Женщина с детьми подошла ближе.

— Нам домой можно? У меня суп на печи.

Олвен спросил номер дома и велел хранителю проводить ее.

— Погасите печь и возьмите, что нужно на вечер. Верхний рынок открыт, там приготовили место. Пока проверяем дома у склада, лучше подождать наверху.

— Нас выселяют?

— На несколько часов выводим из этого ряда. Если придется задержаться дольше, вам скажут там. В соседних улицах пока готовятся, но уходить по одному не нужно.

Женщина поправила платок на голове девочки.

— А муж как нас найдет?

— У рынка запишут ваше имя и адрес. Здесь останется пост. Ему объяснят.

Она выдохнула, кивнула и потянула детей за собой. Мне хотелось помочь хотя бы с младшим, но их уже повел хранитель. Олвен вернулся к складу. Я пошла вверх по улице, держась ближе к ограде, чтобы пропустить еще одну телегу.

У площади служащие прибивали объявления. На них крупно указали место сбора, дорогу от нижних улиц и то, что брать с собой: документы, необходимые лекарства, теплую одежду. Для людей, которым трудно ходить, к мосту подавали экипажи. Мужчина возле меня спросил, можно ли забрать мать заранее. Ему показали, к кому обратиться.

Мне стало немного легче оттого, что на вопросы отвечали. Но когда за моей спиной сказали: «До этих проверок все работало», я прибавила шагу.

К Севрине я в тот день так и не дошла. Передала с хранителем, что зайду позже, и вернулась домой. Тиада встретила меня у калитки с таким же объявлением в руках. Наш дом в список не попал.

К вечеру принесли известие, что поврежденное крепление заменили. Людей пустили домой. Дополнительные камни доставили из городского хранилища, однако в нижнем квартале оставили посты на всю ночь.

Я закрыла мастерскую и поднялась к себе. На стуле лежало зеленое платье. Я собиралась убрать его утром и забыла.

Всего три дня назад я выбирала, какие серьги надеть на встречу. Сейчас долго стояла перед открытым шкафом, держа платье за плечи. Потом повесила его так, чтобы не помялось, и спустилась помогать тете с ужином.

Письмо Эстрана принесли следующим утром, после ухода Нерис. Посыльный службы попросил расписаться в получении: отправление из замка сперва доставили к хранителям.

На конверте стояла моя нынешняя фамилия. Эстран помнил ее, когда писал лично мне.

Я вскрыла письмо в мастерской. Тетя сидела напротив, разбирая старые крепления, которые мы вчера так и не убрали.

«Илвена, наше разногласие зашло слишком далеко».

Я дочитала до конца, не садясь.

Он предлагал вернуться в Вейрхольд к завершающей церемонии. Обещал предоставить мне прежнее содержание, отдельную мастерскую и право распорядиться ею по своему усмотрению. После обряда все имущественные разногласия должны были быть закрыты. Мои обвинения он называл следствием испуга, который готов был простить.

К письму прилагался второй лист.

«Подтверждаю, что до начала подготовки была извещена о характере обряда и возможных последствиях. Мое участие было и остается добровольным. Претензий к архимагу Эстрану Вейру в связи с проведением обряда не имею».

Внизу оставили место для подписи.

— Что он хочет? — спросила тетя.

Я протянула ей оба листа. Пока она читала, села и обнаружила, что так и не сняла накидку, в которой вышла за посыльным.

Тиада отложила письмо.

— Отнести магистрату?

— Да. Сейчас.

— Я пойду с тобой.

Я посмотрела на дверь, которую открыла для заказчиков час назад.

— Побудь здесь. Если кто-нибудь придет, скажи, что вернусь после обеда.

Она кивнула и подала мне перчатки.

До приемной Мериссы я добралась с дежурным хранителем. Секретарь узнал меня, взял письмо и, прочитав приложенный лист, сразу ушел за внутреннюю дверь. Через несколько минут меня позвали.

На столе Мериссы уже лежали обращение к горожанам и донесение со знакомым названием нижней улицы.

— Таэрну Орсу сообщили? — спросила она.

— Я пришла прямо сюда. Хотела показать вам обоим.

Мерисса попросила секретаря найти его в городской конторе. Мне налила воды и дождалась, пока я выпью.

— Вы собираетесь отвечать?

— Я хочу, чтобы он получил отказ. От вас. У меня нет желания опять с ним переписываться.

Она придвинула второй лист.

— Оригинал останется в деле, вам дадут заверенную копию.

— Он сможет закрыть дело, если я соглашусь?

— Нет. Но будет утверждать, что вы знали о риске и приняли его. А последствия назовет несчастным случаем.

Я посмотрела на свободное место внизу страницы. Эстран прислал мне готовые слова о том, что я знала. Нужно было только вписать имя.

— Он даже не написал, какие последствия, — сказала я.

— Поэтому я и сохраню письмо вместе с приложением.

Таэрн вошел через полчаса. На плаще у него высохли брызги грязи. Он поздоровался с Мериссой и остановился у стола.

Я подала ему письмо. Он прочел его стоя. Приложение просмотрел дважды, затем аккуратно положил обратно, совместив края.

— Севрине и Лиорель тоже? — спросил он.

— Послали узнать, — ответила Мерисса.

Таэрн сел рядом со мной. Мне хотелось взять его за руку, но я видела, как он сдерживал раздражение, и не знала, поможет ли прикосновение. Он сам коснулся моего локтя.

Мерисса достала чистый лист.

— Я сообщу, что предложение получено и приобщено к материалам. Отказ от участия в опасном обряде уже зафиксирован. Подтверждать его заново вы не обязаны.

— Добавьте, что я не соглашусь на встречу с ним без вас или другого представителя магистрата.

— Добавлю.

Она записала мою просьбу. Таэрн передал ей принесенные донесения и коротко рассказал о вчерашнем участке. Я уже слышала главное от Олвена, но теперь узнала, что до отключения хранители направили в замок время и порядок работ. Ответ о сокращении подачи пришел почти на час позже самого перебоя.

Мерисса сверила отметки.

— Это пойдет отдельно. Публичное обращение ответа на эти вопросы не заменяет.

Я получила копию письма и вышла в коридор. Таэрн остановился рядом с окном.

— У тебя есть еще немного времени? — спросил он. — Нам нужно поговорить.

Он заметил, как я насторожилась, и добавил:

— О моей работе. Вчера назначили дополнительную проверку. Завтра приедет наблюдатель из другого округа.

— Из-за обращения?

— Из-за него тоже. Эстран требует проверить, почему я поддержал ваши жалобы. И утверждает, что я пользуюсь службой в личных интересах.

— Ты сообщил о нас?

— Да. Мериссе и начальнику надзора. Что у нас отношения. Без подробностей.

Я кивнула. Таэрн прислонился плечом к стене. Вблизи я увидела, что у него покраснели веки.

— Меня не отстраняют, — сказал он. — Группой по-прежнему командую я. Но все решения по Вейрхольду будет проверять человек, который мне не подчиняется. План входа и работы у печатей мы утверждаем вместе.

— А если опять что-нибудь случится? Ты будешь ждать, пока он разрешит помочь?

— При непосредственной опасности действуем сразу. Потом объясняем. Это не изменилось.

— И у дома?

— Пост остается. Как и у Севрины с Лиорель. Это решение магистрата, проверка его не отменяет.

Он помолчал и добавил:

— Наблюдатель получит первые донесения. Они составлены задолго до того, как между нами что-то началось.

Мимо прошел секретарь с перевязанной стопкой бумаг. Мы посторонились. Я подождала, пока он скроется за дверью, и наконец взяла Таэрна за руку.

— Мне неприятно, что ему удалось добраться и до тебя.

— Мне тоже. Сегодня с утра объяснял, почему отказался снимать людей с нижних улиц. Хотя там еще вчера вывозили жильцов.

— Тебе велели их снять?

— Просили сократить посты, раз подача восстановлена. Я оставил до полной проверки. Теперь это тоже будут читать.

Он говорил без обычной уверенности, что сумеет уладить все достаточно быстро. Я сжала его ладонь.

— Ты сегодня ел?

Таэрн посмотрел на меня и чуть улыбнулся.