Морпех слабонервным не может быть по определению. Глянешь без привычки на одного из таких своих архаровцев – и непроизвольно хочется перекреститься. Ну вылитые морские черти, прямо из ада. В боевой обстановке и нижние чины, и офицеры выряжены в одинаковые мундиры, зеленые как шкура лягушки, к тому же изляпанные размытыми черными полосами. Сапоги с коротко обрезанными голенищами, шнурованные сбоку. На поясе кинжал-бебут и револьвер Нагана для ближнего боя. Дополняют, так сказать, внешний облик перчатки толстой кожи и черный берет чуть набекрень. А главной особенностью внешности морпеха в бою являются угрожающе раскрашенные черной краской лица. Страх Господень, да и только! Вот и японцы, хоть люди и не слабонервные, а при виде такого ужаса тоже приходят, прошу прощения за тавтологию, в ужас. Александр Владимирович говорит, что это оттого, что они принимают наше воинство не за живых людей, а за бессмертных потусторонних демонов из их легенд. А сопротивление сверхъестественным силам считается у японцев делом бессмысленным и не богоугодным. А все из-за того, что они живут в крайне опасной стране. И перед этим ужасом у них равны все – и крестьяне, и самураи.
И вот он, возвышавшийся над нами гребень горы. Вскарабкались, Слава Тебе Господи. Тут по узкому горному ребру проходит проложенная японцами узкая дорога. Позиции разбитой батареи слева и выше – и там кто-то еще жив, потому что оттуда вразнобой стреляет несколько Арисак и над головой тонко и противно свистят пули. Но это уже бессмысленное сопротивление, ведь укрывающиеся за камнями морпехи карабкаются туда, наверх, под аккомпанемент стрекочущих короткими очередями Мадсенов, которые не дают врагу поднять головы. Потом – бросок самодельной ручной бомбы, сделанной из гильзы 47-мм снаряда, гулкий взрыв и последний бросок для штыковой. Все батарея взята. Но и отсюда, с гребня, открывается замечательный вид на бухту Асо и якорную стоянку. Там, впереди и внизу, на зелено-голубой глади воды, где дно резко уходит на глубину, дремлют на якорях четыре железных снулых рыбины. Это последние крупные корабли, которые еще имеются у Японской империи, и деваться им некуда. Пройдет еще совсем немного времени, и они будут потоплены прямо в этой бухте или захвачены в трофеи. Но это вряд ли, в таком случае японцы сами затопят свои корабли, которым угрожает захват.
Как раз в этот момент мимо меня несут героя, который бросил в японцев бомбу. Макаки успели подстрелить его уже после броска. Он ранен пулей в грудь и находится между жизнью и смертью. Хрип и кровавая пена на губах. Господи, спаси и сохрани Христова воина, подставившего грудь за други своя. И он такой не один. Во время этого штурма были еще пораненные и убитые, но их единицы. Штурмуй наш батальон горушку по старинке – полегло бы не менее половины славных русских воинов. Очень многие наши генералы не понимают, что их слова «бабы еще нарожают» есть глупость несусветная. Причем, глупость это не только с точки зрения абстрактного гуманизма, но и с точки зрения обычной тактики. Подразделение или часть, без особой нужды понесшее слишком большие потери, без пополнения и переформирования не сможет выполнять последующие задания командования. А мы сейчас можем и выполним.
Тем временем мой заместитель капитан Рагуленко (он же герр Гауптман, он же господин Слон, он же милейший Сергей Александрович) в те минуты, когда на него нападает охота поиграть в светского человека, вместе с подчиненными ему прапорщиками (бывшими нижними чинами из будущего) заканчивает развертывание наблюдательного поста на гребне этой горы. А внизу первых данных для ведения перекидного огня от них уже ждут комендоры броненосцев. Пришельцы ОТТУДА все делают значительно быстрее наших местных людей, и поэтому, когда им удается привить делам любимый ими темп, мы во всем начинаем сильно опережать японцев. Скорость принятия решений, их быстрое исполнение тоже являются таким же секретным оружием, как сверхбыстрые самодвижущиеся мины, и Икс-лучи, которые могут просматривать местность практически до самого горизонта. Впрочем, вроде без чего-то похожего на Икс-лучи не обошлось и сейчас. Уж очень быстро и с большой точностью у людей Александра Владимировича получалось определять расстояние до японских кораблей.
А вот и он сам появился на гребне, нимало не запыхавшись, как раз к тому моменту, когда броненосцы внизу сподобились дать свой первый залп, прозвучавший так же гулко и торжественно, как разом загудевшие набатные колокола. Выпущенные нашими кораблями снаряды пролетели высоко над нашими головами и с некоторым недолетом упали поблизости от японских кораблей. Десятка два пенистых водяных столбов высотой с многоэтажный дом подсказали, что этот залп наглушил немало японской рыбы. Наблюдатели внесли поправки – и броненосцы жахнули еще раз. На этот раз все обошлось удачней, и водяные столбы встали уже вокруг японских кораблей; правда, ни один снаряд в цель таки не попал.
Но Александр Владимирович объяснил, что это нормально – в цель обычно попадает только один из пятидесяти, или даже один из ста снарядов. А мы вообще еще только начали. И тут – то ли в подтверждение, то ли в опровержение его слов – в следующем залпе один снаряд попал прямо в один из японских кораблей, аккурат между дымовыми трубами, будто специально туда и метил. В воздух поднялся огромнейший столб черного дыма и мелких обломков, после чего в месте попадания занялся яростный пожар. Такой быстрый успех вызвал немедленный крик «ура» у всех наших нижних чинов и офицеров, которые это видели. В полевой бинокль было видно, как мелкие фигурки японских матросов, подобно муравьям, спасающим свой муравейник, бросились тушить начавшийся пожар. Этот корабль был уже явно выведен из строя, а остальные принялись быстро разводить пары, судя по быстро густеющему дыму, появившемуся над их трубами. Но по большому счету деваться им тут некуда. Залив Асо невелик, а его глубокая часть, куда они могут отойти, еще меньше. И все это насквозь простреливается нашими броненосцами, которым для этого даже не надо входить на внутренний рейд и пересекать линию минных заграждений. Тем более что второй батальон, высадившийся на левом фланге с миноносцев у мыса Гоосаки, быстро продвигается вдоль берега в направлении станции управления крепостным минным полем. Еще час или два – и они перерубят кабели, освободив нашим броненосцам дорогу на внутренний рейд. И вот тогда япошкам действительно придет настоящий амбец.
Тогда же и там же, якорная стоянка Озаки, броненосный крейсер «Идзумо»
Командующий 2-й боевой эскадрой вице-адмирал Камимура Хиконодзё.
Демоны, как всегда, нагрянули внезапно. Мало ему было того подводного ужаса глубин, который караулил его крейсера у выхода из залива Асо, так теперь к нему присоединились два его пятнистых надводных приятеля… О таких кораблях адмирал Камимура уже был премного наслышан. Встреча с пятнистым демоном в открытом море означала верную смерть для корабля и всей команды… Именно они вдвоем расправились с первым боевым отрядом. И что хуже всего – сейчас они притащили с собой весь русский флот.
Волей богов он, Камимура, оказался на Цусиме самым старшим из командиров – и по званию, и по возрасту, и по опыту. Но кто бы мог подумать, что русские решатся на такую дерзкую операцию! Они с ходу провели массированную бомбардировку единственной батареи, прикрывавшей подступы к якорной стоянке. И сразу после ее того как эта батарея была разрушена, осуществили стремительную десантную операцию по захвату господствующих высот. Если бы адмиралу рассказали нечто подобное три месяца назад, он только покачал бы головой, сказав, что не верит ни одному слову. Не могут русские, которые от природы сильны, но ленивы и неповоротливы, действовать с такой скоростью и дерзостью. Но вот же оно, грязно-серое облако дыма – единственное, что осталось от погибшей батареи, которую русские броненосцы банально расстреляли из мертвой зоны; и вот он, Андреевский флаг – видимый даже без бинокля, который говорит, что там на вершине горы уже русские солдаты, а все ее защитники мертвы, ибо сыны богини Аматерасу в плен не сдаются… За всем этим так явственно угадывалась тень пятнистых демонов, что Камимура Хиконодзё ни минуты не сомневался, что это именно они стоят за сегодняшним побоищем. Он представил, себе как главный демон – огромный, зеленый, с черными пятнами, ростом больше трех метров, одетый в красный плащ – отдает приказы русским адмиралам, и те послушно кивают, глядя на его когти из лучшей оружейной стали.
