— И что случилось потом?

Я вцепляюсь пальцами в плед, понимая, что вот-вот услышу ту самую трагическую часть истории. Если источник смог помочь им общаться, почему тогда всё накрылось медным тазом?

— Наступил момент, когда Розетта начала выглядеть старше Чарльза, — выдыхает кот. — Драконы стареют иначе, ты уже знаешь. А она — обычная, хоть и сильная, ведьма. Годы начали брать своё, несмотря на источник. И она... не выдержала.

— Не выдержала?

— Да, не выдержала мысли о том, что умрёт раньше него, зная, что могла бы иметь с ним хотя бы несколько по-настоящему полных, счастливых моментов, но всю жизнь провела в добровольном самоограничении, — Флюм смотрит на меня прямо. — Она решила, что раз конец неизбежен в любом случае, лучше прожить оставшееся время полноценно, а не продолжать держать дистанцию из страха.

— И они попытались слиться, — заканчиваю я.

— Да. И результат ты уже знаешь.

Вот так вот. Она рискнула, поставила свою жизнь на кон, а в итоге умер её любимый, а она оказалась истощена. Жестокие и несправедливые законы этого мира. Значит, дракону и ведьме не суждено быть вместе никак. И никакие источники, никакие артефакты не помогут исправить ситуацию.

В груди всё сжимается обручем, давит. Я привязалась к Эдриану сильнее, чем нужно. Я вообще уже не представляю, как смогу жить без него. И я всё-таки рассчитывала, что можно хоть что-то сделать…

— Ты уже слышала, что Розетта осталась почти без магии, — добавляет Флюм. — Представь себе, что она была одной из сильнейших водных ведьм, а превратилась в обычную торговку зельями. Это сильно выбило её из колеи.

— И она влезла в долги, — пытаюсь этот факт вплести в эту историю, но пока не понимаю, как так вышло. — Зачем же?

— Чтобы восстановить магию. Она искала ингредиенты, знания о ритуалах, скупала древние фолианты стопками. Всё без толку, ничего не помогало справиться с этим магическим истощением. И тогда она переключилась на другое…

Кот делает многозначительную паузу, и смотрит на меня каким-то тяжёлым, немигающим взглядом, будто собирается признаться в чём-то особенно важном. Я сразу же подбираюсь вся. Понимаю, что услышу что-то, что перевернёт мои представления об этой истории.

— Розетта искала способ вернуться обратно в прошлое и всё исправить, — наконец провозглашает Флюм. — Есть артефакт, Тася, который способен сделать это. Перенести человека назад во времени.

Что? Серьёзно?! Типа, машина времени? Сердце ухает в груди, я даже на мгновение перестаю дышать, представляя грандиозность этой штуковины. Воплощение фантастических историй, которые я взахлёб читала в своём мире.

— Такое существует?

— Да, — подтверждает Флюм. — Но работает такой артефакт… непредсказуемо. Слишком много случаев было в истории, когда попытки повернуть время вспять заканчивались катастрофой. Поэтому этот артефакт крайне строго запрещено применять. Он изъят из легального оборота множество столетий назад.

Ого, кто бы мог подумать, что здесь есть такое... Прямо воплощение всех фильмов про перемещения в прошлое, которые заканчивались тем, что лучше бы никто ничего не трогал. Так я и подозревала.

Но если его невозможно купить, то зачем Розетта копила деньги?

— Но тётушка его всё равно искала?

— Да, потому что на чёрном рынке, при должном упорстве и достаточной сумме золота, найти можно практически всё, — вздыхает тяжело Флюм. — Поэтому, как раз-таки, Розетта занимала деньги у всех подряд и надеялась накопить достаточно, чтобы найти этот артефакт и исправить содеянное.

И судя по тому, что я всё-таки получила в наследство эту лавку… ничего у тётушки не вышло. Она не отправилась в прошлое, не исправила того, что случилось. А, может, даже не успела купить артефакт.

— Она… накопила? — спрашиваю у Флюма.

— Неизвестно. Знаю только, что если артефакт где-то и есть, то воспользоваться она им не успела или… не захотела.

Я киваю. Чтобы всё это переварить, мне нужно время. Подумать, принять решение. Зато хотя бы многое встало на свои места.

— У меня голова просто раскалывается от всего этого, — жалуюсь я, потирая виски. — Слишком много информации за один вечер, Флюм. Пожалуй, мне стоит просто полежать и подумать… Осмыслить всё это. В тишине.

Глава 36. Ответы

Я лежу в кровати, уставившись в потолок, пытаясь разложить по полочкам всё услышанное от Флюма. Выходит со скрипом, потому что это настолько колоссальные данные, что я вообще не знаю, что мне и думать.

Самое элементарное — отказаться от Эдриана и забыть обо всём. Закончить закрывать долги тётушки, продать лавку семейству драконов и вернуться обратно в свой мир. Уж там-то мы с ним никак не пересечёмся, а значит, будем жить спокойно дальше.

Но… получится ли спокойно? Я никогда в жизни не чувствовала ничего подобного. Это тепло в груди, когда я думаю об Эдриане, эта всепоглощающая жажда быть с ним рядом каждую секунду.

Забуду ли я его? Смогу ли жить дальше, не думая о нём? Даже если буду находиться в другом измерении…

Дверь спальни тихо приоткрывается.

— Тась? — Стэфф осторожно заглядывает внутрь. Наверное, Флюм предупредил её, что я не в духе. — Что-то случилось? Ты какая-то... не такая.

— Так и есть, — нервно отзываюсь я. — Представляешь, Стэфф, я тут узнала, что моя тётушка полжизни любила дракона платонически, потому что физическая близость их медленно убивала, а когда всё-таки решилась на большее… Он сгорел, а она лишилась почти всей магии. Ну и ещё узнала, что существует запрещённый артефакт для поворота времени, который тётушка искала на чёрном рынке, откуда, собственно, и все её долги. Обычный вторник, в общем-то.

Стэфф садится на край кровати и смотрит на меня круглыми от удивления глазами.

— Так, — качает она головой. — Я вот вообще ничего не поняла.

— Ну смотри, Стэфф. Я — водная ведьма. Эдриан — огненный дракон. Наши стихии несовместимы. А значит, ждёт нас с ним то же самое, что было у Розетты с дедом дракона. Короче, станем мы с ним одной горсткой пепла. Моя тётушка и Чарльз Дорн, когда были рядом, медленно угасали. Это нас тоже ждёт. Истощение, потеря магии, а то, скорее всего, и смерть.

— Стоп, — хмуро тянет подруга. — Но не складывается же…

Я приподнимаюсь на локтях, глядя на неё с подозрением. Что там не складывается, мне вообще непонятно. Очень даже всё логично и понятно. Обычная история, судя по словам того же Эдриана. Несовместимость стихий.

— Что не так? Я вроде подробно всё рассказала.

— Ну... — задумчиво произносит Стэфф и нервно накручивает прядь волос на палец. — Вы же целовались там, на балу. И... и потом, судя по твоему рассказу, тоже было что-то в этом духе. Какое истощение, Тася? Мне показалось, что вам обоим очень всё понравилось. Даже очень-очень. Я бы даже сказала, что вы заряжаете друг друга, а не высасываете силы.

Меня словно молнией бьёт по голове.

Реально же.

Флюм же чётко перечислял мне факты, который никак не накладываются на нас с Эдрианом. Он говорил про то, что даже простое присутствие рядом друг с другом медленно разрушало Розетту и Чарльза. Что, когда они рядом — это вызывало слабость и недомогание. А у нас с Эдрианом... этого нет. Совсем нет.

Наоборот… Да, чёрт побери, мне никогда ещё не было так хорошо, так легко, так правильно, как в его объятиях. Словно я нашла своё место. Словно этот мир, этот дракон — именно то, чего не доставало мне.

Вспоминаю, как утром он прижал меня к стене. Как настойчиво, требовательно целовал меня, и как я в ответ полыхала, загоралась желанием. Только это, никаких побочных эффектов. Никакого даже маленького намёка на слабость. Я ведь хотела только одного — чтобы он не останавливался…

Щёки заливает жаром.

— Надеюсь, это хороший признак, — бормочу я, продолжая и дальше краснеть. — Но лучше бы подкрепить это документальными доказательствами. Ну знаешь, какие-нибудь фолианты, старые записи, что-то более надёжное, чем просто «мне кажется, всё в порядке». Не хотелось бы в самый неподходящий момент узнать, что мы ошибались, когда будем... кхм… тесно общаться.