Однако эти Врата были особенными. Это были Врата, в которые вошёл Рыцарь Штэд, и за которыми находился регион Царства Снов, скрывавший в себе драгоценное сокровище.

Проблема заключалась в том, что Врата находились в чрезвычайно опасной части Антарктиды… она и раньше была опасна из-за близости к территории Сонг, а теперь становилась ещё страшнее, поскольку охотничьи угодья Испорченного Титана, всё ещё бродившего по континенту, постепенно смещались в её сторону.

Именно поэтому укреплённый форпост был заброшен, и именно поэтому Святой Мадок лично сопровождал их до места назначения.

Сквайр Уоррен и его люди — три когорты выдающихся Пробуждённых воинов — должны были стать первой волной подкрепления, посланных, чтобы помочь Рыцарю заполучить свой трофей. Ввиду важности этой миссии Шепчущий Клинок собирался лично перенести их между двумя мирами.

Конечно, Мордрет уже давно занял место Сквайра Уоррена, так что…

Дядя молча изучал жутковатый разлом Врат, казалось, не замечая безумной тяги Зова, а затем спросил:

«Ты готов, Сквайр?»

Тот, кто первым последует за Святым в Царство Снов, окажется в наибольшей опасности. Мордрет притворился непоколебимым и решительно кивнул.

«Всегда, милорд».

Слова были противны на вкус.

Мадок одобрительно кивнул и протянул ему руку. Мир стал мрачным.

Затем он исчез.

На мгновение Мордрет оказался в огромном, беспросветном пространстве между сном и явью.

И тут же ослепительный свет залил его зрение. Невыносимая жара обдала его кожу.

В нос ударил запах раскалённого песка.

Постепенно к Мордрету вернулось зрение. Он чувствовал себя крайне неуютно, так как в окружающем пространстве было очень мало отражающих поверхностей — ограничиваясь только собственным зрением, он чувствовал себя почти слепым.

Вокруг него простиралась бескрайняя пустыня.

Слепящий диск раскалённого солнца заливал высокие барханы потоком испепеляющего жара. Пески пустыни были безупречно белыми, а лазурное небо над головой — глубоким и безбрежным, как древний океан, и ни одно облачко не омрачало его шелковистого простора.

Где-то вдалеке из-под песка поднимались чёрные руины, разбросанные по пустыне, словно кости полупогребённого великана.

В мрачных тенях выступающих строений прятались голодные ужасы.

Мордрет нахмурился и чуть сдвинулся с места, услышав позади себя шорох песка.

Гротескное существо, состоящее, казалось, из бесчисленных когтей, уже бросилось на него… но через долю секунды оно было внезапно уничтожено, рассыпавшись в воздухе. Словно водоворот невидимых лезвий рассёк его на части.

Чёрная кровь закипела, коснувшись белого песка.

Святой Мадок спокойно посмотрел на останки Кошмарного Существа и повернулся к Мордрету.

«Будь начеку».

Вскоре он исчез. Мордрет остался один.

Вздохнув, он вызвал специальное Воспоминание, чтобы не свариться заживо внутри доспехов, и стал ждать с мечом в руке.

К тому времени, когда Святой Мадок вернулся с ещё двумя Пробуждёнными, на песке лежала ещё одна мёртвая тварь.

На то, чтобы доставить их всех в Царство Снов, ушёл почти час. Тем не менее, то, что их вёл Святой, было большим благом — им не пришлось искать друг друга в смертельной пустыне, сталкиваясь с её опасностями в одиночку.

Кто знает, сколько бы из них осталось в живых, если бы не Святой Мадок?

Наконец под безжалостным солнцем пустыни появился последний воин Валора. Шепчущий Клинок повернулся к Уоррену и вздохнул.

«На этом я тебя покидаю, Сквайр. Тебе придётся самому встретиться с Рыцарем Штэдом».

Мордрет сделал вид, что колеблется.

«Святой Мадок, милорд… не будет ли разумнее, если вы присоединитесь к нам?»

Дядя покачал головой.

«Меня слишком легко выследить на этой проклятой земле. Если я пойду с вами, это только увеличит шансы Королевы Червей узнать о миссии Штэда. Не волнуйся… если ты хорошо выполнишь свой долг, я скоро присоединюсь к вам. К тому времени Сонг будет уже слишком поздно вмешиваться».

Мордрет поклонился, решив, что у него отличное настроение.

Через несколько минут Святой Мадок исчез. Пробуждённые остались одни в нечестивой пустыне.

Он посмотрел на своих спутников и ободряюще улыбнулся им.

«Держитесь, ребята! Мы должны без промедления отправиться к первому ориентиру. Если мы не доберёмся до него до наступления ночи… да смилуются боги над нашими душами…»

Конечно, боги были давно мертвы — возможно, некоторые из них погибли именно на этом поле боя — так что ни в одном из двух миров милосердия ждать не приходилось.

Днём пустыня напоминала ад. Маленькое, безжалостное солнце заливало девственно белый мир удушающим жаром, и Пробуждённым казалось, что их тела и разум медленно растворяются в слепящем белом сиянии.

Обычные люди не продержались бы в этом палящем аду и одного дня, но даже опытные Пробуждённые воины с трудом стояли на ногах. Если бы не тот факт, что они пришли подготовленными… Воины Валора дрожали, несмотря на невыносимую жару, представляя, насколько мучительным было бы такое путешествие.

У правительственных солдат, затянутых в этот ад Зовом, не было ни единого шанса. В конце концов, вероятность того, что они обладали Воспоминаниями для смягчения жары и создания неограниченного запаса воды, была невелика, не говоря уже о других опасностях.

Но что самое главное — у них не было карты.

Грубая карта, созданная разведчиками великого клана, была, без сомнения, самым важным отличием отряда Уоррена от этих несчастных глупцов.

Ведь если днём пустыня напоминала ад, то ночью она была бесконечно страшнее. Жара отступала, сменяясь убийственным холодом… и мёртвые солдаты древних армий, некогда сражавшихся на этой земле, поднимались из песка, чтобы продолжить свою вечную битву.

Это было одно из последних полей битвы в мировой войне между Демонами и Богами — если учесть, кто здесь сражался и пал, то даже проклятые останки древних воинов были слишком ужасны для простых смертных.

Если в белой пустыне и была какая-то милость, так это то, что эти проклятые останки были слишком могущественны, чтобы проникнуть в мир бодрствования через малые Врата Кошмара.

…Конечно, в белых дюнах обитало и множество других Кошмарных Существ. Эти мерзости не ограничивались только ночным передвижением, и, хотя они предпочитали держаться в тени, Мордрету и его спутникам пришлось сразиться не с одним ужасом во время путешествия по пустыне.

Жара, слепящий свет, постоянная опасность быть атакованными стаями взбесившихся Кошмарных Существ…

«Раздражает».

Мордрет пронзил мечом тело стремительной мерзости, затем ударил её щитом, отбросив тварь назад и сняв с клинка. Пот катился по его лицу, а шлем раскалился, как печь. Даже амулет, который он использовал для охлаждения, казалось, не справлялся, несмотря на то, что жадно поглощал всё больше и больше эссенции.

Рядом с ним кто-то покачнулся и упал на колени.

Мордрет двинулся, прикрывая Пробуждённого воина от надвигающегося на него Кошмарного Существа. Когда его движение было прервано, другие напали с боков, повалив чудовище.

Он протянул руку и помог Пробуждённому встать.

«Агх… проклятье. Прости, Уоррен. Жара меня доконала».

Мордрет покачал головой.

«Успокойся, Красс. Дыши. Выпей немного воды. Это был последний из них».

Остальные воины уже добили остатки роя. Все они выглядели усталыми, их глаза были мрачны.

«Уоррен, мы можем отдохнуть?»

Обычно беззаботный голос Варо звучал напряжённо и невнятно. Мордрет улыбнулся за забралом своего шлема.

«Нет времени. Мы все погибнем, если не доберёмся до места назначения до захода солнца. Ах, не будь такой удручённой, Агата… сегодня последний день! Мы почти у цели».

Действительно, они почти добрались до места встречи с войсками Рыцаря Штэда. Они переходили от одного убежища к другому по карте, созданной Вознесённым, прятались в них ночью, а днём терпели безжалостную пустыню.