Закончив трапезу, я посмотрел на темнеющее небо.

— Дальше я пойду порталами, — объявил я. — Чтобы не терять времени.

— Иди, — последовал безразличный ответ.

Старик, отвернувшись от меня, поковырял в ухе.

— Спасибо за компанию.

— Да не за что. Бывай.

Я встал, отошёл немного от костра и сосредоточился на мысленном образе. Место, в котором я собирался оказаться, было мне хорошо знакомо. Я много раз поднимался в горы и прекрасно помнил берег Чоры. Осталось только применить магию и открыть портал.

Настроившись, я сделал несколько коротких жестов. Пространство передо мной дрогнуло, открываясь тёмным провалом. Когда портал стабилизировался, я без промедления шагнул внутрь.

И тут же оказался по пояс в ледяной воде.

Пока я пытался понять, что произошло, поток накрыл меня целиком. Я только успел отметить, что знакомого берега больше нет. В месте, где я рассчитывал оказаться, теперь неслась река, и течение подхватило меня. В ту же секунду кто-то схватил меня за ворот и дёрнул назад, через всё ещё открытый портал.

Я свалился на землю, откашлялся и несколько секунд просто лежал, анализируя случившееся. Бушующие воды исчезли. Повернув голову, я увидел, как в паре метров от меня спокойно протекала Чора. Слева догорал костёр.

Наконец я поднял глаза. Видар стоял надо мной и сердито смотрел вниз.

— Совсем с головой рассорился?

— Спасибо, — выдохнул я.

— Да не за что. Обращайся.

Старик фыркнул и снова обратился к пустому пространству вокруг:

— Вечно эти дети старших не слушают. Отсюда и все беды.

— Если вы обо мне — мне тридцать четыре.

Видар расхохотался, похлопывая себя по колену.

— А я о чём? Дети они и есть. Моему сыну столько же. И тоже думает, будто самый умный. Ещё и поучать пытается. Ха!

Пока я сушил одежду с помощью заклинаний под неодобрительным взглядом моего попутчика, старик обустроил место для ночлега. Стемнело, и отказываться от отдыха не было смысла. В отличие от порталов. Теперь я уже не мог быть уверен, что место, которое когда-то хорошо знал, всё ещё выглядит так же. Поэтому логичнее всего было дождаться утра и идти пешком вдоль реки.

Об изменившихся планах я сообщил и Видару. Он явно не возражал.

Наутро мы продолжили путь.

После ночёвки старик стал заметно разговорчивее. Так за время подъёма я узнал, что его сын Токе давно уехал в Морес и домой почти не приезжает; что жена Видара очень по нему тосковала, но увидеть сына перед смертью так и не успела; что явился в Чорку Токе только на похороны — да и то лишь на полдня.

— Всё дела у него, — мрачно подытожил старик.

Я ничего не ответил.

— Теперь вот крышу перекрыть надо. Думаешь, я ему не сказал? Сказал, конечно. А он знаешь что? Рабочих прислал! Каких-то соплежуев-профессионалов, которых в Моресе нанял. А сам даже не приехал!

Я понимающе вздохнул.

— Вот-вот, — отозвался Видар. — Но я прогнал их, конечно. Сам её перекрою, как только с течением Чоры разберусь.

Мой попутчик ускорился, и я посмотрел на сумку на его спине. Чем дальше мы шли наверх, тем тяжелее становилось дыхание старика. Я послал в сторону поклажи небольшой магический импульс, чтобы немного уменьшить её вес. Достаточно, чтобы стало легче, но не настолько, чтобы вызвать подозрения.

Некоторое время мы шли молча. Ни зверей, ни птиц, ни драконов по-прежнему не было. Наше путешествие сопровождали только журчание реки, тяжёлое дыхание Видара и время от времени шорох его одежды. И вдруг старик неожиданно спросил:

— А что ты?

— Что я?

— Ну так ты же вон как далеко от дома. Часто к своим старикам ездишь?

Для ответа не понадобилось задумываться ни на секунду.

— Ни разу не ездил.

Он остановился как вкопанный. Лицо начало наливаться багрянцем.

— Что значит «ни разу»?! Ты же, если верить слухам, давно уже нынешнему королю служишь!

— Четырнадцать лет, — подтвердил я.

— И ни разу не возвращался домой? — Видар замахал руками так, словно всерьёз вознамерился стать ветряной мельницей. — А как же родные?!

— Мать умерла ещё до моего окончания Великого Университета. А с отцом мы поддерживаем связь через голосовую карту по необходимости. Примерно раз в пару лет.

Старик посмотрел на меня с таким выражением, словно я только что признался в каннибализме и объявил его своим следующим ужином.

— Просто неслыханно! Так нельзя!

— Почему?

— Потому что нельзя! Что это за отношение к отцу такое?!

Я пожал плечами. Мне было понятно, что Видар сердится, но я совершенно не мог уложить в голове, что именно его так возмущает.

— Мой отец тоже волшебник, — постарался пояснить я. — Причём весьма выдающийся. Он занимает высокую должность при Академии Искусства Мироздания, и что-то помимо магии его мало интересует. Так что даже наши редкие разговоры в основном сводятся к магическим вопросам — с его или моей стороны.

Старик покачал головой и подошёл к реке. Его руки безвольно обвисли.

— Ничего ты не понимаешь, — наконец изрёк он после непродолжительного молчания.

— Возможно, — не стал я спорить.

— И сам ты, надо полагать, не отец?

— Нет.

— Вот я и говорю, что не понимаешь. Полный дурак. Как и все дети. Пока есть куда возвращаться — надо возвращаться.

Я в очередной раз не нашёлся, что ответить, и предпочёл продолжить путь. Видар отправился следом, держась в нескольких метрах позади.

Дорога становилась тяжелее. Чора ускорялась, и теперь приходилось осторожнее выбирать место для прохода по берегу между скалами и бурным течением. Но погода стояла хорошая, и ближе к полудню старик неожиданно предложил остановиться.

Или, если говорить точнее, безапелляционно объявил остановку.

— Порыбачим, — заявил он, скидывая сумку на землю.

— Здесь?

— А что тебя удивляет? — приподнял он густую бровь.

— Берег не очень крепкий. Течение быстрое. И не факт, что здесь вообще осталась рыба.

— Как и не факт, что её здесь нет.

Я некоторое время молча смотрел на реку, потом перевёл взгляд на Видара.

— Если вы хотите рыбы, я могу поймать её магией.

На этот раз лицо Видара выглядело так, будто я предложил ему отведать вкуснейший кулич из песка. Несколько секунд он молча разглядывал меня, а потом медленно покачал головой.

— Всему тебя надо учить, — сказал он наконец. — Значит, самое время начинать учиться.

— Чему?

— Да рыбачить же!

Старик проворно преодолел несколько камней и извлёк из ближайших зарослей ветки, после чего достал какой-то материал из сумки и в мгновение ока собрал две удочки из подручных материалов. Довольно хмыкнув, одну он протянул мне. Я осторожно взял.

— А теперь вот так!

С этими словами Видар закинул удочку в бурный поток и разместился на камне, снова подстелив сверху какую-то ткань. Я последовал его примеру.

А дальше ничего не происходило. Около часа спустя я осторожно предложил продолжить путь.

Старик недовольно покачал головой.

— Опять ты ничего не понимаешь. В этом же весь смысл!

— В отсутствии рыбы?

— В том, чтобы не торопиться!

Я посмотрел на стремительно несущуюся воду.

— Я не тороплюсь.

— А что ты, по-твоему, делаешь? Всё время о чём-то думаешь да куда-то бежишь. А иногда нужно просто остановиться и насладиться моментом.

Я продолжил наблюдение за бурным потоком.

— Не нужно обязательно ждать результата, — продолжил старик. — Если рыба не клюёт, это не значит, что ничего не происходит. Ты посмотри на природу! Горы. Вода. Воздух. Тебе нужно научиться видеть красоту вокруг.

— Я вижу красоту природы.

— Не ври.

Я медленно повернул к нему голову. Мои брови едва заметно сдвинулись.

— Я не вру.

— Врёшь, конечно. Ещё и сам себе. Да вот даже сейчас — куда ты смотришь? Уж точно не на реку.

Я снова хотел возразить, но внезапно осознал, что Видар не ошибся. Всё это время я смотрел на магические потоки, уходящие вверх по течению реки и нарушающие статику фона.