— Для этого.

Кубики пресса смотрелись действительно эффектно. И, определенно, требовали немалых усилий для их поддержания. Невольно я залипла на редкое зрелище.

А потому довольно поздно заметила, что он приближается ко мне.

— Можно подумать, кого-то может обмануть твоя внешность, — заметив улыбку превосходства, я разозлилась.

— Никакого обмана. Я красивый мудак, и девчонки от этого сочетания без ума, — самодовольно заявил он, остановившись буквально в шаге от меня.

— Не обобщай. Не всем нравятся мудаки.

— Поэтому приходится быть еще и красавчиком, — он притворно вздохнул, словно от огорчения, и протянул ко мне руку.

Я дернулась, отстраняясь, но Константин просто взял с полки у меня за спиной бутылку воды. И поднес к губам, позволяя каплям падать на широкую грудь, на гладкой коже которой они оставляли влажные дорожки.

Вот специально же! Мерзкий манипулятор, гад и — чего уж отрицать — красавчик.

Поймав себя на том, что слежу за стекающими по его груди каплями, я разозлилась. Злость не помогла мне найти достойный ответ, зато позволила развернуться и уйти, под веселый смех парня, довольного, что в очередной раз вывел меня из себя. На этот раз — даже не прикоснувшись!

Но тело шикарное, да.

Я сердито протопала в ванную, разделась до нижнего белья и уставилась на свое отражение. И злость отступила.

Потому что я вдруг обнаружила, что тренировки с Тенью не прошли даром. Нет, я никогда не жаловалась на фигуру, все же бегом я занималась вполне серьезно, а это хорошая подготовка. Но в такой форме я никогда прежде не была. Никакого лишнего жира, плоский живот, аккуратный рельеф мышц, гармонично развитых, но не уродливо накачанных. Я покрутилась перед зеркалом, заново себя оценивая. А ведь внимания не обращала. И не обратила, если бы не этот невыносимый тип.

Красавчик? Ха! Так я ничуть не хуже. Фигурка — загляденье. И он тоже залипнет, если я ему ее продемонстрирую.

Чего, конечно, я делать не собиралась. С него станется воспринять это как приглашение, и вряд ли он станет спрашивать мое согласие. Сам признал, что мудак…

Я вдруг задумалась. А это нормально вообще? Моральные уроды разве понимают, насколько уродливы? Разве не нужна совесть для того, чтобы оценить, насколько ты ужасен?

— Дожили, — уставилась я на свое отражение. — Ты что, оправдывать его пытаешься?

Разумеется, ничего плохого о себе Константин не думает. Так, просто… как это называется? Кокетничает, вот.

Я ухмыльнулась, вспомнив это слово, и представила себе сводного братца кокетливо стреляющим глазками, с веером и в кринолине. Надеюсь, он не умеет читать мысли, а то за такие картинки прибьет, не раздумывая.

А затем скинула оставшиеся вещи и встала под душ, наслаждаясь горячей водой. За что люблю выходные — можно не следить за временем в приятные моменты.

Пусть с физической нагрузкой не сложилось, но короткая стычка с Константином и душ привели мои мысли в порядок. Грусть-печаль из-за не складывающейся личной жизни отступили. В конце концов, мне не на что жаловаться. Я ведь супергерой и реально помогаю людям. И, если удастся завербовать маму, если у нее получится найти доказательства преступлений Белова — это ведь избавит целый город от серьезной опасности. А у меня наконец-то появится время на личную жизнь. И, может быть, когда угроза виласаба исчезнет, Тень согласится сказать мне, кто он.

Я мечтательно вздохнула. М-да, раскатала губу. Слишком много «если» для моего личного «долго и счастливо».

Но сейчас мы хотя бы пытаемся что-то сделать, а не просто устраняем последствия.

Вспомнив наш недавний разговор с Тенью, я почувствовала не обиду на их недоверие, а приятное тепло от мысли, что Тень считает меня важной. Той, без кого у него ничего не получится. Осознание этого… грело.

Как я ни готовилась к разговору с мамой, известие, что пора приступать, выбило меня из колеи. Ведь, если с анализом крови я не сомневалась в успехе, то душевные разговоры с мамой, такие частые между нами в прошлом, после ее замужества сошли на нет. И в действительности я не была так уж уверена, что она захочет меня выслушать. Или что поверит. Или вообще найдет время поговорить.

Конечно, я и сама не стремилась восстановить близость, в глубине души обиженная на нее за то, что она вырвала меня из привычной среды в угоду своим интересам. Вот только уверенности, что она пойдет мне навстречу, если я сделаю первый шаг, у меня тоже нет.

С другой стороны, когда я брала у нее кровь, никакой отстраненности я не чувствовала, и это обнадеживало.

Поэтому я поспешила уверить Тень, что справлюсь с задачей.

А он вдруг сделал мне подарок.

Комплект из куртки и брюк, усиленных броней, да еще и затейливо украшенных. Я глазам своим не поверила, когда достала куртку — стильную и дерзкую, как та Секрет, какой я старалась казаться. А в пакете оказались еще и брюки, и я с трудом подавила желание все это немедленно примерить. Потому что не сомневалась — это все мне точно по размеру.

В порыве чувств я обняла Тень, не веря, что он так расщедрился для меня. И это он еще утверждает, будто мы не друзья! Что же он готов сделать для тех, кого считает близкими?

Нет, я определенно не лишняя в их компании. Для чужих никто бы не стал так заморачиваться.

Костюм я примерила сразу, как вернулась домой. Он и впрямь сидел на мне идеально, подчеркивая фигуру, но не облепляя. Прочный, надежный и стильный — я была в восторге от своего нового образа. Даже переживания по поводу предстоящего разговора с мамой отодвинулись в сторону.

Ведь самое крутое в этом костюме — это даже не его внешний вид, а то, что подарил мне его Тень. Ох, я бы влюбилась в этого парня, не будь уже по уши в него влюблена.

Увы, держать костюм поближе к себе я не могла. Было бы глупо попасться на такой мелочи, хотя расставаться с подарком не хотелось. Но я спрятала его там же, где и первый костюм, утешая себя тем, что он все равно остается у меня практически под рукой.

Чтобы у мамы не возникло соблазна обсудить наш с ней разговор с Беловым, я решила, что поговорю с ней утром. Конечно, был риск, что она отмахнется от меня, спеша на работу, но ее должность вполне позволяла ей опаздывать, так что сразу после завтрака я решительно подхватила ее под руку и повела к себе.

— Карина, ты куда меня тащишь? — она изумилась настолько, что даже не сопротивлялась.

— Мамочка, нам надо серьезно поговорить, — заявила я ей полушепотом.

И на всякий случай огляделась.

Но Константин уже ушел — он всегда заканчивал завтрак раньше всех и первым убегал из дома. А хозяин дома спокойно собирался у себя — его рабочий день начинался позднее, чем у мамы. Вдвоем на работу они ездили редко.

Невольно мама повторила мой жест и тоже огляделась, но быстро взяла себя в руки и нахмурилась:

— Да что случилось?

— Сейчас все объясню, — я завела ее в свою комнату и закрыла дверь: — Не бойся, ничего не случилось. Но с тобой хочет поговорить один человек.

— И это не ты? — предположила она неуверенно.

— Сначала я, потом он, — я вздохнула, все еще не уверенная, с чего начать лучше.

— Ты что, замуж собралась? — огорошила меня она вопросом.

— Чего? — я уставилась на нее изумленно и тряхнула головой: — Нет, конечно. Какой замуж, я еще школу не закончила.

Но мама вздохнула с явным облегчением:

— Это хорошо. Тогда… что за серьезный разговор, если ничего не случилось?

— Мам, ты знаешь о суперах? — решила начать я прямо.

— О ком? — удивление ее казалось искренним.

Признаться, меня это сбило с толку. Я была уверена, что она знает, потому что суперы — это обыденность этого города, и едва ли она могла ничего о них не слышать. Нет, я тоже не слышала, пока не столкнулась с одним из них, но у меня-то другая ситуация, со мной же никто не хотел общаться. А если мама работает с формулой, то уж точно должна быть в курсе.

Но изображать удивление причин у нее никаких нет.