— Вот, можно подумать, ему заняться больше нечем, кроме как, изводить тебя! — бросила сестрица.

— Да, а зачем тогда настаивать на моем возвращении? Ещё и угрожает плохой характеристикой. Уверена, он будет следить за каждым моим шагом и не упустит возможности отыграться. Боже, как вспомню, в каком виде предстала перед ним, сразу щеки горят от стыда.

— А я тебе говорила, что твоя авантюра ничем хорошим не закончится! Только ты меня не захотела слушать, и все как всегда сделала по-своему! — напомнила Вася.

— А можно без вот этого: «Я же тебе говорила! А ты меня не слушала!» — вспылила я. — Можно просто посочувствовать, а лучше подсказать, что мне делать с практикой!

— Полина, не хочу тебя расстраивать, но у тебя нет выбора, — посочувствовала сестра.

— Либо ты отрабатываешь в «Мирстрой» до конца, либо остаешься без характеристики! И у тебя, чтобы с этим смириться, есть два дня!

— Да уж, поддержала, — обиженно посмотрела на сестру.

— Я же не виновата, что у тебя в голове вместо серого вещества, функцией которого является умственный процесс, одни опилки.

— Ну спасибо! Ещё и дурой назвала! — обиделась я.

Решив, что лучшим способом избавиться от негативных мыслей и найти верное решение поможет спорт, я поднялась к себе, переоделась в спортивный костюм и отправилась на пробежку.

***

Выходные неумолимо приближались к своему логическому завершению, а это означало, что завтра с утра я должна была отправиться в логово одного мерзавца. Как не старалась, а придумать, как быть с практикой не смогла, и единственное, что мне оставалось, — это завершить ее в ненавистном «Мирстрой».

— Привет, — приветствовала меня сестра, сбегая по лестнице.

— Угу, — отозвалась я, сидя на диване и переключая каналы.

— Похоже, хорошее настроение сбежало от тебя надолго, — констатировала она.

— Ещё минимум на неделю, — согласилась я.

— Поль, всего пять дней, и ты больше там не появишься! Зато у тебя будет зачёт по практике.

— Всего пять дней, но каждый из них будет идти за три, и даже молоко за вредность не предложат, — меланхолично ответила я, не взглянув на Васю.

Несколько минут стояла тишина, я даже подумала, что сестре надоел мой кислый вид, и она сбежала от меня. Но нет. Неожиданно Вася, отбирая у меня пульт, скомандовала:

— Сейчас ты поднимаешься наверх, приводишь себя в порядок, и мы с тобой сделаем забег по магазинам! Нет лучше средства от душевной хандры, чем шопинг!

— Я не поеду, — вяло отмахнулась я.

— Паулина Загорская, в какой момент ты стала тряпкой? — рявкнула сестра. — Насколько я помню, раньше ты не пасовала перед трудностями, и жалостью к себе не упивалась! Напротив, всегда отличалась оптимизмом и шла вперёд трудностям наперекор!

Слова Василины задели за живое. Стало как-то обидно, за тряпку. Но она права, я никогда не сдавалась, и трудности, наоборот, меня закаляли и толкали на новые подвиги. А здесь из-за какого-то мерзавца расстроилась и превратилась в размазню и мямлю. И вот здесь, наконец, очнулись задремавшие достоинство и гордость.

— А ты права! — выдохнула я. — Не дам повода Люцику позлорадствовать! Явлюсь завтра в «Мирстрой», не как замухрышка Полина, а как Паулина Загорская во всем своем великолепии с гордо поднятой головой и отработаю оставшийся срок! И у Люцика не будет повода не засчитать мне практику!

— Вот теперь узнаю свою сестру, — радостно улыбнулась Вася. — Ну что на шопинг?

— Ага, я только приведу себя в порядок, — вскакивая с дивана, ответила я и помчалась наверх.

В город поехали на скромном Васином Лексусе. Сестра не так давно получила права и при любой возможности садилась за руль. Я была не против.

Сидя на пассажирском сидении и, глядя в окно на пробегающий пейзаж, я строила планы, как завтра феерично явлюсь к Люцику.

«Хочет, чтобы отработала полный месяц? Хорошо, пусть будет по его, только потом чур не жаловаться!»

В моей голове прокрутилось с десяток пакостей, которыми одарю врага.

Мы въехали в город. В выходной день в центре было много машин, поэтому найти место для парковки оказалось проблематично. И нам пришлось парковаться за несколько улиц от магазина.

Как только Вася заглушила двигатель, я, не дожидаясь ее, открыла дверь и вышла в июльский зной, тут же оказавшись в какофонии звуков и смеси запахов большого города. Натянув на глаза солнцезащитные очки, я обвела взглядом тихую улочку, на которой мы нашли свободное парковочное место. Отметила и старинные здания, и небольшие семейные кафешки и какой-то малоизвестный иностранный банк. Взгляд скользнул по припаркованным возле банка машинам, а уже в следующую секунду я вновь сидела в салоне Лексуса и лихорадочно пристегивала ремень безопасности.

— Ты чего? — удивленно посмотрела на меня сестра. Она как раз собиралась покинуть авто, когда я, как дикий кенгуру, запрыгнула обратно.

— Поехали! — скомандовала я.

— Куда? — ещё больше удивилась сестра.

— Вон за той черной машиной, отъезжающий от банка, — не спуская глаз с вышеупомянутой, произнесла я.

— Эээ... Ничего не хочешь мне объяснить? — не двигаясь с места и при этом глядя на меня как на душевнобольную, спросила Вася.

— Да заводи машину, уйдет же! — не выдержала я.

— Кто?

— Поехали! — рявкнула я, и Вася от испуга перестала мне перечить и выполнила мою просьбу.

Она довольно легко влилась в поток машин и пристроилась за интересующим меня джипом, аккурат через две иномарки. Некоторое время мы ехали в молчании, петляя по узким улочкам старого города, а потом Вася все же не выдержала:

— Кого преследуем?

— Люцика, — не спуская глаз с черного джипа, ответила я.

— Что? — завопила Васька и хотела уж было нажать на педаль тормоза, но вовремя вспомнила, мы в полосе движения. — Ты сума сошла?

— Вроде нет.

— Тогда за каким лешим, мы преследуем Люцика?

— Хочу узнать его тайны, — коротко ответила я.

— Уже узнала, устроившись к нему на практику! — саркастически заметила она. — Тебе что мало? Или тебя жизнь ничему не учит, и ты из одной авантюры тут же с головой бросаешься в другую?

— Интуиция внутри вопит, что нужно поехать за ним!

— Ага, дурь в твоей голове покоя не даёт ни тебе, ни людям! — бросила сестра. — Ладно, разворачиваемся и едем обратно.

— Нет! — закричала я, заставляя сестру вздрогнуть

— С ума сошла? — повторилась Вася.

— Мы должны за ним проследить! Когда ещё выпадет случай узнать, чем Люцик живёт?

— А нам этого знать и не нужно!

— Ещё как нужно! Вдруг он нас обкрадывает? Видела, где мы его встретили? Около иностранного банка! Явного какого-то нелегального. Вот чует мое сердце, нечист он!

— Чокнутая, — уверенно констатировала сестрица и на ближайшем перекрестке развернулась, чтобы ехать обратно в центр города.

— Ты что творишь?

— Оберегаю тебя от очередной глупости.

— Я же сказала, что нам надо проследить за Люциком!

— Тебе надо переключиться с него на что-то другое! А то ты прямо заболела этим Люциком, еще и следить за ним вздумала. Не знала бы тебя, подумала, что влюбилась, — неожиданно произнесла сестра.

— Ещё не хватало! — опровергла ее предположение и рявкнула. — Тормози!

От неожиданности Вася резко затормозила. Я, не дожидаясь, пока она опомнится, выскочила из машины, обежала ее и, распахнув дверь с водительской стороны, произнесла:

— Двигайся! — свои слова я подкрепила ощутимым тычком под ребра.

Заняв место водителя, я резко развернулась и, нарушая все правила движения, поспешила нагнать Люцика. За время, пока Вася читала мне нотации, возвращаясь в город, мерзавец успел скрыться, и вероятность, что мне удастся его догнать, была мизерной.

— Неужели упустили! — петляя по улицам города, произнесла я. — Все из-за тебя…

— Точно ненормальная! — только и ответила сестра.

Черную машину с тонированными окнами мы настигли минут через десять на одном из перекрестков, причем совершенно случайно. Я уж было смирилась, что Люцик ушел, а Вася откровенно радовалась этому. Но здесь неожиданно, он сам вырулил впереди нас. Я довольная пристроилась у него в хвосте.