Я смотрю на него и понимаю, что он прекрасно помнит, как я смутилась вчера. И, возможно, именно поэтому сегодня ему хочется ещё немного поддеть меня.

- Пока нет, - говорю я. - Мне все нравится.

- Хорошо, - отвечает он. - Это уже неплохой старт.

Он стоит слишком близко. Не настолько, чтобы это выглядело неприлично, но достаточно, чтобы я ощущала его присутствие почти физически.

София будто специально делает вид, что вообще не замечает этой сцены, и продолжает что-то объяснять про систему бронирования.

- Если что-то будет непонятно, спрашивай, - говорит она мне. - Но поначалу просто не пытайся запомнить всё сразу. Тут в первый день обычно у всех каша в голове.

- У меня уже, кажется, есть небольшая каша, - признаюсь я.

- Значит, всё идёт по плану, - спокойно отвечает она.

Илья тихо усмехается.

Я бросаю на него быстрый взгляд и тут же отвожу глаза. Потому что он смотрит так, будто ему не только смешно. Будто он ещё и замечает каждую мою реакцию. Каждую паузу. Каждый лишний вдох.

И это почему-то нервирует меня сильнее, чем должно.

Через какое-то время мне нужно дойти до кухни, отнести списки заказов, и я почти сталкиваюсь с ним в узком проходе. Останавливаюсь слишком резко, он тоже. На секунду мы оказываемся слишком близко, и я чувствую его парфюм - хвойный, свежий, чуть терпкий.

- Осторожнее, Анна, - произносит он негромко.

Я поднимаю на него взгляд и не успеваю сделать шаг назад.

Он смотрит на меня сверху вниз, спокойно, чуть насмешливо, и в этой короткой паузе что-то внутри меня снова дает сбой.

- Вы сегодня намного тише, чем вчера, - добавляет он.

- А вы, наоборот, слишком разговорчивы для инвестора.

Он усмехается.

- А вы, оказывается, умеете отвечать.

Я выдавливаю жалкое подобие улыбки, но от волнения получается не очень.

Он отступает на шаг, пропуская меня, но делает это так, будто задерживает не только проход, но и меня саму - взглядом, голосом, этой странной улыбкой.

И когда я наконец дохожу до кухни, у меня дрожат пальцы.

День тянется медленно, но не мучительно. Скорее напряженно. Я учусь, записываю, уточняю, делаю ошибки, снова исправляю. Матвей и София относятся ко мне нормально, и от этого становится чуть спокойнее. Илья уехал, забрав свой утренний кофе. И я почему-то чувствую облегчение от того, что больше не ощущаю на себе его взгляд.

Когда приходит обеденный поток, зал оживает, и мне приходится быстро реагировать, принимать звонки, отмечать бронь, провожать гостей к столикам. Я уже почти перестаю думать о том, как выгляжу, когда делаю очередную запись в списке, и это маленькое ощущение собранности вдруг кажется невероятно важным.

Уже ближе к вечеру одна из официанток просит помочь с конфликтным гостем, и я, не успев испугаться, иду вместе с ней. Разговор заканчивается без скандала, и я возвращаюсь за стойку с таким чувством, будто только что перепрыгнула через собственный страх.

- Неплохо, - слышу я рядом голос Ильи.

Поднимаю глаза и вздрагиваю от неожиданности. Откуда он тут взялся?

Он стоит у стойки с чашкой кофе в руке, взгляд спокойный, но цепкий.

- Вы не растерялись.

- Повезло, - отвечаю я.

- Нет, - говорит он спокойно. - Это не повезло.

Я не успеваю спросить, что он имеет в виду, потому что рядом появляется Матвей и что-то говорит про поставку, а потом София зовёт меня показать, где лежат дополнительные блокноты для приема заказов официантами.

Но его слова всё равно оседают внутри.

Это не повезло.

Я потом ещё несколько раз ловлю на себе его взгляд. Не откровенный. Не наглый. Просто слишком внимательный. Как будто он всё время замечает не то, что я говорю, а то, что я пытаюсь не показать.

И это сбивает меня сильнее всего.

Когда рабочий день подходит к концу, я чувствую усталость так, будто отработала не первый день, а целую неделю. Но вместе с этим есть и другое чувство — осторожное, почти хрупкое удовлетворение. Я не убежала. Не сломалась. Не села в угол и не разревелась.

Я справилась.

На выходе из кафе Матвей говорит мне, что завтра я снова выхожу по тому же времени, и прощается.

Подходит София, обещает прислать расписание, а потом вдруг смотрит на меня внимательно и спрашивает:

- Ты умеешь хранить секреты?

- Ты умеешь хранить секреты? - Спрашивает меня София, и я от неожиданности теряюсь.

- Смотря какие, - осторожно отвечаю я.

- Ну, рабочие, конечно. Ты чего так напряглась? Расслабься, Аня, - улыбаясь спокойно продолжает она немного понизив голос. - Скажу честно, мне нужно понимать, можно ли тебе доверять. У нас тут не самый простой коллектив.

Я молчу, потому что не могу понять к чему она клонит.

- Иногда кто-то может опоздать, иногда закрыть смену за кого-то, иногда мы можем закрыть глаза на какую-нибудь мелочь, если день совсем тяжелый, - рассказывает она. - Но мне не нужен человек, который потом побежит все это обсуждать дальше и докладывать обо всем начальству. Понимаешь?

Я киваю, хотя внутри у меня все еще напряжено.

- Понимаю, - произношу медленно, почти по слогам.

София смотрит на меня ещё секунду, а потом вздыхает, будто решилась сказать что-то не очень удобное:

- Просто у нас уже были случаи, когда новенькие приходили и пытались тут настроить свои порядки. А тем более, если честно, мне показалось, что ты устроилась сюда по блату.

Тут мои брови взлетают от удивления:

- Почему?

София пожимает плечами, делает паузу и отвечает:

- Нам с тобой еще вместе работать, поэтому давай начистоту. Илья Александрович обычно не заезжает так часто. Он может появиться раз в неделю, раз в две. А тут уже третий раз за два дня, и именно тогда, когда ты пришла устраиваться на работу. И, честно говоря, со стороны это выглядит странно.

Она делает паузу и внимательно смотрит на меня. А я стою растерянная, и не знаю как реагировать. И ее логика, правда, не кажется совсем уж безумной. Со стороны это, наверное, действительно могло выглядеть именно так. Внутри меня начинает закипать то ли смущение, то ли возмущение.

- Нет, я не по блату, и с Ильей Александровичем познакомилась только вчера, - хмурясь отвечаю я.

- Хорошо. Я просто хотела прояснить, - как ни в чем не бывало говорит София. Затем делает паузу, а потом добавляет уже мягче:

- Аня, не обижайся, мне нужен человек, который умеет держать язык за зубами. Иногда приходится прикрывать друг друга. Иногда закрывать глаза на мелочи. Это нормально, если рядом свой человек.

Я смотрю на нее и медленно понимаю: это был не просто разговор о доверии. Это была проверка.

- Я не болтливая, - говорю я тихо.

- Посмотрим, - отвечает София. - Пока ты мне нравишься и этого достаточно. До завтра, Аня.

Мы прощаемся и я медленно выдыхаю, когда она уходит, пытаясь собраться с мыслями. Начинаю двигаться в сторону дома на автомате. Слова про Илью продолжают звучать у меня в голове: третий раз за два дня. Интересно. Он ведь явно проявил интерес ко мне. Или мне показалось?

Я достаю телефон и набираю Кристину. Она отвечает после первого же гудка:

- Ну? - слышу я ее бодрый голос. - Ты еще жива, красотка?

- Пока да, - говорю я и невольно усмехаюсь.

- А что случилось?

Я перехожу дорогу и на секунду останавливаюсь у витрины, глядя на своё отражение.

- Второй админ кафе София подумала, что я устроилась сюда по блату, представляешь!

На той стороне на секунду становится тихо.