Дождавшись, пока поток вопросов иссяк и поразмыслив пару мгновений, я начал неторопливо рассказывать — разумеется, без деталей и обходя стороной важные вещи. Зачем? Ну, во-первых, ничего прям секретного я не рассказывал, так что почему бы и нет? А во-вторых, разговор — дело обоюдное… так что, постепенно вплетая в рассказ вопросы в духе «а у вас что, по-другому?» или «а сама как думаешь?», я раскрутил Лоуссу на симметричные ответы.

Казалось бы, что полезного может знать подросток? Как по мне — довольно много. На секреты клана Кэтто я в любом случае не замахивался, а вот банальный «взгляд сбоку» был довольно интересен. Муч всё же учил нас исключительно полезной и, зачастую, малоизвестной конкретике, а Лоусса рассказывала вещи, банальные для любого северянина… и совершенно неочевидные для южан.

На моменте, когда разговор зашёл о клятвах и Лоусса вскользь упомянула, что клятвы Небу у них многие носят напоказ — это, мол, почётно и уважаемо — я и вовсе чуть не поперхнулся.

На осторожный вопрос «как так, ведь клятвы Небу опасны и вообще…», Лоусса лишь недоумевающе пожала плечами: мол, жить вообще опасно. Задав ещё пару наводящих вопросов, я в лёгкой задумчивости потёр щёку с невидимой татуировкой. Фандаг, помнится, советовал её скрывать от всех, кроме Богоборцев. Но это было актуально для общества эрайнов. Раз на Хор Ардане эти клятвы были более распространены — а значит, вызывали куда меньше интереса… значит, при нужде их можно и раскрыть, не боясь особых последствий. Если вдруг потребуются упомянутые «почёт и уважение», или же… хм…

— А ты слышала про резонанс клятв между людьми? — осторожно уточнил я.

— Что-то знакомое, — смешно сморщила нос Лоусса, задумавшись. — Ммм… нет, не помню. Спроси у де… мастера Муча. Или у миуцев, если наткнёмся на них… хотя в Ви-Тарре навряд ли найдётся хоть один, они Смерть терпеть не могут.

— А миуцы тут при чём? — ещё больше заинтересовался я. Нечеловеческие расы — это, пожалуй, один из самых больших моих интересов на Хор Ардане. И миуцы, как самые простые в плане доступа, стояли на первом месте. До локиссов и йонов (не говоря уж о более редких видах) ещё поди доберись, а миуцев можно найти в любом мало-мальски большом городе.

— Так у них Небо — это самая священная тема, — хмыкнула девушка. — Столько носителей клятв, как у них, ты больше нигде не встретишь. Так что если у кого-то спрашивать — так это у них.

Однако. Я в очередной раз убедился, что книги полной картины не дают от слова совсем: ничего подобного о миуцах я раньше не слышал. Встреча с ними резко подпрыгнула выше по важности в моём списке дел на Хор Ардане (очень длинном списке, надо признать).

Да и в целом, дорога до Ви-Тарра оказалась неожиданно интересной.

Ви-Тарр оказался довольно… специфичным городком. Из-за того, что он, по сути, стоял на краю Очага, концентрация стихийной Ци тут была заметно выше среднего. Ну а из-за её окраса имелось соответствующее преобладание в стихиях адептов — как паломников, так и живущих здесь на постоянной основе. Ну а большое количество адептов Смерти и Земли, в свою очередь, повлекло за собой весьма своеобразный облик города. Потому как далеко не все следят за балансом своих стихий…

— Вау. Просто… вау, — я невольно остановился перед комплексом из десятка узких башен, выстроенных из белоснежных костей и какого-то прозрачного состава, скрепляющего их. Причём сделано это было весьма продуманно и красиво: огромные, чуть ли не двухметровые, смахивающие на бедренные кости с некоторым трудом просматривались в глубине стен, и уже поверх них накладывались сотни более мелких и разнообразных фрагментов. Бесчисленные и явно человеческие лопатки, рёбра и фаланги пальцев ужасающей мозаикой вились внутри стен, не только заполняя щели между «базовыми» элементами, но и создавая завораживающий узор — на большинстве костей были вырезаны тончайшие линии, стык в стык совпадающие с такими же линиями на соседях. Несмотря на общую плавность и округлость элементов, от этого узора тянуло какой-то лёгкой угрозой. Хотя может, мне просто показалось из-за материала…

Каждую из башен венчала чья-то огромная безглазая черепушка, выполняющая функции крыши (и, видимо, заодно и чердака). Из глубин памяти всплыла давно и прочно забытая фраза:

— Нужно построить зиккурат…

— Красиво, да? — сказала Лоусса, вставшая рядом. — Храм Х’хи-Лой, Безмолвной Госпожи, Встречающей у Ворот. У нас в клане есть её святилище, но оно, конечно, с этим ни в какое сравнение не идёт.

— Красиво, — с некоторой задержкой согласился я. — И узор… интересный. В нём есть какой-то смысл или это просто для красоты?

— Понятия не имею, — безразлично пожала плечами девчушка. — Можешь у жрецов спросить, но сильно сомневаюсь, что они захотят с тобой разговаривать. У тебя Жизнь и Свет в стихиях, они таких не особо любят.

Ну да, ещё бы жрецы местной персонализации Смерти любили типичных паладинов в моём лице. Свет ещё куда ни шло: просто он постепенно склоняет людей к категоричным суждениям, и из-за небольшой части подобных… энтузиастов с хреновым балансом, репутация у всех его адептов не самая лучшая. Ну а Жизнь — да, прямой антагонист, как-никак.

Молча кивнув, я зашагал дальше по улице, то и дело останавливаясь возле очередных интересных зданий. Где-то из интересного были лишь отдельные элементы — например, уродливые резные маски на деревянных ставнях или забальзамированное чучело уродливого Хиатуса без конечностей, болтающееся на шпиле одного из зданий. Где-то интересным было всё здание целиком… ну, или его отсутствие. Например, часть зданий буквально отсутствовала на поверхности — весь участок был закатан в нечто наподобие бетона, и посреди сиротливо торчала лишь небольшая будочка, скрывающая лестницу вниз. Всё же не стоило забывать, что местный Очаг был двустихийным и адептов Земли тут тоже хватало.

Разумеется, далеко не все здания в Ви-Тарре были настолько специфичными. Хватало и вполне обычных каменных построек — и, собственно, возле одной из них мы в итоге и остановились. Подняв голову, я некоторое время рассматривал огромную деревянную панель, на которой весьма красочно и высокохудожественно была изображена лютая и бессмысленная на вид резня с доброй сотней участников. Брызги крови, оторванные конечности, выпадающие из вспоротых животов кишки… и над всем этим изящным, каллиграфическим шрифтом, было выведено: «Кровавый пир». При этом, судя по яркости цветов, вывеску подновляли регулярно.

— Хозяин тут специфичный, да, — правильно поняв мою заминку на входе, сказала Лоусса. Судя по её голосу, она и сама была в некоторых сомнениях насчёт того, надо ли нам сюда заходить. — Но они с учителем старые друзья, а Ви-Тарр — место опасное, так что лучше, чем здесь, места не найти…

Да, про то, что в Ви-Тарре власть чисто формальна, а законы размыты, меня просветили заранее. Де-юре город был свободным и единым, с мэром, который избирался раз в десяток лет, и советом наиболее влиятельных людей под ним. Де-факто мэр не решал примерно ничего. Совет решал чуть больше, но тоже знал, когда стоит прикрыть глаза, уши и рот. Сам же город делился на районы с покровителем (будь то местный клан, «филиал» государств-соседей, религиозный орден или вовсе сильный адепт-одиночка), в которых был относительный порядок, и на районы с полной анархией, в которых тебя могли ограбить, надругаться и разобрать на органы в ближайшем переулке — и никто даже пальцем не пошевелит, если за тебя некому замолвить словечко.

Покачав головой, я толкнул дверь и вошёл. Ну… богато. И даже, пожалуй, красиво, если абстрагироваться от того, что весь зал был красным. Тяжёлые, алые шторы на окнах, паркет и стены, обитые деревом более тёмного, почти кровавого оттенка — скорее всего, результат пропитки каким-нибудь лаком… или действие техники… хотя не удивлюсь, если такие деревья действительно растут где-нибудь на Хор Ардане. Даже стёкла в артефактных шарах-светильниках были красными, бросая сверху тревожный багровый свет.