— Хорошо. — Я выдохнула. — Лиз, ты меня очень выручишь.

— Да ладно, — она смутилась, — мы же напарницы.

Прозвенел звонок на следующую пару. Мы поспешили в аудиторию. Я зашла и машинально отметила, что сегодня у нас лекция по этикете. Вампиры любили всякие старомодные правила, а компаньоны должны были их хорошо знать, чтобы не падать в грязь лицом, когда представляли своего вампира и чтобы понимать, что нужно подготавливать на мероприятиях и встречах. Чтобы отделать важное для вампиров от неважного.

Я села на свое место и вдруг заметила, что прямо передо мной устроилась Кара. С идеальным макияжем, идеальной осанкой, идеально уложенными волосами. Она даже со спины выглядела безупречно.

Я внутренне напряглась. Кара меня не замечала или делала вид, что не замечает. За те несколько дней, что я бывала в их блоке, она ни разу не сказала мне ни одного доброго слова. В основном смотрела. Иногда тяжело, изучающе. Иногда с откровенной неприязнью, которую, впрочем, быстро прятала под маской вежливости.

Лекция тянулась бесконечно. Преподавательница вещала о том, как правильно подавать руку вампиру, как вести себя за столом и почему люди не должны смотреть в глаза старшим по возрасту. Я записывала механически, но мысли крутились вокруг одного: деньги, Дэн, мама.

Когда пара наконец закончилась, я собралась быстро уйти, но Кара вдруг обернулась. Её холодные, серые, с едва заметным красноватым отливом глаза встретились с моими.

— Селена, — сказала она ровно. — Привет.

— Привет, — ответила я так же ровно.

Она чуть улыбнулась. Улыбка у неё была красивая, но какая-то искусственная.

— Как дела?

— Нормально, — ответила я с подозрением.

На этом наш странный диалог не закончился. Она словно что-то хотела от меня, но не говорила что.

— Отлично. — Она поправила ремешок своей сумочки. Маленькой, из крокодиловой кожи, явно очень дорогой. — Если что-то понадобится, обращайся.

Это прозвучало почти дружелюбно. Почти. Но что-то в её интонации заставило меня насторожиться. Слишком сладко. Слишком нормально.

— Спасибо, — ответила я, старательно изображая дружелюбие.

Не ругаться же с друзьями Александра? Но до конца пар этот диалог не выходил из моей головы. Она что-то хотела от меня или наконец приняла?

Второе казалось совсем уж фантастическим, поэтому в моем мозгу разрасталась тревога. Она мешала мне выполнять задание от Лизы, поболтать с первокурсниками и разузнать, у кого есть проблемы с учебой. Я приметила лишь пару ребят, но люди, к сожалению, не выглядели платежеспособными. А вампирам предлагать Лизины умения пока побаивалась. Я собиралась расспросить Александра об этом. Пользуются ли они подобными услугами и востребовано ли это?

Вечером, как обычно, я пришла в блок Александра. Он встретил меня у двери, притянул к себе и сразу поцеловал. Мне нравилось, что он не церемонился. Я была такой же.

— Соскучился, — прошептал он мне в губы.

— Я тоже.

Мы поднялись на второй этаж, в его комнату. В первые такие дни я переживала, что нам будет не о чем разговаривать. Мне многое хотелось о нем узнать, но если бы я спросила все, что собиралась, то это напоминало бы допрос. А я пыталась заслужить его доверие.

Поэтому болтать пришлось мне. Незаметно, но я привыкла к этому. Поэтому сразу как мы оказались наедине я стала рассказывать про свой день. Про скучную лекцию (хотя он там тоже был), про то, что Лиза помогает мне с учёбой. Про звонок брата я не сказала. Не хотелось портить вечер.

Александр слушал внимательно, гладил меня по волосам, иногда вставлял замечания. С ним было спокойно. Я почти забыла о своих проблемах. Почти.

— Ты какая-то напряжённая сегодня, — заметил он, когда мы лежали на кровати, глядя в потолок.

— Просто устала, — соврала я. — Много пар.

Он не поверил, но не стал давить. Только прижал меня крепче.

— Если что-то случится — скажи мне, — тихо произнёс он. — Я помогу.

Я промолчала. Попросить деньги прямо я не могла. Была уверена, что это воспримется неправильно.

Через час мы спустились в гостиную, потому что я проголодалась. Александр сказал, что заранее заказал мне еду и оставил ее в холодильнике (там они хранили кровь). Я надеялась, что моя пицца не рядом с пакетами.

На диване уже сидели Винсент и Максимилиан. Они лениво перебрасываясь фразами и попивая что-то красное из бокалов. Кара стояла у журнального столика, копаясь в своей сумочке. Судя по напряжённой спине, она была чем-то встревожена.

— Не понимаю, — пробормотала она, перебирая содержимое. — Куда он мог деться?

— Что случилось? — лениво спросил Макс.

— Браслет новый. — Кара подняла голову, и в её глазах мелькнуло что-то похожее на панику. — Я его с утра надела, но днем поняла, что он часто за одежду цепляется. Нельзя носить его вместе с вязанными кофточками. А теперь его нет.

Винсент присвистнул:

— Что дорогой?

— Я два месяца этот браслет у папы выпрашивала. — Кара сжала губы.

Мы с Александром переглянулись. Он нахмурился и шагнул в гостиную.

— Может, ты просто забыла, куда положила?

— Я ничего не забываю, — отрезала Кара. — Я помню точно: на первой паре браслет лежал в сумочке. Я проверяла. А сейчас... — Она вдруг замерла и медленно повернулась ко мне. — Сегодня в блок заходила только ты. Из посторонних.

Я похолодела.

— Ты хочешь сказать, что я взяла твой браслет? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Я ничего не хочу сказать, — ответила Кара с нажимом. — Просто озвучиваю факты.

Александр шагнул вперёд, вставая между нами:

— Кара, это серьёзное обвинение. У тебя есть доказательства?

— Доказательства? — Она усмехнулась. — Спроси у своей человеческой девушки, что у нее за проблемы с деньгами. Она обсуждала это по телефону. Ей срочно нужны деньги. И тут же пропадает мой браслет. Совпадение?

У меня внутри всё оборвалось. Она врала. Но весьма убедительно. В туалете ее не было. Там был кто-то из людей. Я слышала по звуку шагов. Шаг был громкий, совсем не такой6 как у Кары с ее вампирской грацией. А значит, что кто-то из первокурсниц-людей донес ей на меня.

Это вызывало вопросы.

— Это не то, что ты думаешь, — начала я. — Брат действительно потерял телефон, и деньги нужны, но я...

— Так ты не отрицаешь, что тебе нужны деньги? — перебила Кара.

— Не отрицаю. Но я не брала твой браслет.

— Тогда откуда оно взялось в твоей сумке?

Я замерла. Что?

— В моей сумке? — переспросила я, чувствуя, как холодеют руки. — Ты не могла его там видеть.

— Могла. — Кара вдруг решительно направилась к моей сумке, которая стояла у дивана. — Если не возражаешь, конечно.

— Возражаю! — Я бросилась за ней, но Александр перехватил меня за руку.

— Пусть проверит, — сказал он тихо. — Если ты не брала, бояться нечего.

Я смотрела на него и не верила своим ушам. Он что, сомневается во мне?

Кара тем временем открыла мою сумку и запустила внутрь руку. На секунду воцарилась тишина. А потом она вытащила браслет. Камни на нем переливались в свете ламп.

— А это что? — спросила Кара с торжеством в голосе.

Я смотрела на украшение, и у меня внутри всё рухнуло. Этого не может быть. Я никогда его не видела. Не брала. Но оно было в моей сумке. Как? Как оно там оказалось?

— Но это не я, — выдохнула я, чувствуя, как пол уходит из-под ног. — Клянусь, я не брала.

Все взгляды обратились к Александру. Он стоял, глядя на меня, и в его глазах я читала разочарование. Сомнение. Боль.

— Александр, — прошептала я. — Ты же знаешь, я не могла.

Хотелось добавить, что я не настолько тупая, чтобы обрубать свои отношения с перспективным партнером так по-идиотски. Но говорить этого было нельзя. Это бы навело его на мысли о моей меркантильности.

Что было правдой, в отличие от ситуации с браслетом.

Он молчал. Долгую, мучительную секунду.

А потом его взгляд стал чужим. Холодным. Осуждающим.