— Сейчас, по крайней мере, у нас появилась надежда, — заметил Вит.

— Все лучше, чем ничего, — я согласился.

И надежда действительно была. Как бы я не убеждал себя, что не стоит рассчитывать на скорую победу, подспудно я ждал исчезновения своих суперсил — а я был уверен, что отец уничтожит генератор сразу, как придет в себя. Каждое утро я просыпался с этой надеждой и упрямо давил в себе разочарование.

Секрет была гораздо честнее меня, не скрывая свою надежду.

А жизнь шла своим чередом. Затишье, возникшее перед появлением новых суперов, закончилось, и у меня снова прибавилось работы. Ночи дежурства Секрет так и не стали для меня отдыхом, но я уже спокойнее относился к тому, что она занимается этой работой. Такая беспомощная поначалу, моя напарница далеко продвинулась в тренировках, так что мне пришлось признать ее готовой к сражениям. Не со всеми суперами, но с большинством, тактику боя против которых мы с ней тщательно отработали.

Поэтому против суперов мы все чаще сражались вдвоем, что значительно повысило эффективность таких драк. Серьезные ранения стали для меня редким явлением.

Не сказать, что это как-то меня огорчало, хотя я все еще беспокоился за Секрет. Как бы я не был в ней уверен, нельзя предусмотреть всего.

Поэтому на тренировках я начал прорабатывать с ней тактику боя с самым опасным для нее противником.

Со мной.

К чести Секрет, она довольно быстро поняла, что происходит.

— Что-то я не припомню других суперов, которые могут вот так выскочить из моей же тени, — выпрыгнув из моего захвата, хмуро сообщила она.

— А других и не надо. Меня достаточно, — я невольно улыбнулся.

— В смысле? Мы же напарники, а не противники, — озадачилась она.

Я коротко вздохнул.

— Не забывай, это может измениться в любой момент.

— И почему же тогда ты не тренируешься побеждать меня? — фыркнула Секрет, почти не пряча раздражение.

— Потому что ты меня, в случае чего, убить не сможешь, — я пожал плечами. — А вот я тебя — смогу.

— Как самоуверенно, — поддразнила она меня.

— Констатация факта.

— Но ведь тогда такая тренировка бессмысленна. Если мы станем врагами, я ничего не смогу тебе противопоставить, ты же будешь знать все приемы, которые я выучу.

— Да. Но у тебя и не будет цели победить меня. Точно так же, как у нас сейчас нет цели побеждать наших противников. И, если ты помнишь, часть из них сильнее меня.

— То есть, мне нужно просто тянуть время, пока не придет помощь? — уточнила она недоверчиво.

— Так это и работает. К тому же у меня есть критическая слабость, которой ты можешь воспользоваться, чтобы сбежать от меня.

— Сам ведь говоришь, что сильнее.

— Не только я могу появляться неожиданно из-за спины. Тебе достаточно меня измотать, а затем спокойно вырубить. И, если не решишься на кардинальные меры, просто сбежишь и вернешься в гражданский образ. Без сознания я не смогу тебя отследить, так что, пока ты не начнешь использовать свои силы, будешь в безопасности.

— Кардинальные меры? — озадаченно переспросила Секрет.

— Убийство.

— Оу. А если я окажусь на стороне зла?

— Тогда я не буду с тобой драться, — я улыбнулся. — У тебя нет возможности выследить меня, поэтому я просто сбегу.

— А затем заманишь меня в ловушку, чтобы меня обезвредила полиция?

— Именно.

— Похоже, ты все хорошо продумал. Может, расскажешь, как мне тебя в ловушку заманить? — неожиданно весело поинтересовалась она.

— Толк от ловушки, если я буду в курсе? — невольно рассмеялся я. — Уверен, ты что-нибудь придумаешь и без моей помощи. Но вот потренироваться стоит. Хотя бы для того, чтобы ты не растерялась в случае чего и точно знала, что делать.

— Измотать. Я поняла.

Я окинул ее внимательным взглядом. Нет, вроде не издевается. Но определенно относится к этому слишком легкомысленно. Я для нее — опасный противник, и, если она не будет готова, из схватки со мной живой ей не выйти. Вот только, должно быть, Секрет сложно увидеть во мне врага. А потому она не справится, если меня поработит Альфа.

Если, конечно, не довести ее рефлексы до автоматизма. Тогда никакая растерянность не помешает ей спастись.

— Тогда давай оценим, как быстро у тебя это получится, — предложил я.

— А как же патрулирование? Разве тебе не нужно сохранить силы?

— Я успею отдохнуть, в случае чего, — сила для меня действительно не была определяющим фактором.

А у Секрет точно не получится серьезно меня ранить.

— Какой-то странный у нас разговор, — хмыкнула она. — Сюр натуральный.

— Лучше пусть сюр в разговоре, но правильная реакция на нештатную ситуацию. Ты мне еще спасибо скажешь, случись чего.

— Надеюсь, ничего не случится. И все скоро закончится.

— Надеемся на лучшее, готовимся к худшему. Всегда следи за источником света, не позволяй тени очутиться у тебя за спиной. Чтобы пройти сквозь тень, мне нужно время, так что пара-тройка секунд у тебя в запасе всегда будут. Пользуйся ими, чтобы отпрыгнуть подальше — и прыгай мне за спину, когда я полностью выйду из тени. Сразу наноси удар — и отпрыгивай. Повторяй, пока у меня не закончатся силы.

— А если силы закончатся у меня?

— Тогда ты умрешь, — пожал я плечами.

Я не приемлю убийств, но виласаб снимет это ограничение. Не обязательно я буду охотиться за Секрет — ведь за мной суперы не охотятся специально, как бы я им не мешал. Но, с другой стороны, я буду знать, что она готова устроить для меня ловушку, и вполне могу действовать превентивно. Я не знаю, как поведу себя, если окажусь под воздействием виласаба, и не хотел бы это узнать. Но исключить такую вероятность я не могу.

А потому должен научить Секрет защищаться.

— Понятно, — хмуро откликнулась она и вдруг спросила: — А тебе не повредит, если вдруг тень исчезнет, потому что я резко перемещусь?

— Нет. Я смогу ее удержать.

— А зачем ждать, когда ты выйдешь из теней? — поинтересовалась она.

— Потому что ты не сможешь мне ничего сделать, пока я в тенях. Точно так же, как и я не смогу напасть на тебя из теней, — одна из причин, почему я могу прятаться в тенях — в них я словно бы перестаю быть материальным.

Вряд ли эту информацию можно использовать против меня, поэтому я не видел смысла ее скрывать.

— Да? Но тогда тебе нет нужды выходить из тени? Ты же сразу можешь нырнуть в следующую.

— Не в тот момент, когда я удерживаю тени, — признался я. — Через такие я передвигаться не могу. А вот через свою тень — вполне, — предвосхитил я ее вопрос.

Если, конечно, таковой бы последовал.

— Что-то мне совсем не хочется видеть тебя врагом, — пробормотала она.

— Поверь, я бы тоже хотел этого избежать. Но нужно быть готовыми ко всему. Так что хватит отлынивать, начинаем.

И я нырнул в тень, чтобы вынырнуть за спиной Секрет.

Она слегка замешкалась, прежде чем переместиться в сторону, но я одобрительно кивнул — она остановилась под лампой так, чтобы тень падала перед ней. И снова нырнул к ней.

Это действительно похоже на ныряние в воду. Я погружаюсь в тени, бескрайний океан бесконечной тьмы с пятнами света на недостижимой поверхности — окна в реальный мир, через которые я могу наблюдать и шептать. А еще — выныривать, всегда зная, где окажусь в результате.

Вот только тени всегда отпускают меня неохотно. И, боюсь, если эволюция завершится, то однажды я просто не смогу выйти в реальный мир.

Не хотелось бы дотянуть до такого.

Секрет довольно быстро втянулась в рисунок боя, ловко уходя от моих атак и довольно уверенно атакуя в ответ. Хотя поначалу ей было сложно бить в полную силу. Но целью тренировки было не только — и не столько отработка рефлексов, сколько выяснение ее возможностей. Нет смысла тренироваться, если бой обречен только потому, что Секрет не хватит выносливости справиться со мной.

Ведь у ее способности тоже есть слабость. Увы, чем выше интенсивность ее прыжков, тем меньше у нее времени до отключения сил.