На другой стороне улицы он заметил суши-закусочную. В полуоткрытую дверь было видно троих посетителей, сидевших внутри. Он перешёл улицу и вошёл. Один из них вопросительно взглянул на него.

Он заказал суши.

Вглядевшись в его профиль, женщина что-то прошептала своим спутникам. Потом порылась в кармане и достала маленькую записную книжку. Улыбаясь, она подошла к человеку в берете.

— Простите, — робко сказала она. — Вы случайно не Мията Кумо-сан из театра «Авангард»?

Человек в берете вдруг проглотил суши, которые жевал. В глазах его на миг мелькнуло недоумение, но, посмотрев женщине в лицо, он нехотя признал: — Да, это я.

— Я так и думала. — Женщина обернулась и улыбнулась двум своим спутникам. — Простите, вы не дадите мне автограф?

Она протянула ему свою истрёпанную записную книжку. Он неохотно достал ручку и привычным движением вывел своё имя.

Иманиси не мог выбросить из головы диалект Тохоку и слово «Камэда». Свидетели могли ошибиться в говоре, но он так не думал.

Он вышел и купил карту префектуры Окаяма. Мики Кэнъити жил в Эми-мати. Оттуда Иманиси начал искать на карте Камэду. Сначала он искал названия, начинающиеся с иероглифа «каме». Ему сразу бросилось в глаза название Камэноко, но Камэда и Камэноко звучали непохоже. Он продолжил поиски, однако других мест, начинавшихся с «каме», не нашёл. Камэноко словно дразнило его. Оно выпрыгнуло с карты, чтобы посмеяться над его досадой. Он сложил карту. Пора было идти на службу.

В поезде было тесно. Иманиси прижало к спинам других пассажиров. Он рассеянно смотрел на плакаты в вагоне. Один из них трепетал от сквозняка из открытого окна. Это была реклама журнала. Он прочёл слова «Замысел путешествия» и подумал: разве у путешествий бывает замысел? В последнее время реклама стала такой странной, что невозможно было понять её смысл. На станции Синдзюку Иманиси вышел из поезда и пересел в метро. Там он увидел ту же рекламу. И вдруг подумал о чём-то совершенно не связанном с плакатами.

Прибыв в полицейское управление, Иманиси сразу направился в отдел информации, ведавший связями управления с общественностью. Здесь издавали различные брошюры, и потому в отделе имелась справочная библиотека. Начальник отдела прежде был непосредственным начальником Иманиси.

— Вот уж не ожидал увидеть тебя здесь. — Начальник отдела информации улыбнулся поклонившемуся Иманиси. — Не думал, что ты заглянешь в такое место. — Затем он пошутил: — А, понятно. Ищешь книгу о хайку, верно?

— Нет, но я хотел бы, если можно, кое о чём вас спросить, — несколько скованно сказал Иманиси.

— Что тебе нужно? — спросил начальник отдела.

— Я пришёл к вам, потому что знаю: вы во многом сведущи.

— Какой уж я знаток. — Начальник отдела усмехнулся. — Но если речь о том, что мне известно, я с удовольствием тебе помогу.

— Это насчёт диалекта Тохоку, — начал Иманиси.

— Диалекта Тохоку? — Начальник отдела почесал затылок. — Извини, но я родился на юге, на Кюсю. О диалекте Тохоку я мало что знаю.

— Я хотел бы узнать, есть ли в Японии, помимо региона Тохоку, другие места, где говорят на диалекте Тохоку.

— Хм. — Начальник отдела склонил голову набок. — Ты спрашиваешь не о том, может ли на нём говорить отдельный человек, а о том, говорят ли на этом диалекте жители какой-либо местности, так?

— Да, именно это я и имею в виду.

— Интересно, возможно ли такое. — Начальник отдела задумался, затягиваясь сигаретой, но вид у него был сомнительный. — По-моему, диалект Тохоку свойствен только северо-восточному региону. Но у меня есть кое-что, что может сказать тебе больше.

Он встал, взял с полки за спиной том энциклопедии, водрузил тяжёлую книгу на стол и стал перелистывать страницы. Найдя нужную статью, он быстро её просмотрел.

— Прочти вот это место, — сказал он, подвигая книгу к Иманиси.

Иманиси прочёл статью, излагавшую различные теории распространения диалектов. Она ему ничем не помогла.

— Ты, кажется, не слишком доволен, — заметил начальник отдела информации. — Статья тебя не удовлетворила?

— Дело не в этом. Я хотел кое-что уточнить о диалектах, чтобы понять, есть у меня пригодная зацепка или нет.

— Значит, тебя удовлетворило бы узнать, что диалект Тохоку употребляется и в каком-то другом регионе. Так?

— Да. — Иманиси кивнул. — Но, прочитав это, я убедился, что такой возможности нет.

— Погоди-ка. — Начальник отдела информации, вспомнив что-то, задумался. — Эта энциклопедия даёт лишь краткие сведения. Тебе лучше посмотреть более специальную книгу. — Он постучал пальцами по краю стола. — Один мой университетский однокашник — специалист по японскому языку в Министерстве образования. Возможно, он сможет тебе что-нибудь сообщить. Я сейчас ему позвоню.

Поговорив с другом по телефону, он повернулся к Иманиси. — Он хочет, чтобы ты пришёл к нему в кабинет и поговорил с ним лично. Если захочешь его увидеть, я напишу тебе рекомендательное письмо.

— Да, я хотел бы с ним поговорить, — сказал Иманиси.

Иманиси вышел из поезда на станции Хитоцубаси и направился вдоль рва Императорского дворца, пока не дошёл до обветшалого белого здания. Это было небольшое строение; табличка у входа гласила, что здесь находится Научно-исследовательский центр национального языка.

Он передал свою визитную карточку служащей у входа. По лестнице спустился худой мужчина лет сорока — Кувахара, специалист Министерства образования и однокашник начальника отдела информации.

— Значит, вы хотите узнать, употребляется ли диалект Тохоку в каком-нибудь другом регионе? — спросил Кувахара.

— Да. Я пришёл спросить, существует ли такой регион.

— Любопытно. — Специалист склонил голову набок. — В местностях, заселённых выходцами из Тохоку, диалект Тохоку иногда действительно употребляется. Например, на Хоккайдо есть местность, куда переселилась целая деревня из Тохоку, и там говорят на этом диалекте. Но о подобных местах на главном острове Хонсю я не слышал. Что именно вы проверяете? Полагаю, это связано с каким-то делом.

Иманиси вкратце рассказал о деле.

Специалист немного подумал и спросил: — Это действительно был диалект Тохоку?

— Свидетели сказали, что он звучал именно так. Погибший и его спутник говорили совсем недолго, поэтому мы не можем быть уверены, но все пятеро свидетелей сочли, что это был диалект Тохоку.

— Вот как? И всё же они были не из региона Тохоку? — спросил специалист.

— Позднее мы установили, что один из мужчин — погибший — вовсе не был оттуда. Он был из префектуры Окаяма, то есть с противоположной стороны.

— Что? Префектура Окаяма? — пробормотал специалист. Он на мгновение глубоко задумался, потом сказал: — Подождите минуту, — и встал.

Он подошёл к книжному шкафу и вынул том. Некоторое время он стоял и читал. Когда он вернулся к ожидавшему Иманиси, то улыбался.

— Эта книга посвящена диалектам региона Тюгоку. — Специалист передал Иманиси толстый том. — Вот, прочтите этот раздел.

По лицу специалиста Иманиси догадался, что тот обнаружил. Он жадно прочёл указанный отрывок.

Диалект Тюгоку — это разговорный язык районов Санъё и Санъин, охватывающих пять префектур: Окаяма, Хиросима, Ямагути, Тоттори и Симанэ. Этот диалект подразделяется на две группы. Одна называется диалектом Унхо, по трём районам Идзумо, Оки и Хоки; другую, распространённую в остальных районах, мы назовём основным диалектом Тюгоку.

К особенностям диалекта Унхо относятся наличие губного звука в «х»; неясность звуков «ие», «сису» и «тицу»; наличие звука «кво» и преобладание звука «сье». Это побудило учёных выдвинуть различные теории, объясняющие сходство фонемных явлений в двух далеко отстоящих друг от друга регионах. Согласно одной из них, побережье Японского моря некогда составляло единое фонемное пространство, которое вторжение диалекта района Киото разделило на части… Фонемика Идзумо сходна с фонемикой диалекта Тохоку.