Они никогда не встречались с Мордретом, но отголоски его действий отразились на них как до Второго Кошмара, так и во время него.

Рядом с ними было ещё несколько Правительственных Мастеров, но Санни их не знал.

«Зачем ему понадобилось приводить сюда этих двоих…»

Санни нахмурился, а затем молча отделился от эмиссаров Валора и встал позади Святого Кора, плечом к плечу с Каем. Джет сделала то же самое, заняв место рядом с Эффи.

В наступившей тишине слова Мордрета повисли в холодном воздухе.

Принц Ничего несколько мгновений молчал, а затем посмотрел на Морган своими странными, похожими на зеркала глазами.

«…Сестра».

Санни давно заметил, что Морган никогда не употребляла слово «брат», когда говорила о Мордрете. На самом деле, когда Отражение обратилось к ней как к «сестре», она, казалось, пришла в ярость.

Он ожидал подобной реакции и на этот раз, но вместо этого Морган холодно улыбнулась.

«Должна сказать, я впечатлена. Я и представить себе не могла, что ты осмелишься предстать передо мной в своём настоящем теле. Я всегда сожалела, что меня не было рядом, чтобы разрезать его в прошлый раз».

Мордрет оглядел себя, а затем поднял голову и уставился на свою младшую сестру.

«О… эта штука? Да, немного безрассудно с моей стороны использовать её, не так ли? Но, с другой стороны, не каждый день мне удаётся встретиться со своей семьёй. Я подумал, что если я хочу убить тебя, то должен сделать это своими собственными руками».

Санни слегка наклонил голову, внезапно отвлёкшись.

Если подумать, то как здесь оказалось настоящее тело Мордрета? Его прежнее тело было уничтожено Кланом Валор, но Заклятие должно было создать для него новое после Второго Кошмара. Тем не менее, Принцу Ничего было бы невероятно сложно прибыть в Антарктиду незамеченным в своём собственном обличье. Взять тело кого-то вроде Вознесённого Баста было бы и проще, и умнее.

«Разве что…»

Если предположить, что тело Мордрета могло быть живым, пока его душа блуждала где-то ещё, то он мог просто хранить его где-либо, а затем извлечь в нужный момент. Он мог даже носить его с собой, используя особое Воспоминание… или, может быть, неизвестную грань своей силы…

Внезапно Санни почувствовал, как по его спине пробежал холодный озноб.

…Могла ли у Мордрета иметься коллекция человеческих тел, которую он носил с собой в каком-то странном зеркальном измерении, словно жуткий гардероб из плоти?

Это было похоже на то, что мог бы сделать этот безумец…

Пока он размышлял, Повелительница Зверей внезапно заговорила, её голос был настолько дружелюбным, что даже звучал устрашающе:

«Мне очень жаль прерывать эту трогательную семейную встречу, но… ах… рискуя показаться мелочной, могу ли я получить некоторые объяснения? Принц Мордрет, если позволите… почему вы не могли просто следовать чёртовому плану? Только не говорите мне, что всё это время вы тайно работали на своего отца. Это было бы… таким разочарованием».

Мордрет несколько мгновений молчал, а затем с мрачным выражением лица взглянул на очаровательную Святую.

«…Ничего подобного. Пожалуйста, примите мои искренние извинения. Во время битвы за Чёрный Череп у воинов Валора возникли подозрения относительно моей личности. Поэтому у меня не было другого выбора, кроме как действовать».

Повелительница Зверей с сомнением изучала его лицо. Казалось, её не убедило такое довольно логичное объяснение. Однако никто не мог опровергнуть слова Мордрета, и, по сути, у него не было никаких разумных мотивов лгать или саботировать их планы.

Поступить так было бы безумием.

Мордрет вздохнул.

«Я понимаю, почему вы можете быть рассержены и недоверчивы, миледи. Но, пожалуйста, поверьте мне — моим намерением всегда было и остаётся помочь вашей матери добиться победы над кланом Валор. Моя семья должна заплатить за то, что они со мной сделали. Нет никого — никого! — кто хотел бы видеть их падение больше, чем я. Я последовал бы плану, если был бы хоть малейший шанс на успех, но сейчас… что ж… всё, что я могу сделать, это предложить вам свой клинок».

Он повернулся лицом к Морган и прорычал:

«…И использовать его, чтобы убить их!»

Голос Мордрета звучал безупречно бесстрастно и искренне. Это было настолько убедительно, что Санни почти поверил ему.

Разумеется, он знал, что не стоит доверять ни единому слову этого лживого ублюдка.

Морган насмешливо хмыкнула.

«Твой клинок? Что ты вообще можешь сделать с клинком?»

Она обнажила свой меч и опёрлась на него, улыбаясь.

«Давай… покажи мне…»

В этом мече было что-то… очень странное. Санни никогда не видел его прежде, и при взгляде на строгий обоюдоострый клинок у него вдруг побежали мурашки по коже.

Мордрет тоже уставился на меч, выражение его лица стало мрачным. Через несколько мгновений он тихо сказал:

«Значит, он наблюдает».

Затем его губы вдруг искривились в мрачной ухмылке.

«Ну что ж, в таком случае… давай устроим ему отличное шоу».

В этот момент воздух вокруг него вдруг завибрировал, и стали видны шесть зеркальных осколков, парящих над землёй.

Глаза Санни сузились.

«Отражения… все Трансцендентные?»

Затем зеркальные осколки вдруг засверкали, превращаясь в человеческие фигуры.

Нефис наконец-то отреагировала, в её глазах зажглось белое пламя.

Вокруг Мордрета теперь стояли шесть человек.

…Когда он улыбнулся, Отражения Шепчущего Клинка, Летнего Рыцаря, Небесного Прилива, Повелительницы Зверей, Бесшумного Сталкера и Зловещего Клыка улыбнулись вместе с ним.

Шесть Отражений… шесть Трансцендентных Зверей. Все они приняли облик Святых великих кланов.

Санни почувствовал холод, глядя на улыбающиеся лица симулякров.

…И лицо Мордрета.

Остальные эмиссары выглядели такими же потрясёнными, как и он, хотя некоторым удавалось скрывать свои эмоции лучше, чем другим.

Представители Валора, по понятным причинам, были мрачны. Даже самообладание Морган на долю секунды дало трещину, показав намёк на слабость. Бледное лицо Святого Кора стало ещё более пепельным.

Но даже Святые Сонг были поражены неожиданным проявлением силы Мордрета. Похоже, они не так хорошо знали о масштабах его возможностях, как им казалось.

На несколько долгих мгновений воцарилась леденящая душу тишина. Затем Морган с презрением в голосе произнесла:

«Я… я должна быть впечатлена? Какой… изящный трюк. Браво».

Улыбка Мордрета только расширилась.

В этот момент След Разорения наконец сделал шаг вперёд и произнёс:

«Хватит! Что это за безумие?»

Эмиссары двух кланов посмотрели на него с недружелюбным выражением лица. Мордрет поступил также, и шесть Отражений синхронно повернули головы.

Вид их поведения вызывал глубокую тревогу, тем более что зеркальные существа были знакомыми, улыбающимися лицами.

След Разорения нахмурился, и едва уловимый запах резни, который всегда следовал за ним, усилился.

«Не буду притворяться, что имею власть над вашими действиями, Пробуждённые Сонг и Валора, но я — ваш старший. Какие бы выгоды вы ни надеялись получить от этой битвы, я знаю, что ваши потери будут гораздо больше. И вы тоже это знаете! Наш мир выдержал пять десятилетий Заклятия Кошмара, и ваши семьи восстали из этого хаоса. Причина, по которой они выстояли, в то время как бесчисленное множество других было уничтожено, заключается не в силе — были и другие, кто обладал силой, — а в предусмотрительности и сдержанности. Так что опустите мечи!»

Его скрипучий голос эхом разнёсся над равниной, заставив прислушаться могучих Святых великих кланов. Даже Мадок, старший и самый могущественный из них, казалось, испытывал некоторое уважение к Святому Кору из Первого Поколения.

Тем не менее, Шепчущий Клинок не был тем, кто опускает голову.

«…Этот конфликт не будет решён словами, След Разорения. Слишком многое поставлено на карту».