— Селена, — сказал он тихо. — Объясни мне. Пожалуйста.

Но я не представляла, как могу это объяснить, не поругавшись ни с кем. Начну защищать себя, говоря правду, Александр бросит меня. Бедная девушка, жаждущая денег — это наверняка не та компания, которую он искал и из-за которой даже повздорил с друзьями. Если обвиню Кару во лжи, то ему придется выбирать между мной и старой подругой, а мы встречались всего ничего. Сомнительно, что он выберет меня.

Мне ничего не оставалось. Выбор был только один.

Я подошла к Каре и попыталась забрать у нее свою сумку. Но она крепко в ту вцепилась своими острыми вампирскими когтями. Мы молча испепеляли друг друга взглядами. Я не знала, зачем она пыталась меня подставить, но ненавидела ее за это. Нашу немую перепалку оборвал голос Александра.

— Кара, отдай ей сумку.

Кара разжала пальцы и сумка упала на пол. Вещи из нее рассыпались. Если Кара пыталась унизить меня, то мне все равно. Я играю в эту игру не ради взращивания чувства собственного достоинства, а ради благополучия. Пусть лучше в глазах Александра я буду выглядеть жертвой, чем воровкой.

Я присела и стала собирать свои вещи. Меня сопровождала идеальная тишина. Даже Максимилиан не шутил. Кара так и стояла на месте. Я ползала у ее ног. Надеюсь, что выглядела достаточно жалко. Чувствовала себя именно так.

Я распрямилась и повесила сумку на локоть. Все бы ничего, но я оставила телефон наверху. На тумбочке Александра.

Я развернулась ко всем. Вампиры находились на тех же местах. Они будто замерли во времени. Стало не по себе, я даже занервничала. Поэтому мой голос прозвучал как надо:

— Телефон...

Второй раз просить не пришлось. Александр ожил. Он понял меня с полуслова и направился на второй этаж. Я ждала, мечтая, чтобы он вернулся поскорее. Все же на меня уставились три недружелюбных вампира. Один из которых однажды распустил обо мне сплетни по академии (те оказались правдой, но это не столь важно), вторая обвинила меня в воровстве (что явная подстава), а третий вообще непонятно что среди них делал. Красиво молчал? Что он за личность неизвестно, а потому на всякий случай я приписывала его к опасным.

Александр спустился через минуту. Спустился слишком быстро, как мне показалось. С телефоном в руке. Но лицо у него было странное. Напряженное. Челюсть сжата, в глазах что-то темное, тяжелое. Он не смотрел на меня. Совсем. Просто протянул телефон, будто это была какая-то грязная вещь.

— Держи.

Голос сухой, холодный. Таким тоном разговаривают с чужими. С теми, кто неприятен.

Я взяла телефон. Напряжение в комнате стало почти осязаемым. Оно висело в воздухе, густое, как сироп. Что-то случилось там, наверху. Что-то, из-за чего Александр смотрел на меня так, будто видел впервые. И это что-то ему не нравилось. Хотя пока он был внизу, я была уверена, что смогу выкрутиться и вернуть его доверие.

— Спасибо, — выдавила я.

Он ничего не ответил. Стоял, сжимая кулаки, и смотрел куда-то в стену поверх моей головы.

Я шагнула к двери. Медленно, ждала, что он попытается меня остановить. Скажет что-то. Объяснит этот взгляд. Но он молчал. Максимилиан за моей спиной тихо хмыкнул. Кара застегнула злополучный браслет на запястье. Она сделала это демонстративно громко.

Я вышла.

В коридоре было темно и пусто. Я почти бежала к выходу, сжимая телефон в руке. Пальцы дрожали. От обиды, от злости, от непонятного страха. Что произошло? Что случилось, пока он подымался к себе? Он успел обдумать ситуацию с браслетом и решил, что я воровка?

Нет. Было что-то еще.

В холле вампирского общежития несколько вампиров лениво развалились на диванах, провожая меня хищными взглядами. В целом, я заметила, что они не любили тратить энергию лишний раз. Но когда тратили, то отрывались по полной. Я проскочила мимо них, прижимая сумку к себе, и вылетела на улицу.

Но тут же врезалась в кого-то. Это я поняла, по тоненькому:

— Ой…

Ночной воздух ударил в лицо прохладой. Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться и любопытно уставилась на девушку. Та замешкалась из-за столкновения. Она показалась мне знакомой, но я не сразу вспомнила, где ее видела. Худенькая, бледная, с пепельными волосами, собранными в тугой хвост.

Лекса! Точно.

Она проскочила мимо меня в вампирское общежитие. А я так и стояла на пороге, глядя на закрытую дверь. Меня почему-то удивило, что она ошивается тут. Хотя ее связь с вампирами очевидна. Она ведь в прошлый раз принесла мне приглашение на вечеринку.

Я нахмурилась. Сейчас это неважно. Важно лишь то, что у нас с Александром разлад в отношениях не по моей вине, но мне нужно это исправить.

Я пошла по дорожке к своему корпусу. Звезды тускло мерцали над головой. Где-то вдалеке ухнула сова. Все же и сама академия и ее территория были невероятно красивыми. Я чувствовала в этом месте силу, мощь, фундаментальность. Именно то, что ассоциировалось у меня с вампирами, ради которых это все и было построено. На паре по истории нам рассказывали, что академия долгое время была предметом спора. Часть вампиров не хотела интегрироваться в общество к людям, а другая хотела им открыться. Академия в итоге стала компромиссом. Вампиры и не открылись всем людям, что давало им больше безопасности, но теперь они извлекали блага из частичного внедрения в общество. При этом их жизнь стала сильно комфортнее. Раньше некоторые из них подолгу жили в пещерах. Так же как наш преподаватель по истории. Это казалось одновременно диким и забавным. Мне сложно было представить чопорного преподавателя, расхаживающего по аудитории в наглаженной рубашке, голым, грязным и в пещере. Но у кого-то из них раньше была такая реальность. Все же долгая жизнь предполагает, что ты успеешь повидать многое. Это впечатляло.

Я ускорила шаг.

В женском общежитии было тихо. Я поднялась на третий этаж, прошла мимо двери Лизы (приглушенный свет сочился из щели под дверью) и зашла к себе.

Закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и только тогда позволила себе выдохнуть.

В комнате было темно и прохладно. Я включила настольную лампу, бросила сумку на пол и села на кровать, глядя на телефон в руке.

Экран был темен. Я нажала на кнопку разблокировки.

Сообщение от Дэна.

«Я тоже скучаю».

Я уставилась на эти три слова и почувствовала, как к горлу подступает комок. Совсем еще малыш. Написал, потому что я сказала, что скучаю. Ответил тем же. Простой, детский, искренний ответ.

Я представила его лицо. Как он хмурится, набирая сообщение. Как старается нажать нужные буквы на экране. Как ждет моего ответа.

И вдруг меня словно обухом по голове ударило.

Александр.

Он принес мне телефон. Он наверняка видел экран. «Дэн». Мужское имя. И текст: «Я тоже скучаю».

Я зажмурилась, чувствуя, как внутри все холодеет.

Он подумал, что мне пишет какой-то парень. Какой-то Дэн, по которому я скучаю. И который скучает по мне. Прямо в тот момент, когда меня только что обвинили в воровстве. Когда напряжение между нами достигло пика.

Он поднялся наверх, взял телефон, увидел сообщение и его лицо стало таким, каким я его запомнила на выходе. Чужим. Холодным. Осуждающим.

Он решил, что я ему изменяю. Или что у меня кто-то есть. Или что я вообще не та, за кого себя выдаю.

Я открыла глаза и уставилась в стену.

Злость поднялась изнутри, горячая, обжигающая. Да как он смеет? Как смеет думать обо мне такое, даже не спросив? Не дав объяснить? После всего, что между нами было? После того, как он сам предложил встречаться?

Но следом пришла горечь.

А что я могла объяснить? Что Дэн мой девятилетний брат? Что я скучаю по семье? Что мне срочно нужны деньги на телефон для него? После того, как меня только что обвинили в краже, это прозвучало бы как оправдание. Как попытка выкрутиться.

Он бы не поверил.

Или поверил бы? Я не знала.

Я сжала телефон так сильно, что костяшки побелели. В груди разливалась тяжелая, липкая обида. На Александра. На Кару. На всю ситуацию. Особенно на то, что моя семья неблагополучная. Если бы не это, то у меня, так же как и у Кары, главной проблемой на день была бы пропажа дорогущего браслета, который она просто могла попросить у отца.