плечами.

— Они удава огромного ей в кровать подложили, — «сдала» демонят Фабиана.

— Мы его спасли! — возразил старший. — Сосед его не кормил почти. И в аквариуме держал. Кому понравится неделями в нем сидеть? Вот мы и решили его спасти.

— Они такие добрые, — девушка фыркнула.

— Значит, вы выкрали удава у соседей? — спросил я, прикидывая, чего будет стоить умилостивить гневливого милорда Стаффолка.

Опять будет трясти сухонькими кулачками и грозно распушать бакенбарды, призывая все кары небесные на мое семейство. Ведь старикан еще помнит мои голопопые шалости. Ему, как ближайшему соседу, здорово досталось, пока я тренировал на нем свои умения вдохновенно, с огоньком творить разнообразные пакости. Можно сказать, он был моей первой, тестовой жертвой.

— Мы освободили этого удава, — уточнил Рэйнор.

— А няне в постель зачем его положили? — полюбопытничал я проформы ради.

— Он же хладнокровный, так в книжке написано, папа, — укоризненно глянул на меня — взрослые ведь такие недогадливые. — Значит, мерзнет. А под одеялом тепло!

— Логично, — пробормотал, подавившись смешком и жалея, что не видел тот момент, когда гувернантка проснулась с удавом в обнимку.

А самое главное, как был озадачен чешуйчатый!

— Ладно, пойдемте запускать нашего змея, — Фабиана указала на то, над чем трудилась малышня. — Посмотрим, сумеете ли вы заставить его взлететь!

Мальчики подхватили поделку и потащили на улицу. Я пошел следом за ними, чувствуя, что и у самого за спиной раскрываются крылья.

Вода озера искрилась серебром, как огромная рыбина. Ветер трепал ткань змея, будто хотел разорвать на части. Тот нырял в воздушных потоках, поднимаясь все выше. Катушка дрожала в моей ладони, тугая нить дергалась, словно летун пытался вырваться на свободу, чтобы умчаться в поднебесные дали. Восторгу малышни не было границ. Их смех бальзамом ложился на мое сердце, побуждая поднимать игрушку все выше и выше. В душе звенела детская радость, чистая и прозрачная, как вода горного родника.

— Теперь ваша очередь, — я передал змея Рэйнору, и тот помчался по берегу, подстегиваемый криками брата.

Фабиана рассмеялась, наблюдая за ними. Мое сердце затрепетало, словно его тоже таранил ветер.

— Спасибо, что возитесь с моими исчадиями ада, — сказал ей, чувствуя глубокую признательность.

— Мне не сложно, — отмахнулась девушка. — Сама в детстве такой была.

— Непоседой, подкладывающей нянькам в постель удавов, украденных у соседей?

— Мои забавы были не столь невинны.

— Поделитесь?

— Нельзя, — помотала головой. — Такие ужасы да на ночь? Не уснете потом. Скажу только, что есть много людей, у которых начинает нервно дергаться глаз при упоминании моего имени!

— Понял.

— А ваши малыши очень хорошие. Им просто нужно, чтобы их любили, и только.

— Вы сами это пережили — нехватку любви в детстве? — спросил, когда мы не торопясь пошли вдоль берега, где носились дети.

— Да, это делает сильнее, но оставляет большую дыру в сердце, — ее глаза погрустнели. — Ах! — она споткнулась о кочку.

Я поддержал, прижав к себе. Отпускать не хотелось. Отвел прядку волос, что лезла в ее лицо. Без косметики оно было таким красивым — и выразительным, мигом отражая все мысли хозяйки.

— Пойду помогу исчадиям ада, — пробормотала девушка и, отстранившись, зашагала к мальчишкам.

— Что ты творишь?

Я обернулся на голос сестры. Та с укором смотрела на меня.

— Ничего, — пожал плечами. — Развлекаю детей.

— Риар, я прекрасно вижу, как ты на нее сморишь!

— И как же?

— Как… как… как я на Брана! — выпалила рассерженно.

— Вот и скажи мне, дорогая, зачем ты на него так смотришь? — усмехнувшись, вернул ей вопрос.

— Разговор не переводи! — нервно дернула плечиком и нахмурилась. — Ты влюбляешься в нее, брат.

Я отвел взгляд. Возразить было нечего. Нашел глазами змея, покоряющего небеса. Ему было вольготно там, в беспечной выси, он жил моментом, пользуясь полной свободой.

А вот у нас, на земле, такое невозможно.

Мне напомнил об этом портал, что вспыхнул в отведенной для этого зоне совсем рядом с озером.

— Ну надо же, — пробормотал, глядя на де Сиардара, вышедшего из полыхнувшей прорамки.

Следом за ним шагнула Хейли.

Еще интереснее. Очевидно, змеиный день продолжался.

— Простите, что нагрянули без предупреждения, — без тени раскаяния повинился граф, когда гости подошли к нам. — Дочка хотела выгулять новый наряд. Вот и решили навестить вас.

— Добро пожаловать, — Риана учтиво поклонилась. — Как я вас понимаю, миледи Хейли, такое роскошное платье, несомненно, стоило того, чтобы заглянуть к нам на ужин. Вам очень идет.