К вечеру прибыли в Лон’Гримм — и нас тут же закрутила поднявшаяся суета. Церетеус подгадал к нашему возвращению очередной приём. Приехали гертэн Арташ со свитой, пара ольтэнов-Обладателей, какие-то высокие чиновники и купцы…

В общем, междусобойчик организовывался пока самый большой из тех, что я видел. Судя по обрывкам разговоров — Церетеус и Виррис Арташ находились на финальной стадии каких-то договорённостей по поводу текущей войны. Сам Арташ воевать не хотел и не любил — их род традиционно больше славился торговой хваткой. Но это не мешало Виррису держать огромную, особенно по сравнению с соседями, дружину. Три подчинённых Обладателя, больше тысячи отборных Заклинателей, да ещё добрый десяток мелких вассалов, которые могли при нужде выставить ещё пару сотен бойцов. Неудивительно, что на Арташа никто лезть не рисковал. Все войска Таубера и Ауса, несмотря на торопливо наращиваемые обеими сторонами объемы, Арташ мог раскатать катком до состояния тонкого блинчика.

На пир в честь прибытия дорогих гостей нам пришлось отправляться тем же вечером. Едва успели помыться с дороги и переодеться — и нас спешно потащили в главный зал. Двери распахнулись и, стоило нам зайти, важный усатый церемониймейстер объявил:

— Тэнна Диомеда Таубер, тэн Эдриан Гирит!

Что, простите?

— А с каких пор я стал тэном? — едва шевеля губами, прошептал я, наклонившись к Диомеде. Сомнительная предосторожность, учитывая сверхчеловеческое восприятие окружающих, но хоть какая-то иллюзия приватности.

— Видимо, отец оформил всё, пока нас не было, — так же тихо ответила девушка, лениво ковыряясь ложкой в каком-то желеобразном блюде. Последнее заставило меня вспомнить давно и прочно забытый холодец — и по виду, и по запаху. — Поздравляю.

— Гм, спасибо. Но я всё ещё не понимаю — за какие заслуги? — не унимался я.

— За потенциал, конечно, — недоумённо покосилась на меня напарница.

— Ладно, — я тяжело вздохнул. — Переформулирую. Зачем? Я же не просил. Мне этот титул пока что вообще не упёрся, особенно если с ним в нагрузку идут какие-нибудь обязанности…

— Понятия не имею. Спроси отца сам, некоторые вещи с высоты его опыта кажутся очевидными лишь для него самого.

Нам на плечи опустились тяжёлые ладони, а за спиной прозвучал весёлый голос:

— О чём спросить? Какие вещи?

— Добрый вечер, милорд, — не поворачиваясь, наклонил я голову. — Я… мхм… интересуюсь причинами выдачи мне титула.

— Не бойся, это простая формальность. Пока что.

— А…

— Чуть позже поговорим, — тяжесть на плечах исчезла и, обернувшись, я никого не увидел. С одной стороны, несолидно как-то гертэну так носиться, с другой — с его параметрами и использованием техник это выглядит почти как телепортация. Вот он перекинулся парой слов с нами — и вот уже сидит в другом конце зала, разговаривает со смазливым и улыбчивым длинноволосым парнем. На первый взгляд — какой-то молодой и, следовательно, не особо опытный адепт, но моё Познание при одном взгляде на него орало так громко, что сомнений не оставалось. Обладатель Истока.

— Ингвар Солнечный, — проследив за моим взглядом, пояснила Диомеда. — Один из свободных ольтэнов, которые живут на наших землях. Хотя этот живёт чисто формально — большую часть времени путешествует. Я его впервые за последние лет пять вижу.

Я лишь отстранённо кивнул. Нет, это всё, конечно, было местами довольно занятно, но… честно говоря, после долгой дороги и плотного ужина всё, что хотелось — пойти подремать. Ну или просто посидеть в тишине и спокойствии с книжкой.

Но, увы, после пира нам пришлось вновь тащиться в кабинет Церетеуса. Настал тот самый момент поговорить «чуть позже».

Из-за дверей донёсся взрыв чьего-то утробного хохота, и, стоило нам войти, мы услышали:

— … а вот есть ещё одна история. Заходят в бордель адепт Тьмы и адепт Света… — покосившись на нас, рассказчик со вздохом прервался. — Ладно, потом расскажу.

Церетеус, стоявший у окна, небрежно прислонившись к стене, вежливо улыбнулся:

— Не забудь только. А пока… Позволь ещё раз представить тебе этих перспективных молодых людей. Моя дочь Диомеда и мой вассал Эдриан.

— Виррис Арташ, — небрежно кивнул нам коротко стриженный широкоплечий гигант. Гигант — в самом прямом смысле. Добрых два с половиной метра, не меньше. Чёрт возьми, как он косяки лбом не сносит, с таким-то ростом? Странно, что я не заметил его на пиру — из толпы он, мягко говоря, выделяется.

— Что ж, не будем тратить время, — продолжил Церетеус. — Как ты уже понял, Виррис, Эдриан и Диомеда — мои кандидаты для твоего поручения.

— Думаешь, сдюжат?

Арташ отошёл на шаг назад, склонил голову набок, внимательно рассматривая меня с напарницей. Зачем-то принюхался и глубокомысленно почесал подбородок:

— Ну, стихия Жизни пареньку, конечно, пригодится, да и навыки у них неплохие для их возраста… но я бы отправил кого-то посильнее. И поопытнее.

— Те, что посильнее, нужны мне в боях и на защите замка, — отрезал Таубер. — Я не могу просто так оторвать от службы нескольких третьешаговых. А Эдриан с Диомедой, помимо опыта в странствиях, имеют мозги и определённую… везучесть.

— Дело твоё, — пожал плечами Виррис. — Сам же понимаешь — пока их поиски не увенчаются успехом, наша сделка в силе лишь наполовину.

— Понимаю, — скривился Церетеус.

— А можем мы поинтересоваться, на что нас вообще подписывают? — с едва скрываемым ядом в голосе поинтересовалась Диомеда.

Гертэны бросили на неё мимолетные взгляды и вернулись к бурному, но малопонятному для нас обсуждению. Заметив, что напарница начинает закипать, я положил руку ей на плечо и негромко сказал:

— Успокойся. В первый раз, что ли?

Девушка же, покосившись на меня, вдруг как-то по-особенному ехидно улыбнулась и приобняла меня за талию.

— Я абсолютно спокойна, дорогой, — приторно прощебетала она, прижавшись ко мне куда плотнее, чем этого требуют рамки приличия.

Я невольно поперхнулся и громко закашлялся.

Церетеус едва заметно дёрнул глазом. С учётом его опыта и выдержки — невероятное достижение со стороны дочурки.

Арташ… Арташ, кажется, едва сдерживался, чтобы не загоготать во весь голос.

В кабинете повисла нехорошая тишина.

«Дороги необычных людей пересекаются регулярно — уж очень Арбану интересно посмотреть, что из этого выйдет»

Из разговора двух опытных Идущих

В алхимию так глубоко, как в артефакторику, я не погружался, большая часть моих знаний были довольно поверхностны. Но, тем не менее, в базовых вещах я тоже разбирался, и местами весьма неплохо. Например, в классификации зелий. Вообще частных типов и разделений было столько же, сколько алхимиков — чуть ли не каждый мастер на каком-то этапе придумывал свою «новую, гениальную, ни на кого не похожую» систему.

Но имелась парочка пусть и грубых, но зато признаваемых всеми классификаций. Одна из них — по общему функционалу.

Первый тип — алхимия не для человека. Примерно треть от всех существующих рецептов: от ритуальных порошков, используемых в той же артефакторике, до варившихся бочками удобряющих зелий. Не для крестьянских полей с дешёвым рисом, конечно, а для дорогих фруктовых деревьев или ценных трав.

Все следующие типы использовались человеком напрямую. Зелья, мази, капли в глаза или нос — неважно. Находились даже энтузиасты, которые итоговый продукт клизмами в соответствующие отверстия заливали.

Второй тип — зелья с временным эффектом, действующим преимущественно на тело. Например, укрепляющие кожу. Или большая часть лечебных. Таких тоже хватает — ещё процентов десять занимает именно эта ниша.

Третий тип — зелья, действующие преимущественно на энергетику, но тоже временно. Повышающие восприимчивость к Ци, или устойчивость к конкретной Стихии, или… да много вариантов. Очень много. Этот класс зелий, по сути, занимает почти половину рынка.