В её зале рядом с домом такого роскошества не было, поэтому на кушетку к массажисту она после спортзала, бассейна и бани попала уже сильно расслабленной, а он превратил её и вовсе в желе. Поначалу Илла испугалась, когда его увидела, всё же разница в габаритах была слишком велика — она чуть выше полутора метров и он на две головы выше, но мастер сделал всё, как надо, убрав и отголоски долгого полета, и усталость после тренировки. Мышцы от массажа счастливо гудели, голова была восхитительно пуста.

— Мне не нравятся ваши ноги, госпожа, — сквозь туман кайфа услышала Илла и, не успев как следует обдумать эту фразу, что, скорее всего, массажист коряво говорит по-английски, как и она сама, собственно, ответила.

— Да мне тоже. Коротковаты, я считаю. Но они мне дороги как неотъемлемая часть моего тела. Отрывать не дам.

Массажист замер, осмысливая ответ, а Илла рассмеялась:

— Извините, у нас с вами диалог идёт через двойной перевод, я решила, что вы пошутили, и пошутила в ответ. Что конкретно вам не нравится?

— Вы слишком много ходите на каблуках, судя по всему.

— С моим ростом это логично, иначе я на всех буду смотреть откуда-то с высоты плинтуса.

— Тогда советую вам добавить упражнения для расслабления икроножных мышц, я наблюдаю гипертонус. Вы часто занимаетесь в бассейне?

— Сегодня первый раз за год плавала. В моём зале дома нет бассейна, а ездить отдельно не хватает времени.

— Тогда рекомендую пройти курс массажа или иглоукалывания. Такое напряжение нужно снимать.

Пришлось пообещать, что, как только она приедет домой, сразу же займётся этим вопросом. В общем-то, её любимый массажист тоже всегда ругался на каблуки, но при таком росте особо не выбирают, уж извините. Да и в хоре она самая невысокая: чтобы сохранить визуальную линию, Илла всегда надевала на концерты высокие каблуки. И если ходить на них она могла легко, простоять полтора-два часа было уже сложнее. Да и красота, как известно, требует жертв. Но иголки... Нет уж, никаких иголок!

Массажист усилил нажим на икрах, пытаясь чуть-чуть снять напряжение, а Илла поморщилась от боли и вспомнила, что позавчера вообще весь день провела на высоком каблуке, да и вчера тоже в театре красовалась на шпильках, хотя была уверена перед вылетом в отпуск, что костюм и туфли наденет буквально раз. С другой стороны, вчера она красиво вышла из отеля и села в машину Чан Соля, а потом так же красиво из машины дошла до театра. Это же нельзя считать нагрузкой, ну право слово!

После тренировки и массажа не хотелось даже думать, не то что куда-то идти. Однако желудок намекал, что не откажется от еды и чая.

Промелькнула хулиганская мысль позвонить Чан Солю и вытащить его на очередную прогулку и ужин, но сегодня у того был семейный день благодаря необычной встрече Иллы с Сергеем Аликиным. Надо же, как забавно получилось — в этом путешествии удача хранит её. И с Чан Солем познакомилась (Илла прекрасно себя знала, она бы это знакомство с удовольствием продолжила, в том числе и в горизонтальной плоскости), и Сережу увидела. Да и Чи Мин интересным вырастет, если отец сейчас не сдаст свои позиции и проявит себя, наконец, как отец, а не обиженка-разведёнка.

Похоже, ему здорово по мозгам ударило необычно взрослое поведение бывшей жены. После того, что он рассказал Илле перед прослушиванием Чи Мина в академии, она была готова увидеть истеричную неженку, однако Хан Бёль приятно удивляла своей разумностью и адекватностью. Интересно, что же такое она прятала от своей семьи, что так себя вела и пошла на разрыв семьи. За то, что именно Хан Бёль стала инициатором развода, Илла готова была отдать руку на отсечение.

Кафе рядом с отелем было тоже не сильно заполненным, что ещё больше привело Иллу в радушное настроение. Сегодня всё шло отлично, нарастающая со вчерашнего вечера мигрень отступила, не выйдя в острую фазу, книг в электронной читалке было закачано море, поэтому дальнейший план был максимально прост: купить вкусняшек и напитки в магазинчике и осесть с этим всем добром на балконе отеля.

Всё это великолепие снеслось одним телефонным звонком Чан Соля.

— Илла! Люблю тебя!

Глава 8

Стакан не выпал из рук исключительно потому, что стоял на столе. А вот сама Илла с телефоном в руках чуть не рухнула. Кореец. Меньше чем через неделю знакомства. Признался в любви! Да ну на фиг!

— Эмм.... У тебя всё хорошо? Или тебя держат в заложниках и ты не можешь мне что-то важное сказать?

В трубке послышался смех.

— Нет, Илла. У меня всё отлично. Мы пообщались сегодня и с господином Аликиным, и с порекомендованным им педагогом. Со следующей недели Чи Мин переходит в другую музыкальную академию.

— О! Поздравляю вас! Рада, что помогла решить задачку.

— Ты же понимаешь, что вот так, походя, изменила жизнь целой семьи? Чи Мин вопит и ходит на руках, Хан Бёль счастлива, что помогла ребёнку, я доволен, что у них обоих всё сложилось без истерик. Я твой должник!

— Не кидайся обещаниями. Я просто рада, что помогла. На этом и остановимся, без долгов и выплат. Хорошо?

— Спасибо! — в голосе Чан Соля искрился пьянящий восторг, как будто он уже успел выпить. А сердце Иллы сжалось, едва она услышала про семью и счастье бывшей жены. Может, он её ещё любит, и сейчас, когда Хан Бёль показала свою адекватность, вернётся к ней. Чи Мин будет, наконец, в полной семье, вырастет отличным певцом, и когда-нибудь она услышит его на большой сцене. В принципе, это правильно, не рассчитывала же она на полном серьёзе на роман с этим мужчиной. Да, он потрясающий, но как только она сядет в самолёт, он благополучно её забудет, если не раньше.

Ох, что-то её мотает на эмоциональных качелях. Неужто те самые дни подбираются? Илла помотала головой, радуясь, что Чан Соль не видит её в этот момент. Пришлось даже попросить мужчину повторить последнюю фразу — вот до чего доводят лишние мысли, перестаешь слышать собеседника!

— Что ты сказал?

— Я спросил, чем ты занята сейчас и что планируешь делать завтра?

— О! Сейчас я сижу на балконе с каким-то вкусным печеньем, колой и книгой, потому что после спортивного зала, бассейна и массажа ноги уже не работают. А завтра с Михаилом запланировали Кёнджу, уедем с самого утра на машине и вернёмся поздно.

— То есть сегодня тебя можно уже никуда не звать?

— Смотря куда! — Илла оживилась. После еды и отдыха тело просило неактивности, но если Чан Соль сам готов куда-то выбраться, она только за!

— Как ты относишься к барам или ночным клубам? Обещаю вернуть вовремя, чтобы успеть выспаться.

— Если там не орут ужасное караоке или не дерутся без правил, готова собраться.

— Отлично. Тогда я заеду за тобой через час.

— Через полтора, — Илла смутилась. — У меня после душа ещё волосы не высохли. Пока досушу феном, пока оденусь... Не стоит сидеть тут и ждать меня.

— А ты пригласишь в номер?

— Ой, да было бы на что посмотреть. Это же не люкс, а самая обычная комната. Да ещё и вещи у меня раскиданы. Давай внизу встретимся?

— Хорошо, — смех Чан Соля звучал с облегчением. — Я боялся, что ты откажешь мне, до сих пор знакомство со мной тебе приносило только проблемы.

— Ой, всем бы такие проблемы! Буду через десять лет сидеть на концерте Чи Мина и гордиться, что я тоже приложила к его успеху руку.

— Всё, одевайся, сушись и что ты там хотела доделать. Скоро буду.

Илла закатила глаза и сбросила звонок. Она, откровенно говоря, была не особо готова идти куда-то сегодня и изначально закладывала себе пару таких дней в отпуске, на отдых, а потому со спокойной душой вымыла волосы после визита в СПА-центр. Промыть и высушить такую длину всегда требовало много времени, но подстричь их не хотелось никогда. Если она не ошибалась, последний раз она стриглась после развода. Это ж сколько лет прошло?

Маленький отельный фен перегрелся, но своё дело сделал, волосы Илла успела просушить и нормально уложить в любимый хвост. Вечерний макияж — уж тут можно не скрывать красоту, белый топ и черные брюки с жакетом. Владлена, старшая сестра, ворчала, глядя, как Илла собирает чемодан, дескать, зачем тебе классическая брючная пара и жакет к нему — не преподавать же едешь. Да ещё и каблуки с собой взяла, господи боже! А вон оно как, и костюм пригождается, и туфли. Благо, что к этим брюкам и кроссовки уличные подходят.