Лиза сидела неподвижно.

Роджер уже было открыл рот, наверняка хотел еще какую-то гадость добавить, но его перебил смех. Смеялись в голос. Прямо рядом со мной. Это был Максимилиан.

Но Лиза сидела так, что не видела его. Если бы она хотя бы знала, что этот смех не заслуживает ее внимания, то, может, не расстроилась бы так сильно. Но он ее добил. Ее плечи поникли.

— Ладно, — Роджер откинулся на спинку стула и отпустил её руки. — Скучно с тобой. Даже унижать тебя мне брезгливо. Ты даже не реагируешь как-то интересно. Молчишь, как рыба.

Он махнул рукой преподавателю:

— Можно другую? Эта бесполезная.

Мистер Эшворд, который всё это время наблюдал с каменным лицом, чуть приподнял бровь.

— Пара ещё не закончена, — сказал он ровно. — Работайте с тем, что есть.

Роджер скривился, но спорить не стал. Он снова повернулся к Лизе и тяжело вздохнул:

— Ладно. Сиди смирно и молчи. Хотя бы это ты умеешь?

Лиза не ответила. Она смотрела в одну точку. Я убеждала себя, что ей надо продержаться еще немного и все закончится. Но Лиза встала.

Роджер удивлённо посмотрел на неё:

— Ты куда?

Она не ответила. Просто пошла к выходу. Медленно, придерживаясь за столы, будто шла наощупь. Но она упрямо двигалась вперед, не останавливаясь.

— Лиза, — голос преподавателя остановил её у дверей. — Урок не окончен.

Она обернулась. В её глазах стояли слёзы, но она не плакала. Ещё нет. Долгое мгновение она не могла ничего сказать, а затем просто пошла дальше.

Мне хотелось сорваться с места. Но собственный эгоизм и непонимание ситуации пригвоздили меня к месту. Если в академии такие правила, то Лизе нужно самой решить, сможет ли она с этим справиться. Я ей своими жалкими утешениями не помогу. Я и сама не знала, справлюсь ли. А преподаватель как раз посмотрел прямо на меня.

Дверь за Лизой захлопнулась с тихим, но отчетливым стуком. Тишина в аудитории стала вязкой, как патока. Я смотрела на дверь, за которой она скрылась, и внутри боролись два чувства: жалость к ней и холодный, расчетливый страх за себя. Она не выдержала. Сломалась на первом же занятии. А что, если я окажусь такой же слабой?

— Селена и Максимилиан.

Голос мистера Эшворда выдернул меня из оцепенения. Я перевела на него взгляд. Он смотрел на меня с тем же спокойным, изучающим интересом, с каким рассматривают бабочку, прежде чем насадить на булавку.

— Ваша очередь.

Максимилиан рядом со мной довольно улыбнулся, хищно и самодовольно. Он развернулся на стуле, закинул ногу на ногу и теперь рассматривал меня так, будто я была десертом, который ему только что подали.

— Ну что, Селена, — протянул он, смакуя мое имя. — Покажи, на что ты способна. Твоя предшественница задала невысокую планку.

Я невольно покосилась на Александра. Не удержалась, было слишком любопытно. На его лице не отражалось ничего. Удивительно, что на него не произвел впечатления ни побег Лизы, ни моя подошедшая очередь. Или это вампирская супер способность — сокрытие эмоций.

Мне это подходило. Так я могла следовать своей стратегии и не отвлекаться на него. Мне было интересно поиграть с ним. В конце концов я была сейчас в паре с другим вампиром. Вчера Александра это раззадорило.

— Я готова, — сказала я ровно, глядя прямо на преподавателя.

Мистер Эшворд чуть приподнял бровь, но ничего не сказал. Мое разрешение и не требовалось. Я это понимала. Но они пока не знали, с кем связались. Оставалось лишь надеяться, что я себе не переоценила. Он только кивнул Максимилиану, давая добро.

Тот не стал тянуть.

Его рука легла мне на грудь. Нагло, без тени сомнения или прелюдии. Он сжал пальцы, и я физически ощутила, как десятки взглядов впились в меня. Вампиры с любопытством, люди с ужасом.

— Неплохо, — прокомментировал Максимилиан, будто оценивал товар на рынке. — Форма отличная.

Его пальцы сжались сильнее, причиняя легкую боль. Я не шелохнулась. Только смотрела ему в глаза, стараясь, чтобы мое лицо оставалось спокойным. Внутри же закипала злость. Но это была правильная злость. Та, что перерастала в азарт.

— Интересно, — раздался голос мистера Эшворда. Я покосилась на него. Он смотрел на меня с легким любопытством.

— Я пришла сюда учиться, мистер Эшворд, — ответила я четко. — Вы сказали: человек учится доверять и подчиняться. Я доверяю процессу.

Я позволила себе очаровательную улыбку. Надеюсь, Александр ее увидел и тысячу раз пожалел, что не вызвался быть моей парой.

Я мысленно кричала ему: «Это могла быть твоя рука. На моей груди. На моей чертовски хорошей груди».

Теперь пусть наслаждается зрелищем.

Преподаватель усмехнулся. В его темных глазах мелькнула слабая красная искорка. Всего на секунду, но я ее заметила. И вдруг поняла: ему нравится это наблюдать. Он не просто проверяет нас, он получает от этого удовольствие. Смотрит, как люди корчатся под вампирским натиском. Ждет, когда кто-то сломается, как Лиза.

Искра в его глазах окончательно разожгла во мне азарт. Злой, холодный азарт охотника. Ты тоже хочешь зрелища, мистер Эшворд? Хочешь посмотреть, как я буду извиваться? Я дам тебе зрелище. Только не то, которое ты ждешь.

— Макс, — обратилась я к напарнику, но не отводя взгляда от преподавателя. — Тебе неудобно? Может, подвинешься ближе?

Максимилиан замер. То ли его ошарашила моя просьба, то ли «дружеское» обращение. Я почувствовала его замешательство физически по тому, как его рука напряглась. Он явно ожидал другой реакции. Сопротивления, страха, слез. А я предлагала ему стать еще ближе.

— Смелая, — протянул он, но в его голосе проскользнула нотка неуверенности. Он убрал руку с моей груди и подался корпусом вперед, сокращая расстояние между нами до нескольких сантиметров. — Или глупая?

— А какая разница? — Я чуть склонила голову набок, изображая искреннее любопытство. — Главное, что я здесь и готова выполнять задание. Что дальше?

Он смотрел на меня несколько секунд, и я видела, как в его глазах мелькает что-то похожее на разочарование. Ему неинтересна послушная кукла. Ему нужна жертва.

— Руки на стол, — скомандовал он, копируя Роджера.

Я послушно положила ладони на парту. Он накрыл их своими, сжал так же сильно, как Роджер сжимал руки Лизы. Кости неприятно хрустнули, но я не издала ни звука. Только чуть прикусила губу, глядя на него с выражением «ну и что дальше?».

— Не больно? — спросил он, чуть ослабляя хватку.

— Больно, — ответила я честно. — Но так приятно подчиняться тому, кто точно знает, чего хочет.

Максимилиан нахмурился. Он явно терял контроль над ситуацией. Да и навряд ли знал, чего хотел. Я не хотела сильно над ним издеваться. Все же от него зависело мое физическое благополучие. Рядом кто-то из вампиров тихо хмыкнул. Кажется, тот самый, с хвостиком. Девушка с идеальным макияжем лениво повела плечом.

— Ты думаешь, что сможешь… — начал Максимилиан, но запнулся.

Я решила подыграть. Чуть наклонилась вперед, нарушая его личное пространство. Мой голос стал тише, мягче, почти интимным.

— Не нравится, что я не сопротивляюсь? — спросила я доверительно. — Хочешь, я начну дрожать? Могу изобразить. — Я сделала паузу и добавила совсем шепотом: — Но мне казалось, вампиры любят, когда люди сами идут в руки.

Он замер. В его глазах промелькнуло что-то странное. То ли злость, то ли интерес. Но совсем другой, не тот, который был в начале. Это был интерес хищника к необычной добыче. Той, которая не убегает, а сама лезет в пасть.

Его рука отпустила мои ладони и скользнула вверх, по предплечью, к шее. Пальцы сомкнулись на ней не сильно. Пока что. Он провел большим пальцем по моей сонной артерии, чувствуя пульс.

— Боишься, — констатировал он. — Сердце колотится, как у зайца.

— Конечно, боюсь, — я даже не пыталась это скрыть. — Ты сильнее. Можешь меня убить. Или сделать больно. Или что-то еще.

Я позволила своим глазам округлиться, изображая ту самую смесь испуга и невинности, которая так хорошо сработала с Александром в библиотеке. Максимилиан на это купился. Его хватка чуть ослабла, и он снова подался вперед, практически касаясь губами моего уха.