– Так, – сказал бригадир, – в общем приемлемо. Всем мыть инструмент, руки, и готовиться к обеду. Потом я скажу, что вам делать.

– Хорошо, – сказала Лиза и спросила, – а разве после обеда мы не будем класть цоколи торцовых стен?

– Пока нет, – ответил мужчина, – привезете сырца и от середины к краям начнете поднимать дымоходные стены. Для того чтобы я залез крыть крышу, вы должны как можно скорее вывести мне туда дымовые трубы. Так что остаток жженого кирпича не тратьте, он еще пригодится. Понимаешь, Лиза?

– Понимаю. Сделаем, – ответила та и спросила, – а сейчас девочкам можно отдыхать?

– Да, можно. И скажи им, что они молодцы, и что могут отдыхать до самого обеда.

– Сергей Петрович, – сказал Валера, – так до обеда еще целых сорок минут.

– Не целых сорок минут, друг мой, – последовал ответ, – а всего сорок минут. Мы планировали управиться с этой работой до обеда, и мы с ней управились. Ставить новую задачу сейчас бессмысленно, не успеет народ перевести дух и собраться, а Витальевна уже застучит своей поварешкой.

– Тогда, – сказал Валера, – быть может, мы с вами сходим на холм и посмотрим, что там сейчас и как? Как раз успеем. А то я там давно не был.

– Хорошая идея, – немного подумав, сказал учитель, снимая с крючка на стене свою мосинку, – давай, бери свой арбалет, и пойдем сходим, поглядим. Я тоже давненько там не показывался. К тому же я внес кое-какие изменения в проект, и теперь надо дать указания на месте.

Неспешным шагом от промзоны до вершины холма идти было не больше пяти-шести минут. Опасности, в принципе, никакой не было, все дикое зверье давно разбежалось из ближнего леса, напуганное шумом производимых работ, но Сергей Петрович в любом случае не расставался с оружием и запрещал одиночные прогулки, рассуждая, что береженого Бог бережет, а не береженого съедают дикие звери или его закапывают на кладбище. Так что техника безопасности превыше всего.

На холме тоже кипела активная трудовая жизнь. Тоненький слой грунта на размеченной площадке был уже снят и свален в отдельную кучу. Чуть поодаль высилась гора песка. Отдельно громоздились выкорчеванные сосновые пни. Более того, от песчаного слоя была полностью расчищена почти четверть размеченной площадки, на дне которой открылся неровный слой сероватого известняка. Первым делом Сергей Петрович пожал руку коллеге.

– Так, Андрей, – сказал он, – я тут кое-что прикинул и должен тебе сказать, что проект Большого Дома немного изменился.

– В каком смысле, Петрович? – спросил коллега.

– Вот смотри, – тот подобрал с земли тоненькую веточку и набросал на песке простенький чертеж, – добавляем еще по четыре комнаты на каждом этаже и на полметра укорачиваем торцовые залы. Общая длина увеличивается на пять метров. Железа на кровлю хоть впритык, но хватит, я посчитал.

– Хорошо, – кивнул отставной прапорщик и спросил, – в какую сторону думаешь расширяться?

– Да в любую, Андрей. Хоть в обе. Главное, чтобы по фундаменту вышло двадцать четыре на двенадцать с половиной метров.

– Сделаем, – сказал физрук и снова спросил, – ты только за этим пришел, или есть что-нибудь еще?

– Да, – ответил главный прогрессор, – хочу полазить по твоей яме посмотреть на этот известняк собственными глазами. А то я весь месяц из цеха считай что и не вылезал.

– Ну что ж, давай полазим вместе, – предложил товарищ, – прошу, как говорится, к нашему столу.

Пропустив пару полуафриканок с носилками полными песка, мужчины по узкому деревянному трапу спустились вниз. Да, да, часть напиленных за это время Сергеем Петровичем досок ушла в том числе и сюда. Первое, что бросалось в глаза, так это то, что те женщины, которые лопатами наполняли носилки, большую часть времени откровенно бездельничали в ожидании очередного транспорта. Секрет оказался банально прост. Десять человек, из них четыре пары носят, двое наполняют и вся производительность труда упирается именно в недостаточное количество носильщиц.

– Так, Андрей, – сказал учитель, – тебе не кажется, что рабочий процесс организован не оптимально?

– Кажется, Петрович, – вздохнул тот, – пока убирали грунт, было еще ничего, а вот как только углубились в яму, так сразу начались проблемы. Сюда бы еще четверых, но я же знаю, что лишних людей у нас нет.

– Да, Андрей, – задумчиво сказал Сергей Петрович, – лишних людей у нас нет.

Еще раз посмотрев на то, как женщины ходят с носилками песка, он перевел взгляд на Валеру.

– Вот тебе и задание на после обеда, – сказал он, – тачка с двумя ручками и одним колесом.

– Какая тачка? – почти хором спросили Андрей Викторович и Валера.

– Обыкновенная, строительная, – хмыкнул учитель. – В тачке один человек сможет перевозить больше, чем двое переносят на носилках.

– А колеса не будут вязнуть в песке? – спросил бывший военный.

– Если будут, то проложим деревянные трапы до самой песчаной кучи. Всех-то делов. Зато скорость работы увеличится в разы.

– Хорошо, Сергей Петрович, – сказал Валера, – сделаю. Колеса делать цельными?

– Разумеется, цельными. Берешь подходящее бревнышко диаметром не меньше тридцати сантиметров и длиной в сорок, обтачиваешь на цилиндр, а потом нарезаешь из этого цилиндра колеса шириной сантиметра четыре. Дальше объяснять?

– Нет, не надо. Я все понял.

– Ну вот и хорошо.

Присев на корточки, от подобрал несколько известняковых камешков и сунул их в карман куртки, потом внимательно оглядел уже вскрытый кусок известняковой плиты. Поверхность камня была неровной, с буграми и впадинами, и перед закладкой фундамента явно нуждалась в выравнивании, но это было мелочью. Главный вопрос, который его сейчас волновал – хватит ли у них времени и сил вскрывать еще и площадку под каменоломню. Быть может, для цокольных блоков камень стоит брать прямо под домом, отступив, к примеру, на полметра от внутреннего края стены.

Петрович достал калькулятор и начал считать. Округленно получались две выемки шириной три с половиной, длиной двадцать два и глубиной два метра. Симпатичный такой теплый подвальчик для хранения разных нужных вещей. Но выломать и вытащить триста кубов камня в столь ограниченные сроки? В принципе, все зависит от того, насколько легко будет ломаться камень.

Отдав калькулятор Валере, Сергей Петрович вытащил из кармана подобранные кусочки и потер их друг об друга, потом попробовал оцарапать ножом. Вроде камень не особо твердый, а значит, у них должно получиться. Теперь надо подсчитать количество готового камня, нужного для поднятия цоколя. Для начала был определен размер блока, пригодного для того, чтобы два человека смогли его поднять и поставить на место. Получился «кирпич» высотой двенадцать с половиной, шириной двадцать пять и длиной пятьдесят сантиметров, с весом около сорока килограмм. Требовалось таких блоков чуть более двух тысяч семисот штук, или чуть больше сорока кубометров чистого объема.

С одной стороны, пусть даже и половина материала уйдет в отходы (которым, кстати, тоже тут же найдется применение), общий объем камня, который можно вынуть из под дома, внушает оптимизм. С другой стороны, даже для того, чтобы выломать этот незначительный вроде бы объем, требуются рабочие руки и свободное время. Нет, надо как можно скорее заканчивать со стройкой временных сооружений на промзоне и по возможности бросать все силы на основной объект. Время уже не терпит, а на стройке Большого дома еще и конь не валялся. Ну, или почти не валялся.

Быстро объяснив коллеге тактическую и стратегическую обстановку, Сергей Петрович позвал Валеру и они отправились к себе в цех, поскольку уже подходило время обеда, а женщины без них и с места не тронутся.

Во время обеда он изложил геологу свои соображения, а тот в ответ сказал, что вторая обжигательная печь уже почти высохла и готова к запуску. На очереди постройка печи по пережиганию древесного угля.

– Так, Игоревич, – сказал учитель, – мне помнится, что при процессе пиролиза древесины должен еще получаться деготь, древесный уксус, метиловый спирт и много чего еще.