— Милорд… — начала я, чувствуя себя неудобно под его взглядом.

— Я просто любуюсь твоим телом, Лилиан. Ты предельно хороша, — произнес Вегард. Он еще некоторое время смотрел на меня странным взглядом. Я тоже чувствовала себя странно — ведь то, что произошло между нами, было чем-то неоконченным. Я знала, что мужчинам не нравится останавливаться без собственной разрядки.

«Ты что, забыла? — тут же подумала я. — Ты же теперь вроде как благородная девица и то, что между вами произошло, считается позором. Конечно же он не захотел до конца… лишить тебя чести.»

Насчет последнего я, конечно же, сомневалась. Хотя все-таки смысл в этом был — я находилась под опекой своей тетки Реджины.

— Приходи ко мне завтра вечером, Лилиан, — прервал наконец молчание Вегард, соскользнув с кровати. На натренированной спине разметались его великолепные волосы — я так хотела снова ощутить их касание.

— А теперь иди к себе, тебе нужно отдохнуть, — добавил Вегард погодя, уже стоя в проеме дверей. Он улыбнулся мне и через мгновение исчез в темноте коридора…

— Что я наделала? — прошептала я, как только оказалась в стенах своей комнаты. Время давно перевалило за полночь, а спать мне не хотелось совершенно. Да и как спать тут после произошедшего?

Я прошла к кровати и опрокинулась на нее, закрыв лицо руками. Все, что случилось со мной в покоях Вегарда, сейчас казалось каким-то диким сном. Точно таким же, как те, которые начали преследовать меня больше месяца назад.

Я все еще чувствовала следы прикосновений его сильных и таких горячих рук на моей коже, мне казалось, что она горит там, где он ласкал меня больше всего — на груди, на спине, на бёдрах и животе. Быстрое и яркое удовольствие, до которого он довел меня, так же быстро отступило, мое тело требовало продолжения, намного большего.

— Но продолжать он не захотел, — снова сказала я сама себе, убрав руки с лица и уставившись в балдахин над кроватью. — Может, он… не может? Ага, конечно. Его мнимую немощь я прекрасно чувствовала между ног… Тогда что? Наверно, и вправду не захотел нарушать мою непорочность. Очнись, дура! — выругалась я, сев на расхристанной кровати. — Не наверное, а точно! Даже если ты теперь сиротка и бесприданница, ты в статусе дворянки, хоть и мелкой. С этим у них все строго. Даже если он захочет соблазнить тебя, как тех девиц, о которых вещал Трой, он не будет сразу же пользоваться своим положением… Пока не удостоверится, что ему это сойдёт с рук, или пока не придумает, как взять тебя под свое покровительство!

Ворох путаных мыслей и множества вариантов догадок заставил меня снова вскочить с кровати. Я ходила по комнате кругами, анализируя все с разных точек. Была бы здесь сейчас Реджина, она смогла бы мне помочь распутать весь клубок предположений и загадок. Но веселая аферистка сегодня точно отсутствовала в замке. Я в этом почему-то была уверенна. Реджина не смогла бы пойти спать, не поболтав со мной перед сном о мужчинах.

Подойдя к зеркалу, я вгляделась в свое изображение. Впервые я стала замечать в своем лице смелость взгляда и некоторую его дерзость. Может, это как маяк для него? Поэтому он так быстро решил, что я не смогу устоять и сама упаду в его объятия? Может быть, Трой прав, говоря о том, что моя кровь придает мне тень порочности. И поэтому он был уверен, посылая меня сюда, что владыка сразу же заметит именно меня в толпе.

«Ведь Вегард сам сказал через час после нашего знакомства, во время танца, что я сама не прочь испытать кое-какие удовольствия. Кошмар, неужели кровь потомков сидов привлекает мужчин только с такими мыслями?»

А еще меня беспокоило то, что он не хотел меня целовать. Я была уверена в этом стопроцентно. Я знала, что первое, чего хотят мужчины — это ощутить вкус губ девушки, которая им понравилась. Два или три раза во время нашей с Вегардом полу-близости он делал так, чтобы наши губы не соприкоснулись.

— А может от меня несло спиртным или, еще хуже, у меня было несвежее дыхание?

Но я отбросила от себя эти мысли. Чистоплотность была привита мне чуть ли не с пеленок и за зубами я следила. И к тому же вспомнила, что прошлым вечером Реджина мимоходом сказала мне, что не чувствует от меня никакого запаха хмеля, потому что виски дорогой и вообще я чрезмерно переживаю из-за того конфуза с обмороком.

«Уймись, Лилиан! Ни один бал не проходит без того, чтобы кто-то не напился и не остался в доме хозяев! — вспоминала я слова Реджины. — Такое случается не только с мужчинами, но и с женщинами, и даже с девицами! На словах и со стороны кажется, что все благородные будто бы сплошь идеальные, пахнут духами, не едят и, прости меня, — не какают. Но мы такие же люди, как и все»

Может, Вегард вообще не любил целоваться? Такое я тоже слышала, но почему-то не хотела в это верить. Может потому, что не хотела лишать себя надежды когда-нибудь ощутить его поцелуи. Вполне здравое предположение о том, что маг и владыка имеет какие-то свои предпочтения и принципы в делах любви, заставило меня прийти в уныние.

Но в конце концов все мои мысли пришли к главному, о котором я, как влюбленная дурочка, забыла. Все складывалось удачно, если посмотреть на это с позиции плана Троя и с позиции моей собственной свободы. Вегард пригласил меня завтра вечером — точнее, уже сегодня, если судить по начинающемуся рассвету за окном, — снова прийти к нему в покои. Наверное, все его порочные связи с теми девушками так и начинались — с подобных игрищ, когда ничего не доходит до конца. Но от них, по-видимому, девушки только больше заводились и совсем теряли рассудок. В таком случае это уже можно было расценить как их собственное желание, а коварный маг выступал в роли не соблазнителя, а… кого?

— Жертвой обстоятельств! — буркнула я, хмыкнув. И чуть не рассмеялась на весь замок, ибо Вегард и подобное словосочетание являли собой настоящий абсурд. Кем-кем, а жертвой Вегард никогда и нигде не был, я это чувствовала инстинктивно. Он мог быть кем угодно, но в первую очередь — хозяином положения в любой ситуации.

В конце концов я заставила себя лечь, чтобы постараться заснуть. Сегодняшним вечером мне придется снова навестить владыку в его спальне. Наверное, тогда и случится все. А потом еще раз. Я улыбнулась, закрывая глаза и представляя, как это будет. И, когда я чаще стану появляться в его башне и он привыкнет к моему присутствию, то однажды можно будет осторожно проникнуть в его тайное хранилище и отыскать то, за чем меня сюда послали. И тогда меня ждет свобода.

Но почему-то от мысли, что тогда я больше не увижу его и этот замок, мне становилось очень грустно. Не понимая до конца, что я испытываю к Вегарду, кроме сильнейшего желания, я подсознательно чувствовала, что не смогу забыть о нем. И не хотела сразу же бежать в то хранилище. Может, удастся как-то растянуть время? Кольцо же не считает, сколько я потрачу дней на осуществление плана. И всегда можно оправдаться перед Реджиной или потом перед уродом Троем, что Вегард сам тянул время.

С этими мыслями я и заснула, незаметно скользнув сознанием в омут беспамятства.

Поздним утром наступившего дня я растерянно думала о том, в чем, черт возьми, я должна буду ходить сегодня. В какой одежде, то есть. Вчера кто-то из прислуги еще до обеда принес мне новое белье в количестве двух комплектов, с ночными сорочками и прочим. Пока я была в ванне, мне также принесли и поднос с едой, да и Реджина вечером притащила с собой угощения. Но сегодня, видимо, я должна буду спуститься вниз сама, раз никаких подносов на тумбочках около себя я не увидела.

Только вопрос — в чем именно⁈ И где мое платье, бальное?

Пока я раздумывала над этим, сидя в ванной, я услышала гулкие шаги за дверью. Кто-то подходил к ванной! Неужели Вегард⁈

Дверь отворилась, и я, еле прикрыв грудь, которая была вся в пене, готова была начать отстаивать перед ним свое право на приватность.