Обмотав бедра полотенцем и вытащив из рюкзачка мыло и бритвенный станок, Лиза собрала свою одежду и осторожно выглянула из палатки. Было довольно прохладно, и над рекой и берегом висел плотный утренний туман.

«Ну и замечательно», – подумала она, и, выбравшись наружу прямо в чем была, побежала к берегу умываться и приводить себя в порядок.

Немного поплескавшись на мелководье в теплой, как парное молоко, воде, и смыв последствия бурной ночи, Лиза намылилась и принялась станком изводить волосы во всех местах, кроме головы. Этот обычай среди женской части клана Прогрессоров был введен Мариной Витальевной, которая считала, что не стоит оставлять на человеческом теле никаких заповедников для разведения разного рода насекомых. Гигиенично, особенно в полевых условиях. Да и мужчинам такой обычай среди женщин тоже весьма приятен.

Закончив с бритьем, Лиза еще раз ополоснулась и, насухо вытершись полотенцем, принялась одеваться. Вот так, в футболке, трусиках и наполовину натянутых штанах ее и застала спустившаяся к реке для утреннего туалета дамская компания. Катя, Ляля и рыжие сестры шли группкой, ежась от холодка и тихо переговариваясь между собой. Чуть поодаль вслед за ними шла Марина Витальевна.

Увидев Лизу, Катя замерла на месте, а Ляля, напротив, бросилась к торопливо натягивающей штаны подруге, обняла ее, и девушки ласково потерлись носами. Это привычку они переняли от Дары и Мары, хотя и близнецам тоже очень понравилось целоваться, особенно со своим Валерой. Такая вот получилась взаимная конвергенция.

Следом за Лялей к Лизе подошли близняшки – также выразить свою приязнь и уважение. Катя же только фыркнула, она-то считала такие выражения чувств ниже своего достоинства.

Женщина приветливо кивнула Лизе и внимательно посмотрела ей в глаза.

– Ну что, ты довольна, Лизонька? – по-матерински участливо спросила она.

– Да, Марина Витальевна, – ответила Лиза, сморгнув непрошеные слезы, – очень довольна! Спасибо вам большое!

– Не за что, Лиза, – ласково сказала та, – главное, чтобы ты была счастлива.

Лиза, расчувствовавшись, еще раз шмыгнула носом. Она никогда не знала своей матери, и всю свою короткую жизнь провела в домах малютки, приютах, и прочих казенных заведениях. И надо же было случиться тому, что женщину, которая смогла бы заменить ей мать, она встретила, уже став взрослой и выйдя замуж.

Тем временем женщина отошла чуть в сторону и тоже, вслед за молодежью, начала быстро разоблачаться перед утренним купанием. Лиза подумала, что для возраста «немного за сорок» фигура у нее еще довольно ничего. Ни повисшей груди, ни коровьего брюха, ни каких-либо особенных морщин. Ее возраст выдают только небольшие складочки на шее, у рта и в уголках глаз. Сногсшибательная женщина! Гному очень сильно повезло, что он смог отхватить себе такую кралю.

Оставив Марину Витальевну с девицами заниматься утренним туалетом, Лиза подобрала с земли свои вещи и немного вразвалку пошла к их с мужем палатке. Тот, обнаженный до пояса, играя мускулами, как раз вывешивал на боковине палатки их простыню, украшенную кровавым пятном. При этом его спину во многих местах пересекали уже подсохшие кровавые царапины. Лиза в испуге даже прикрыла ладошкой рот.

– Ой, извини, Андрюша, – растерянно сказала она, – это я нечаянно.

Мужчина обернулся на голос.

– Ничего, Лизунчик, – улыбнувшись, сказал он, – невозможно завести в доме дикую кошку и при этом не оцарапаться. Это я, наверное, должен извиняться за то, что сделал тебе больно…

– Ерунда, любимый, – сказала девушка и, приподнявшись на цыпочки, чмокнула супруга в губы, – ты доставил мне не только боль, но и радость. Очень большую радость, милый. Дня через три-четыре, когда у меня там все заживет, мы попробуем это снова, и думаю, что все получится гораздо лучше, чем сегодня. Я даже обещаю не царапаться, честно-честно.

– Хорошо, радост моя, – согласился тот, – пусть все будет как ты скажешь.

Лиза посмотрела на вывешенную поверх палатки простыню и сморщила носик.

– А это, зачем, Андрюша? – со вздохом спросила она.

– А затем, – осторожно ответил счастливый супруг, – чтобы все видели, что ты досталась мне честной девушкой, хотя это и редкость в наше время.

– В эти времена тоже, – сухо сказала Лиза, – по местным понятиям, невеста должна быть уже беременной, а еще лучше с ребенком, чтобы она могла заранее подтвердить жениху свою плодовитость.

– Лизунчик, это тебе Дара с Марой рассказали? – поинтересовался Андрей Викторович.

– Да, они, – сказала Лиза, проведя кончиками пальцев по его щеке, – но если это для тебя так важно, то пусть висит. Я не в обиде.

А про себя она подумала, что в этом совсем не ее заслуга. Валерка в ТОТ раз так растерялся, что совершенно ничего не смог сделать. Может, оно и к лучшему, теперь у нее есть такой великолепный мужчина, как Андрей Викторович – сильный, смелый и надежный, а Валерка целиком и полностью счастлив со своими близнецами. Вроде бы даже они ездят на нем по очереди, как на молодом послушном жеребчике. Но это уже Валеркино семейное дело.

Вздохнув, она повесила влажное полотенце на растяжку от палатки и нырнула внутрь – собираться. Проходившая мимо Ляля увидела висящую простыню, сразу все поняла и кивнула. Что ж, она была вполне уверена в себе и в том, что в свое время ее избранник также сможет предъявить всему клану подобное доказательство невинности своей молодой жены. То, о чем подумали рыжие близняшки, никого не интересовало; скорее всего, они просто не поняли смысла всего этого мероприятия. Что касается Кати, то у нее эта простыня вызвала очередной приступ раздражения. Потом она успокоилась и подумала, что уж ее-то Сергей точно знает, кому, когда и как досталась ее невинность. Сам вскрывал, никому не доверил. А больше ей и ему ничего и не надо. К тому же девушка начала беспокоиться – она уже второй раз пропускала критические дни, и по этому поводу ей нужно было посоветоваться с Мариной Витальевной.

Пока взошедшее солнце разгоняло туман, клан успел закончить свои утренние хлопоты. Загрузив на «Отважный» дрова для генератора и лагерное имущество, пришельцы из будущего покинули столь гостеприимную бухточку. После себя на память Прогрессоры оставили выжженное место из-под костра, а также ствол вековой липы, этой весной выброшенный на берег половодьем, а теперь художественно очищенный цепными пилами от всех сучьев и ветвей, пошедших на дрова. И еще неизвестно, что подумают об этом произведении искусства в стиле «авангард» местные, когда осенью явятся сюда за ягодой…

Дальше путешествие вверх по реке протекало почти рутинно. Где-то после полудня русло Гаронны повернуло на юг, ветер, дувший со стороны Бискайского залива, из крутого бейдевинда перешел в положение правый галфвинд и тяга на парусах немного упала. Гаронна в этом месте текла почти прямо, стрежень прижимался к крутому правому берегу, который сейчас был, пардон, по левый борт от «Отважного». По другому борту протирался низкий и отлогий левый берег, покрытый зарослями тростника и заливными лугами.

Время от времени на левом берегу встречались впадающие в Гаронну небольшие речки и ручьи. Местность тут была уже почти пригодна для поселения, но Сергей Петрович хотел все-таки добраться до искомого слияния рек и обосноваться там. Оставалось совсем немного, было вполне возможно, что они доберутся к месту слияния Дордони и Гаронны уже сегодня.

Ничего подобного вчерашнему брошенному стойбищу с борта «Отважного» пока не видели, но это еще ничего не значило. Возможно, действительно, местные придут сюда только осенью, и не все из них строят капитальные сооружения типа вигвамов, а кто-то обходится простыми шалашами, устанавливая их в пойменной зоне. Надо понимать, что в эти времена плотность населения в этих благодатных краях была ничтожной, примерно такой, как на современной Чукотке, причем болотистые и лесистые низменности не были особо любимы местными людьми, предпочитавшими открытые равнины и поросшие редколесьем холмы.