Я закусила губу. Не время думать об этом. Нужно сосредоточиться.

— Наша академия существует не для того, чтобы разделять. А для того, чтобы учить жить вместе. В мире, где вампиры и люди вынуждены сосуществовать, знание — единственное оружие, которое не ранит, если использовать его правильно.

Я цеплялась за каждое слово. Миссия академии — выпускать людей, которые помогут вампирам адаптироваться в быстро меняющемся мире. И вампиров, которые научатся взаимодействовать с людьми корректно. Красиво звучит. Особенно если учесть, что пару минут назад один из этих «обучающихся корректности» прижимал меня к книжному стеллажу.

Я хоть и была не против, но Александр со всеми себя так ведет? Я-то буквально первая встречная, хоть и объективно красивая.

— Баланс, — продолжал ректор. — Вот что мы будем взращивать в этих стенах. Баланс между жаждой и долгом, между силой и милосердием, между тьмой и светом. Помните: каждый из вас — мост. И от того, насколько крепким вы его построите, зависит будущее обоих миров.

Речь закончилась под вежливые аплодисменты. Вампиры хлопали лениво, люди испуганно и быстро, будто боялись, что их накажут за недостаточную благодарность. Такое казалось возможным.

— А теперь, — ректор сделал паузу, — можно разойтись по своим комнатам. Карты общежитий можете взять на столе, — он указал на аккуратно сложенные стопки у выходов, — и расписание занятий вы найдете у себя в комнатах, а так же есть общее расписание в холле. Берегите себя. И друг друга.

Толпа зашевелилась, загудела. Студенты потянулись к выходу, вампиры исчезали быстрее, просачиваясь сквозь проходы с неуловимой грацией.

Я уже собралась идти, когда почувствовала на себе взгляд. Обернулась. Александр стоял вполоборота, но смотрел прямо на меня. Темные глаза, спокойное лицо, но в уголках губ что-то неуловимое. Вопрос? Или вызов? Или, может, любопытство?

Я не стала задерживаться. Отвернулась и шагнула вперед.

— Селена! — Лиза догнала меня у выхода, запыхавшаяся. Она схватила карту и сразу бросилась за мной. — Ты куда? Я могу проводить! Я уже посмотрела, где женский блок. Мы, кажется, даже на одном этаже, если ты не против…

Она смотрела на меня с такой надеждой, что отказать было бы жестоко. Да и не в моих интересах отшивать полезные знакомства. Мне было интересно, почему она оказалась здесь. Как ее выбрали?

— Конечно, — улыбнулась я. — Проводи.

Мы вышли в коридор, и Лиза засеменила рядом, что-то щебеча про расписание, про то, что она боится вампиров, но ей очень нужно здесь учиться, потому что стипендия хорошая, а дома младшие братья и сестры. Я кивала, вставляла «угу» и «неужели», а сама думала о том, что это похоже на мою историю.

Но важно было то, что первый шаг сделан. Я здесь. Я в игре, о которой еще недавно ничего не знала и даже мечтать не могла, а теперь готова была вцепиться зубами в какого-нибудь вампиреныша, лишь бы удержаться в этой битве за благополучие.

— Значит, говоришь, мы на одном этаже? — переспросила я, когда мы с Лизой поднимались по широкой каменной лестнице. Перила здесь были холодными, отполированными до блеска за многие десятилетия, а может, и столетия.

— Ага! — Лиза чуть не подпрыгивала от возбуждения. — Я в триста пятой комнате, а ты?

Она заглянула в мой бумажный квадратик, который я до сих пор мяла в руке.

— Ой, а ты в триста шестой! — выдохнула она с таким восторгом, будто мы выиграли в лотерею. — Селена, это же просто замечательно! Мы будем соседками! Через стенку!

«Твою ж…», — подумала я.

Внутренне поморщилась, но на лице удержала вежливую улыбку. Лиза, конечно, не то чтобы сильно меня раздражала, но она была такой шебутной. И от пристального внимания, могли быть проблемы.

Триста шестая комната. Рядом с восторженным цыпленком, который будет стучаться ко мне по любому поводу. С другой стороны, может, это и к лучшему. Такая, как Лиза, всегда знает все сплетни, все новости, все слухи. Полезно для новенькой.

— Здорово, — сказала я ровно. — Будет не так одиноко.

— Правда? — Она просияла. — Я тоже так подумала! Ты даже не представляешь, как я боялась, что тут все будут такими… ну…

— Вампироподобными? — подсказала я, наконец искренне широко улыбаясь.

Хотелось показать ей зубы. Но она смотрела вперед и задумчиво хмурилась.

— Высокомерными, — выдохнула Лиза и поправила очки. — А ты такая простая, нормальная. С тобой легко.

Я чуть не рассмеялась. Простая. Нормальная. Если бы она знала, что меньше часа назад я делала с одним из этих «высокомерных» в библиотеке, она бы, наверное, прямо здесь упала в обморок. Но делиться своими впечатлениями я, естественно, не собиралась.

Третий этаж встретил нас длинным коридором с высокими дубовыми дверями. Под ногами плитка. Видно, что постелена давно, но она все равно блестела.

— Вот! — Лиза ткнула пальцем в табличку на двери. — Триста пятая. А твоя дальше.

Я кивнула, дошла до триста шестой и приложила ладонь к двери. Та бесшумно открылась.

Комната оказалась именно такой, как я запомнила утром: маленькая, но уютная. На полу темный паркет, местами поскрипывающий, но идеально начищенный. Пахло старым деревом и чем-то неуловимо сладковатым, как от засушенных цветов. Узкая кровать у стены, застеленная серым покрывалом. Письменный стол у окна, за которым виднелся кусочек парка. Встроенный шкаф, пара полок для книг. И ни одной личной вещи. Даже моя сумка с пожитками так и стояла неразобранной у входа. Утром я влетела сюда, бросила вещи и сразу убежала исследовать территорию. А потом библиотека, «знакомство» с Александром, колокол, Лиза и собрание… Событий первого дня хватило бы на месяц вперед.

— Какая милая! — Лиза заглянула через плечо. — У меня почти такая же. Ой, смотри, даже вид из окна похожий!

— Лиз, — я мягко, но решительно развернулась к ней, преграждая вход в комнату. — Ты извини, но мне нужно разобрать вещи и немного прийти в себя. День был долгий.

Она замерла, и на ее лице мелькнуло разочарование, но она быстро кивнула:

— Да-да, конечно! Я понимаю. Я сама вымотанная. Просто так нервничала с утра, а тут ты появилась, такая уверенная, и мне стало спокойнее. — Она замялась, теребя пуговицу на пиджаке. — Селена, мы ведь увидимся еще?

— Естественно, мы ведь учимся в одной академии, — я улыбнулась той самой улыбкой, которая открывала любые двери. — Как-нибудь зайду к тебе в гости. Посидим, поболтаем. Идет?

Лиза расцвела, будто я пообещала ей поход в Диснейленд.

— Идет! — выпалила она и, махнув рукой, побежала к своей двери. — Тогда до встречи!

Я дождалась, пока за ней захлопнется дверь, и только тогда позволила себе выдохнуть. Вошла в комнату и закрылась изнутри.

Тишина. Наконец-то.

Я подошла к окну. Стекла здесь были старые, чуть мутные по краям и пропускали мало света. Я оперлась ладонями о подоконник и уставилась во двор.

Академия раскинулась, как игрушечный городок. Студенты сновали по дорожкам, кто-то сидел на скамейках, кто-то просто стоял и разговаривал. Со стороны все выглядело почти нормально. Почти как обычный университет. Если не знать, что половина этих «студентов» питается кровью.

Я закусила губу.

Мама.

Мысль о ней пришла внезапно, как всегда, когда я оставалась одна. Я представила ее лицо. Бледное, осунувшееся, с темными кругами под глазами. Врачи сказали, что нужна операция. Дорогая. Очень дорогая. А потом еще лекарства, реабилитация. Денег не было. Совсем. Отец ушел, когда я была мелкой, я его никогда не знала, все мои воспоминания были мутными и обрывочными, и с тех пор мама тащила семью на себе. Работала официанткой, мыла полы, раздавала листовки. А потом появился другой мужчина. Новый брак, казалось бы, на горизонте маячило счастье. Новая беременность. А за ним разлад в семье, потому что «внезапно» оказалось, что во время беременности тело женщины меняется, а мужчины к этому совершенно не готовы.