Но каким же удовольствием было смотреть на возмущённую моим кощунством девчонку! Оказывается, я соскучиться успел по этому её холодному блеску в глазах. Так что оно того точно стоило.

Впрочем, оттенок быстро сменился, а вместе с ним:

— Ну, раз ты не придумал, тогда это сделаю я, — и что-то легонько бросила мне. — Лови!

Я и поймал. На свою-то голову, на своё-то несчастье.

В моих руках оказалось Ядро в оправе. Драгоценность, которую Мела уже показывала, называя своей жизнью. И я откровенно застыл, глядя на неё.

Под негромкий оклик:

— Власт! Ау! — очнулся и перевёл взгляд с жемчужины на бросившую. — Ну что там? Есть отклик?

Словил Ядро я так, что чуть отвернулся от девушки, и ей результат был не виден, как бы она ни тянулась с места.

Обернулся, показывая.

— Жаль, — синий огонёк окончательно затух.

— Полностью с тобой согласен, — отозвался, тоже разочаровываясь, но в чём конкретно —определиться с ходу не смог. — Как ты вообще дошла до мысли бросить Ядро?

— Головой, чем же ещё, — пробурчала Мела, но потом начала рассказывать всё полностью: — После воплощения своего Средоточия Атрибута я и впрямь не понимала, что изменилось. И изменилось ли вообще хоть что-то. Но чем дальше, чем больше времени проходило, тем отчетливее ощущала, что теперь не чувствую это Ядро. Совсем. А раньше оно чуть ли не продолжением меня самой было. Я даже испугалась, что оно полностью исчерпало себя, но сам видишь, что нет. Всё с ним в порядке.

— Твоя правда, — согласился, продолжая вглядываться в Ядро, а потом в голове наконец что-то щёлкнуло и пришло полное осознание сказанного девушкой. Так что теперь уже пришла моя очередь вскинуться и вперить в неё взгляд: — То есть ты исцелилась⁈

— Ну-у-у, вполне возможно, что да, — чуть уклончиво ответила она, пожимая плечами. — Но однозначно лишь время покажет. И будущие уровни. Может, они тоже добавят понимания природы случившегося. А ещё очень хочется, чтобы и ты Ядро Атрибута создал побыстрее. Меня кое-что в своём смущает, и нужно мнение со стороны. Но голословно описывать — смысла мало, я не смогу объяснить толково, а ты пока ещё слеп.

— Знала бы ты, как я и сам этого хочу, — отозвался. — И всё равно — поздравляю тебя! Но если что-то странное почувствуешь, то не молчи, пожалуйста.

— Хорошо, Власт, — тихо и, кажется, смущённо произнесла Мела.

Что до меня, то я вгляделся напоследок в клубы мрака, что невесомыми облаками перетекали друг в друга внутри чужой драгоценности, создавая порой причудливые образы. Или это было лишь игрой моего воображения, кто знает?

Вгляделся, а после обратно перебросил Ядро Тьмы хозяйке. И вернулся к готовке филе, что уже начало распространять умопомрачительный аромат вокруг. Настолько дурманящий, что повышенное слюноотделение самопроизвольно вызвалось. Но это даже хорошо, потому что часть сожалений о том, что и Тьма не стала моим Атрибутом, улетучилась.

В древности, если не ошибаюсь, существовала некая присказка, что кто-то там троицу любит. Мол, на третий раз обязательно что-то важное, неизбежное всегда случается. Увы, в моём случае, этого не произошло: Лёд, Вода и Тьма — трио, что не проявило интереса к моей персоне. Обиднее всего, что все Атрибуты мне очень импонировали. Жизнь моя — жестянка… Но временами всё же нет, потому что дальше произошла целая плеяда приятных событий: перекус Челюстями, сон и прочее бытовое.

А вот затем пришла пора действовать!

Правда, было ещё одно знаковое событие, как раз между сном и «прочим бытовым».

Проснувшись, я обнаружил Меланиту сидящей почти у самой границы, за которой начинался Золотой коридор. Она сидела, задумчиво поглаживая один из Мечей, и смотрела на стены впереди.

Заметив, что я очнулся, девчонка обернулась и позвала:

— Власт, а можешь рядом со мной посидеть немножко?

Донельзя удивлённый её просьбой расположился рядом.

Посидели, помолчали.

Почти сразу мне стало скучно украдкой коситься на задумчивую соседку, так что свой взгляд тоже перевёл вперёд, куда предстояло однажды сделать шаг. Хотя правильнее сказать: «Скоро».

Ещё посидели, помолчали…

И так до тех пор, пока Мела не вытянула руку и не спросила:

— Как думаешь, почему я иногда там упорно вижу те же знаки, что на своём Воплощении? Мне это мерещится или нет? — после чего ещё и Меч повернула так, чтобы было лучше видно символ на нём и легче сравнивать с тем, куда указывала рука.

Угасшее было удивление вновь ярко засияло.

Слова Мелы значили, что не я один эту закономерность заметил в символах. Пусть и не визуально, как это сделала девушка, а на основе своих странных знаний. Или даже не закономерность, а может, вообще само существование рун. Всё ещё слишком подозрительным выглядело полное отсутствие любых упоминаний о них со стороны Академии. Быть того не могло, чтобы никто и никогда не увидел схожести между знаками внутри этой Аномалии и ими же на Воплощениях Воинов. Рядом сидящая Меланита смогла, так почему никто другой — нет?

А ещё, похоже, как раз и наступил тот самый загаданный мной случай, когда о знании рун следовало рассказать кому-то помимо Миктлана.

Кашлянул, прочищая горло, готовясь к долгому разговору, и начал:

— Не мерещится. Помнишь тот мой первый вопрос о значении символов?

— Помню, конечно, — отозвалась Мела, давно уже опустившая руку и вновь смотрящая задумчиво лишь вперёд. — Я потому и смотрела сейчас на них, сравнивая. А тогда сильно удивилась, с чего ты вообще завёл разговор о них. Ведь общеизвестно, что это просто бессмысленные абстракции, говорящие о примерном уровне Воина. Списала тот вопрос на твоё же извечное любопытство.

— Ну, так знай, спрашивал я тебя совсем не из-за него.

— Не из-за него? А из-за чего тогда?

— Видишь ли, так уж вышло, что я знаю значения этих рун. Да, это не какие-то абстракции, символизирующие лишь уровень, — я продолжал признание, но неожиданно оказался прерван.

Меланита протянула руку в моём направлении и приложила ладошку ко лбу, чем и сбила с речи. Но довольно быстро убрала её:

— Температуры нет, — всё ещё пытливо глядя мне в глаза, озвучила диагноз. — И на бред умалишённого не похоже… — а затем с нотками исключительной участливости и заботы спросила: — А когда это с тобой началось?

— Эй! Нормальный я! — возмутился на столь явные намёки. — И да, началось давно. Ещё при прохождении Испытания. Вместе, кстати, с приобретением артефакта, — тут я постучал по пряжке ремня, что так и остался болтаться на мне после восстановления своей работоспособности.

— Хм-м, — кощунственные подозрения о моём состоянии во взгляде Мелы чуть уменьшились, разбавленные вернувшейся задумчивостью. А потом, подтянув один из рюкзаков, она облокотилась на него, подперев голову рукой, всем своим видом словно говоря: «Ну давай, расскажи мне». Во всяком случае, у меня именно эта ассоциация возникла, глядя на неё. Ей только шляпы не хватало, да наряд по цвету не соответствовал до полноты образа, встреченного мной в «Большой Энциклопедии Мемологии» на одной из иллюстраций.

Но картина всё равно до такого похожей была, что головой тряхнуть пришлось, отгоняя видение, а вслух приступил к более подробному рассказу о древнем пойле и находке артефакта-хранилища, чем в первый раз. Тогда о рунах я умолчал, не уделив им никакого внимания.

— Ну, на этом вроде бы и всё, — закончил признание и замолчал, ожидая реакции.

И ждать ту долго не пришлось:

— Да-а-а уж. У тебя, что ни рассказ, так опять тайна на тайне, приключение на приключении. Интересно, много их у тебя ещё припрятано? — спросила, слегка улыбаясь Мела, и тут же: — Это риторический вопрос. Пока что, — после чего встала, потянулась от долго сидения и руку протянула мне.

Не став отказываться, ухватился за неё и встал рядом.