«Ну как? Жива после знакомства с большим боссом?»

Фыркаю себе под нос и ставлю кружку на стол.

Очень смешно.

Через десять минут стою перед шкафом и уже начинаю беситься.

Белая блузка? Нет. Голубая? Тоже нет.

Смотрю на своё отражение в зеркале и раздражённо выдыхаю.

Да какая разница, в чём я приду?

Но пальцы всё равно поправляют воротник ещё раз. И волосы. И губы.

Твою мать.

Хватаю сумку и вылетаю из квартиры.

Метро. Толкучка. Кто-то орёт в телефон. Обычное утро.

Только мысли всё равно о нём.

Захожу в вагон, чудом нахожу место у двери и достаю телефон.

Десять непрочитанных писем. Французы, кажется, вообще никогда не спят.

Открываю почту, быстро пробегаю глазами новые правки и почти сразу начинаю печатать ответ.

Потом ещё один. И ещё.

К середине дороги у меня уже открыты: рабочий чат, таблица с правками, заметки, календарь с созвонами.

Впервые за утро мысли о Шахове немного отходят на второй план.

Работы — дохрена.

Выдыхаю, перечитываю очередное письмо и уже тянусь убрать телефон обратно в сумку, когда в голове снова всплывает вчерашний вечер.

Его взгляд.

От воспоминания по коже тут же пробегают мурашки.

Да что ж такое.

Раздражённо блокирую экран и отворачиваюсь к окну.

К моменту, когда я выхожу из метро, ладони уже снова прохладные.

Холодный утренний воздух бьёт в лицо, волосы тут же разлетаются от ветра, и я машинально убираю прядь за ухо.

До бизнес-центра идти минут семь. Иду быстрым шагом, параллельно просматривая расписание на день.

Созвон с Лионом. Встреча с юристами. Французы. Снова французы.

От количества задач начинает неприятно гудеть голова.

В холле бизнес-центра уже привычная утренняя суета.

Каблуки стучат по плитке. Охрана проверяет пропуска. Кто-то бежит к лифтам с кофе в руках.

Всё знакомое. Нормальное.

Только когда двери лифта открываются на административном этаже, по спине медленно проходит холодок.

Здесь тихо. Слишком тихо.

Будто весь этаж ещё спит.

Выхожу в коридор и машинально поправляю волосы.

Серьёзно? Ещё начни губы перед ним подкрашивать.

Раздражённо выдыхаю и иду к приёмной.

За большим светлым столом сидит женщина лет сорока пяти.

Собранные волосы. Очки. Спокойное лицо человека, которого вообще невозможно вывести из себя.

Она поднимает на меня взгляд.

— Доброе утро.

— Доброе утро. Я Ксения Белова.

— Да, Ксения Владимировна. Роман Андреевич предупреждал. Ваш кабинет рядом.

Она поднимается из-за стола, и в этот момент дверь кабинета открывается.

Сердце резко ударяет под рёбра.

Шахов выходит с телефоном в руке, что-то коротко говоря на английском.

Тёмная рубашка. Закатанные рукава. Часы на запястье.

Без пиджака он ощущается ещё жёстче.

Внезапно стало меньше воздуха.

Он поднимает взгляд.

Замечает меня.

Остро чувствую этот момент.

Его взгляд медленно проходится по коже.

— Доброе утро, Ксения.

Низкий голос цепляет где-то под рёбрами.

Сглатываю.

— Доброе утро.

Только не краснеть.

Шахов заканчивает разговор, убирает телефон и несколько секунд просто смотрит на меня.

Внимательно.

Кожа на шее начинает гореть.

— Рано приехали.

— Не хотела опаздывать в первый день.

Уголок его рта едва заметно дёргается.

— Это правильно.

Он переводит взгляд на секретаря.

— Вера Александровна, документы по Лиону через двадцать минут.

— Хорошо.

Снова смотрит на меня.

Мои пальцы сами сильнее сжимают ремешок сумки.

— Идёмте. Покажу кабинет.

Иду за ним через приёмную. В голове — звук его шагов и собственный пульс.

Надо просто пережить этот день.

Шахов открывает дверь соседнего кабинета и отходит в сторону, пропуская меня вперёд.

— Здесь будете работать.

Захожу внутрь и невольно замедляюсь.

Кабинет небольшой, светлый, с огромным окном почти во всю стену.

Стол. Ноутбук. Папки с документами.

Дверь прямо в общую приёмную.

То есть буквально в нескольких метрах от кабинета Шахова.

Теперь я постоянно буду его слышать.

Между лопаток холодок.

Шахов проходит внутрь следом за мной.

Быстро снимаю пальто и вешаю его на спинку кресла, просто чтобы чем-то занять руки.

Всё нормально.

— Доступы уже настроены, — говорит Шахов, подходя к столу. — Почта синхронизирована. Внутренние папки сейчас откроются автоматически.

Подхожу ближе и ставлю сумку рядом со столом.

Он наклоняется к ноутбуку одновременно со мной.

Слишком близко.

Его плечо почти касается моего.

По коже тут же пробегают мурашки.

Запах парфюма. Тепло его тела. Спокойное дыхание рядом.

Сердце пропускает удар.

Шахов что-то показывает на экране, говорит про документы и созвоны, а я половину слов слышу через раз.

Между нами слишком маленькое расстояние.

По спине проходит ток.

Сильнее сжимаю пальцы на краю стола, только бы стоять на месте и не шарахнуться назад.

Чуть заметно отступаю.

Шахов тут же поднимает взгляд.

Замечает.

— Напрягаю вас?

Спокойно. Без улыбки.

Но у меня от этой фразы щёки вспыхивают моментально.

— Нет.

Слишком быстро. Слишком нервно.

Сама это слышу.

Несколько секунд он просто смотрит на меня.

И чем дольше смотрит, тем сильнее мне хочется отвернуться.

— Расслабьтесь, Ксения, — произносит он. — Это всего лишь работа.

Всего лишь работа.

Только колени слабеют каждый раз, когда он подходит ближе?

Он выпрямляется и делает шаг к столу.

Наконец-то нормально втягиваю воздух.

— Через двадцать минут созвон с Лионом. Подготовьте последние правки по контракту. Вера Александровна пришлёт документы.

— Хорошо.

— И ещё, Ксения.

Поднимаю взгляд.

Шахов смотрит прямо на меня.

— Не бойтесь задавать вопросы. Мне нужен результат, а не попытка угадать, что я имел в виду.

От его голоса снова мурашки бегут по рукам.

Да как вообще можно так спокойно разговаривать?

— Я поняла.

Он ещё несколько секунд смотрит мне в глаза, потом коротко кивает и выходит из кабинета.

Дверь закрывается.

Я медленно опускаюсь в кресло и только сейчас понимаю, что всё это время стояла с идеально прямой спиной.

Плечи ноют. Пальцы тоже.

Роняю голову на руки и тихо выдыхаю.

Так. Надо просто пережить этот день.

И желательно не умереть от нервного напряжения раньше обеда.

Ещё несколько секунд сижу, уткнувшись лбом в ладони.

Пульс всё ещё колотится.

Медленно выпрямляюсь и заставляю себя посмотреть на экран.

Работа. Наконец-то.

Почта уже забита письмами.

Комментарии от юристов. Правки по таблицам. Расписание созвонов от Веры Александровны.

Открываю документы и постепенно начинаю втягиваться в привычный ритм.

Таблицы. Правки. Письма. Переводы.

Вот это я умею.

Вот здесь всё понятно.

Минут через двадцать голова наконец перестаёт быть забита одним только Шаховым.

Быстро печатаю ответ на письмо, сверяю цифры в таблице и уже нормально вхожу в рабочий темп, когда в приёмной открывается дверь.

Мужской голос что-то спокойно говорит Вере Александровне.

Пальцы сами на секунду замирают над клавиатурой.

Да чтоб тебя.

Смотрю снова в монитор. Работай. Просто работай.

Через минуту приходит сообщение от Полины:

«Ну как там жизнь в логове дьявола?»

Невольно улыбаюсь.

Печатаю ответ:

«Пока жива.»

И следом:

«Но это не точно.»

Полина отвечает мгновенно:

«Он красивый хоть вблизи?»

Закусываю губу.

Перед глазами тут же всплывает: тёмная рубашка, широкие плечи, жёсткая линия челюсти, взгляд, от которого до сих пор не по себе.

Сердце снова сбивается с ритма.

Чёрт.