Я кивнула ему с улыбкой и открыла дверь. Предварительно осмотревшись и убедившись, что в коридоре никого нет, я быстро метнулась в сторону поворота в свою комнату.

Оказавшись в ней через короткое время и не обратив внимания на развороченный Мариусом гардероб, я присела на кровать с гулко бьющемся сердцем. В осознании того, как за одну ночь поменялись обстоятельства моей жизни. И в тревоге за то, какие последствия они принесут мне в дальнейшем.

Ближе к четырем часам дня я наконец осмелилась выйти из своей спальни. Оказалось, что осёл Трой догадался приобрести костюм для верховых прогулок, когда закупал мой гардероб. Это показывало то, что, в общем, полным ослом он не был, прикинув, что я, вполне возможно, буду участвовать в подобных увеселениях.

Мысли снова вернулись к нему, и я решительно в сотый раз поклялась себе, что отомщу похитителю. Как я это сделаю, я еще не знала, пусть даже с помощью Вегарда, который, несомненно, имеет план на его счет тоже.

«Я найду способ уговорить Вегарда, что тоже имею право участвовать в наказании Троя. И потребую от него клятвы, что он возьмется за него. А то мало ли, решит, что для него Трой мелкая сошка, лишь прислужник его главного врага. Интересно, кто этот враг и как его зовут?»

Думая обо всем этом, я оказалась в малой столовой, которая, как и всегда, ожидала домочадцев и гостей Оверлука столами, заставленными всевозможной едой. Положив в тарелку первое попавшееся с подносов, я села у окна. Мне хотелось лишь немного перекусить перед прогулкой, так как особого аппетита у меня не было.

Как только я принялась за еду, в столовую вошел Жером. Я чуть не подавилась при виде дворецкого и моего учителя в одном лице. Ведь он вместе с Мэрид стал вчера свидетелем отвратительной сцены на кухне, когда мы там с Вегардом ругались как ненормальные.

— Миледи, доброго вам дня, — с совершенно ландшафтным лицом, на котором мало что можно было узреть, приветствовал меня Жером.

— И вам доброго дня, Жером, — прокашлявшись, ответила я, еле найдя в себе силы взглянуть ему в глаза. В голове сразу же всплыла картинка: мы с Вегардом орем, он уходит, а я напоследок заявляю ему в спину: «Я сегодня же найду себе любовника, милорд!». И тут заходят сам дворецкий и бедная Мэрид.

«Ужас. Может, как-то объясниться?» — думала я, наблюдая, как Жером раскладывает столовое серебро.

— Вчера на кухне… — начала я, смотря на стоявшего ко мне спиной Жерома. И остановилась, не зная, что говорить дальше.

— Миледи Лилиан, — вдруг перебил меня вежливо дворецкий, обернувшись. Он словно не был удивлен и смотрел на меня с чуть заметной улыбкой, так редко появляющейся на его лице. — Я совершенно уверен в том, что вы как-нибудь разберетесь с возникшем между вами и господином недоразумением, — продолжил он. — Уж не думаете ли вы, что нам с Мэрид незнаком нрав нашего хозяина? И все же, мы его очень уважаем и относимся к нему с искренним почтением.

Я не смогла не поморщиться при последних словах, совсем чуть-чуть. Но Жером заметил это, потому, чуть подумав, добавил:

— Когда-нибудь вы поймете сами причину наших чувств к нему. А теперь позвольте мне откланяться. И завтра не забудьте о наших занятиях.

Он ушел, взяв со стола вазон с цветами, а я осталась в некоторой задумчивости.

Но долго размышлять я не могла. Меня ждал Мариус. Поэтому я быстро доела и поспешила покинуть столовую. Еще и потому, что не хотела нечаянно столкнуться с Вегардом. О нем я пока не хотела размышлять, точнее, о его реакции, когда он узнает о мне и о его друге.

«Честно сказать, мне постепенно становится все равно. Ну честно, почему я должна переживать из-за мужчины, который повел себя по-скотски, а потом посоветовал поискать себе партнеров для утех. Он прямо, без каких-либо намеков, дал мне понять, что я ему не нужна. А если и была нужна, то в самом низменном качестве…»

Когда я оказалась снаружи замка, то в очередной раз восхитилась красотой природы вокруг него. За все время нахождения в Оверлуке я не обошла и десятую часть его земель. Теперь, когда мое положение здесь стало более менее конкретным, я захотела изучить располагающиеся вокруг меня лужайки, сады и парк. А также навести то спрятанное в рощах холодное озеро, похожее на зеркальное блюдце, если смотреть на него с высоты балкона. Еще меня манил лес, который начинался на дальней границе земель Владыки и поднимался по пологим холмам.

«В нем погибла Каллироя, сестра Вегарда, — вспомнила я, идя к конюшням. — Там наверное опасно и туда меня не пустят… скорее всего. Но почему меня тянет в этот лес, когда вечерами я смотрю в его сторону?»

Но эти странные мысли покинули меня, как только я завидела Мариуса, ведущего за поводья сильного вороного коня. Мужчина был так великолепен в своем черном, по фигуре, костюме для верховой езды, что я не могла отвести от него глаз.

— К твоему наряду полагается шляпка, Лили, но вот так намного лучше, — произнес он, щурясь на солнце и подходя ко мне. Мариус приподнял руку в кожаной перчатке и указал на мои волосы — почти распущенные, свободно падающие мне на плечи. Только передние пряди были закреплены сзади.

— К сожалению, а теперь к счастью после твоих слов, шляпку подходящую я не нашла, — сказала я Мариусу, улыбнувшись ему искренне. Мой костюм терракотового оттенка с более темными кожаными вставками на приталенном жакете состоял из двух частей: внизу были штаны, облегающие мои ноги и сшитые из плотного сукна, сверху же они прикрывались пристегиваемой юбкой с косыми складками и длиной до середины голени, чтобы было легко взбираться на седло. Наряд дополнялся такими же как у Мариуса черными кожаными перчатками и короткими сапожками.

— Я хочу забрать тебя отсюда прямо сейчас и уехать с тобой в столицу, — прошептал мне Мариус, касаясь моей щеки и подходя ко мне вплотную.

Я обомлела от такой неожиданности и почувствовала, что краснею под его упорными темными глазами. Его рука все еще касалась моей щеки, пока Мариус не дернулся слегка назад из-за нетерпеливого движения коня, которому хотелось уже пробежаться. Мы рассмеялись одновременно, глядя на недовольную морду животного.

— Наверное, он понимает человеческую речь и заместо своего хозяина решил приревновать тебя ко мне, — заявил Мариус.

— Почему-то я не уверена в этом, — ответила я, положив руку на шею лошади. Поглаживая мягкую шерсть, я добавила: — К сожалению, пока на мне эта гадость — я имею в виду кольцо, — выхода отсюда у меня нет, Мариус. Плюс договор с хозяином. Я должна помочь ему в исследованиях.

Мариус молча выслушал меня, косясь время от времени вдаль. Он тоже начал чесать коню шею. Я видела, что он о чем-то раздумывал, но продолжал молчать.

— Мариус? — обратилась я к нему снова. — Ты же знаешь обо всем. Скажи, это… связано как-то со смертью сестры Вегарда?

— Откуда ты знаешь про нее? — удивленно спросил мужчина.

— Слышала от прислуги. Просто как факт ее гибели. И теперь я уверена, что все эти исчезновения непонятные других девушек имеют связь с Каллироей.

Мариус некоторое время молчал, а когда снова заговорил, в его голосе появилась печаль.

— Не хочу обманывать тебя, да и ты скоро будешь в курсе. Но и всего не могу сказать. Но на твой вопрос отвечу — да, все эти случаи имеют одно основание. Но ты, Лили, — Мариус накрыл мою руку, находившуюся у седла, своей, — не должна заранее переживать. Я знаю, что звучит это странно. Но хочу, чтобы ты знала — для Вегарда, и для меня тем более, очень важно сохранить твою безопасность. Если что-то пойдет не так, все исследования прекратятся. Сейчас, после случившегося между нами, я вообще не хотел бы твоего участия в этом, но одновременно понимаю своего друга. У него… не так много возможностей осталось кое-что узнать.

— Это «кое-что» связано с кровью сидов? — прямо спросила я.

— Да. И исследование очень важно, это не просто какой-то магический интерес, нет. Дело серьезное и касается семьи Вегарда.