«Этот стиль… кто вас ему научил?»

Санни нанёс удар по рукояти её меча, изначально целившись ей в пальцы, и хрипло ответил:

«Меня никто не учил. Я просто научился ему… у Кошмарного Существа…»

Она легко уклонилась от его удара и в ответ направила удар ему в сердце. На её лице появилась улыбка.

«…В Кошмаре?»

Санни колебался, обдумывая, как много он может рассказать. В конце концов, он сражался с Курганными Призраками как Дворняга… но, опять же, никто другой не мог должным образом оценить их боевое мастерство, и позже в Антарктиде он столкнулся с бесчисленными Вратами Кошмара, большинство из которых не были задокументированы.

«Нет, перед Вратами Кошмара».

Улыбка Моргана расширилась.

«Значит, вы быстро учитесь…»

Похоже, она хорошо уловила суть используемого им первобытного стиля боя, и её атаки стали более целенаправленными. Она прощупывала и проверяла, заставляя его раскрывать всё новые грани техники… в идеале — все.

Что не совсем устраивало Санни. Это было слишком рано — он не мог допустить, чтобы ей стало скучно. Прежде чем проиграть, ему нужно было произвести на неё ещё какое-то впечатление, которое закрепилось бы надолго.

Не предупреждая Морган, он приказал своему теневому тати измениться в середине замаха. Тень потекла, превращаясь в большой цзянь. Это по-прежнему был двуручный меч, но теперь прямой и обоюдоострый, более подходящий для колющих ударов, чуть более универсальный и чрезвычайно подвижный.

Замах неожиданно превратился в выпад, застигнув Морган врасплох. Она с грацией танцовщицы откинула голову в сторону. Прядь волнистых чёрных волос была срезана и полетела по воздуху.

«Ах! Коварно!»

Несмотря на возмущённый тон, её яркие глаза сияли от восторга.

Формально Санни только что сжульничал — ведь они договорились не использовать свои Вознесённые Способности.

Но это было нормально. Обман был именно тем, чего возвышенное Наследие ожидало от окраинной крысы…

И, честно говоря, именно так бы и поступил человек с окраин.

Это также было то, чем бы не стал брезговать боец в настоящей битве, поэтому Санни решил, что Морган наверняка понравится его маленькая выходка.

Вместо ответа он атаковал, превратив свой цзянь в копьё.

Было несколько видов оружия, которые он научился создавать достаточно хорошо, чтобы вызывать их на лету… он избегал лишь одати, поскольку именно его он использовал в последнем бою с Морган.

Её улыбка стала шире.

Они сражались, подвергая бронеплиты додзё всё большей и большей нагрузке. В какой-то момент одна из них даже начала трескаться. Санни использовал это в своих интересах, нанося целенаправленные удары, пока его противник был чуть менее уверен в себе.

Отбив наконечник копья в сторону, Морган повернулась, перенеся свой вес на одну ногу…

Другая внезапно поднялась в воздух и нанесла молниеносный, идеально точный удар ногой в голову.

Санни едва успел среагировать, отведя копьё чуть назад и подняв вверх, чтобы надёжно блокировать удар древком.

Алебастровая голень Морган соприкоснулась с матово-чёрной поверхностью теневого копья…

И прорезала его насквозь, как будто оно не было таким прочным, каким должно быть Вознесённое оружие. Глаза Санни слегка расширились.

«Дерьмо…»

Похоже, Морган тоже решила использовать больше своих Аспектных Способностей.

Ему ничего не оставалось делать, как принять удар и надеяться, что она не собирается его обезглавить.

Удар не потерял своей силы после перерубания копья. В тот момент, когда нога Морган соприкоснулась с его челюстью, он почувствовал себя так, словно на него обрушился осадный таран. Санни на мгновение увидел звёзды. Его отбросило в сторону, и он зашатался, едва сумев сохранить подобие равновесия.

«Нехорошо… нет… на самом деле, очень хорошо! Это именно то, чего я хотел. Время быть побеждённым…»

Он немного преувеличил свою дезориентацию и стал ждать следующего удара.

Однако его не последовало.

Когда через секунду Санни вновь обрёл способность видеть ясно, он увидел на лице Морган намёк на вину. Она смотрела на него с удручённым выражением лица.

«Ах, чёрт возьми… прости, я на мгновение забылась. У меня под рукой есть целитель…»

Затем она сделала паузу и уставилась на него со слегка поражённым выражением лица. Было странно видеть Морган удивлённой.

«Вы… вы не порезались?»

Санни потёр онемевшую щёку. У него будет неприятный синяк, это точно. Но Мраморная Оболочка, похоже, выдержала Аспектную Способность Морган.

Нет, не совсем так… она, вероятно, деактивировала Способность после того, как пронзила копьё. Но её Недостаток — то, что по подозрению Санни являлось её Недостатком — остался.

Он поморщился, а затем подвигал челюстью из стороны в сторону и ровным тоном ответил:

«Нет. С чего бы мне порезаться? Я выгляжу хрупким? Ну, это не так. На самом деле я довольно крепкий».

Морган некоторое время смотрела на него со странным выражением на лице. В конце концов, её губы искривились в лёгкой улыбке.

«Это точно. Я запомню это… для нашего следующего спарринга. Этот, к сожалению, должен закончиться. Спасибо за прекрасный поединок, Мастер Санлесс».

Она взглянула на свой тренировочный меч, а затем спокойно развернулась и пошла убирать его обратно в ящик.

Санни снова потёр щёку, чувствуя, как сквозь онемение просачивается тупая боль, и посмотрел на её спину.

«Похоже, это сработало. Это… то, что я называю хорошо выполненной работой. Прекрасно. Ах… наверное, вот что называют страданием от успеха…»

После спарринга с Морган Санни чувствовал себя болезненно и задумчиво. Болезненность быстро прошла благодаря его Вознесённому телосложению и Отречённому Сумраку, но задумчивое настроение осталось.

Некоторое время спустя он сидел в своём небольшом кабинете, игнорируя бумаги, которые нужно было заполнить, и безучастно смотря в стену.

Их поединок не был особо ярким, но дал ему много пищи для размышлений.

Прежде всего, Санни вспомнил, что такое настоящее Наследие. С годами он забыл, с каким благоговением и почтением обычные люди относились к далёким и могущественным Кланам Наследия — суровой касте воинов, производившей на свет самых лучших и доблестных чемпионов человечества. Они существовали исключительно для борьбы с Заклятием Кошмара… или, по крайней мере, должны были.

Его нельзя было винить — Санни сам стал чрезвычайно сильным и пересекался с самыми разными могущественными существами, от древних Святых до Титанов. Он даже имел связь с такими божествами, как Ткач, Незер и Надежда. Неудивительно, что грозная репутация Наследий несколько померкла в сравнении с ними.

Но кланы Наследия, и особенно три Великих Клана, по-прежнему оставались авторитетами в плане личной силы и боевого мастерства. Они ни в чём не уступали древним Пробуждённым прошлого, а во многих отношениях даже превосходили их… в самых важных из них. Наследия — и, соответственно, все современные Пробуждённые — были гораздо более суровыми, гораздо более решительными и гораздо более закалёнными, чем люди из древних времён.

Это объяснялось тем, что кланы Наследия были созданы в гораздо более адском мире. Они возникли, чтобы противостоять Заклятию Кошмара, и под его страшным давлением превратились в силу, с которой нужно было считаться.

Морган напомнила Санни об этом.

Не случайно два самых опасных человека, которых он знал, — Нефис и Мордрет — были порождены культурой Наследий. Среди них троих Санни был исключением.

Это наводило его на вторую мысль… о его собственной силе. Санни солгал бы себе, сказав, что не расстроился из-за поражения. Даже если он понимал, что поражение гораздо выгоднее для достижения его целей, какая-то маленькая и неразумная часть его сознания всё равно желала победы.

Никто не любит проигрывать, а Санни особенно ненавидел мысль о проигрыше члену Великого Клана. Ведь он был глубоко возмущён ими… потерпеть поражение от того, кого он презирал, было горькой пилюлей.