– Я знаю, что нужно делать, – сглотнула я, задумалась. Решение пришло в голову внезапно, сердце заколотилось быстрее, из-за страха, что сейчас не получится осуществить задуманное. Сейчас был тот самый экстренный случай, точка невозврата. Во мне зародилась жизнь от любимого мужчины и я обязана была ее сохранить. Положила руку на плоский живот и произнесла:

– Я желаю, чтобы наш малыш находился в безопасности и родился точно в срок несмотря ни на что.

Вокруг меня появилось свечение, Тилинь открыла рот от удивления. Свечение погасло, я подала девушке стакан с водой и спросила:

– Сейчас чувствуешь ауру?

– Не чувствую, но и опустошения не ощущаю.

– Это магия желания. Она очень сильная и опасная. Теперь все будет хорошо.

Я не прогадала. Магия желаний работала как нужно. Никто ничего не подозревал. Мы просидели еще две недели в заточении, а потом нас отпустили. Началась зимняя сессия и мы должны были сдавать практику вместе со всеми. Землю покрывал толстый слой снега. Под разноцветными мантиями все носили шерстяные платья и свитера. Все готовились к экзаменам и к зимнему балу, который должен был состояться вечером.

Мы с Тилинь оставались неразлучными, она знала мою тайну и должна была ее хранить от всех, даже от своей семьи. Мы с ней вместе сдавали экзамены по магии белых драконов. Наши одногруппники очень удивлялись, они все еще видели во мне странную ведьмочку, которая в свое время поставила всю столовую на уши. Во время практического экзамена, я смогла шокировать своих новоиспеченных одногруппников сложностью и исполнением задания. Слухи об этом быстро разнеслись по академии, как и желание представителей других рас пригласить на бал представителей драконов. Надеюсь, что это не породит новых сплетен и слухов, по типу легенд о золотом драконе.

В конце недели, наша нянька в доспехах разрешила пообедать с мамой Тилинь, которая наконец-то добилась встречи с дочерью и невесткой. Наша охрана отвела нас в преподавательскую столовую после обеда в выходной день. Академия и так была пустая, все были на праздничной ярмарке в городе. Фростбейд старшая сидела в самом углу столовой, она выглядела неважно. Несмотря на то, что на ней также красовался шикарный наряд и прическа, ее глаза и немного осунувшееся лицо указывало на беспокойство.

Я накинулась на нее позабыв обо всех формальностях и нормах приличия. Она стала для меня родным человеком, особенно после всех тех историй, которые Тилинь рассказала мне.

Фростбейд старшая обняла меня в ответ, я прошептала ей на ухо:

– Вы знаете что-нибудь о Норде?

– Он на северных границах, – слегка слышно сказала она. – Там напряженная ситуации, но пока стабильная. Не грусти, детка, мы прорвемся. Я принесла тебе кое-что.

Мы сели на диванчик. Фростбейд старшая протянула мне небольшой мешочек с травами. Я кинула на нее недоуменный взгляд.

– Девочка, я знаю твою тайну. Родовой артефакт проснулся. Заваривай перед сном и избежишь тошноты по утрам. Молодец, что скрыла.

– Мам, – Тилинь показала взглядом на сидящего через стол от нас охранника.

– Дату свадьбы от меня. С моей организацией, все было бы куда красивее, пышнее, традиционнее, но дольше. А у вас такая любовь. Требующая особой магии. Знака на странице сорок три.

– Мам, – Тилинь подвинула к ней чайник, – говоришь чай полезен. Давай может выпьем.

– Давай. Тем более я пришла обсудить твою свадьбу, – Фростбейд старшая разлила чай по чашкам. – Я добилась некоторых поблажек. Со следующей неделе вы обе будете встречаться с Йораном Бритматорийсэном. Император согласился с тем, что связь будет крепче у хорошо знакомых драконов.

– А мама? – перебила я ее, вспоминая чей сын на самом деле младший ребенок императора.

– Она во дворце. С ней все в порядке и ей ничего не угрожает. Береги себя. Ради всех нас. Ты – наша семья.

Фростбейд старшая обняла дочь, после меня, встала и молча ушла.

Глава 64.

Очень скоро нянька в доспехах довела нас до комнаты. Я сразу полезла к учебнику, где на сороковой странице была информация о редких магических знаках. Книга была на непонятном ни мне, ни Тилинь языке, но на указанной Фростбейд старшей странице была схема со знаком.

Я решила рискнуть, тем более что из всех элементов боевой магии именно знаки мне давались лучше всего. Это была сложная комбинация, и требовалась дополнительная поддержка Тилинь, но мы это сделали и не прогадали. Я почувствовала, как брачная татуировка пульсирует, а сознание рассеивается.

Перед глазами появилась морозная пелена. Внутри защипало, я почувствовала Нордмана. Он был ранен, и ему было больно.

– Норд? – послала мысленно ему вопрос.

– Розмарин? – ответил он мне слегка хрипловатым голосом. – Ты смогла снова меня удивить.

– Ты ранен?

– Пустяки. Заживёт. Как ты?

– Живу с Тилинь под охраной в корпусе боевиков. Сдаю экзамены на факультете стихийников. А еще… мне тебя не хватает.

– Мне тебя тоже, любимая моя. Я вышел на нужный след. Скоро все наладится.

– Да, – согласилась, ощущая, как внезапно накрывает сильная тошнота. Я с трудом выдавила из себя эти слова, прежде чем оборвать сигнал и очистить содержимое желудка в ближайшем горшке: – Отдыхай. Свяжемся позже. Я тебя люблю.

Прошел зимний бал взаперти. Йон пришел за Тилинь, и они, как и раньше, открывали это мероприятие своим танцем. Я спала и отдыхала. От лекарственного сбора мамы Норда становилось легче, но все равно общее недомогание еще накрывало и не давало нормально мыслить.

С горем пополам я сдала сессию, и наступили зимние каникулы. Академия заметно опустела. Меня по приказу императора было велено не выпускать за территорию учебного заведения.

Первые дни каникул, когда в коридорах все еще была суета, я отдыхала и читала книги, придумывала решения проблемы. На третий день прилетела мама Норда и Тилинь, а нам разрешили на время каникул посещать ее в преподавательском общежитии.

В этот раз Фростбейд старшая вела себя более сдержанно. Не было пустых разговоров о платьях, причитаний о здоровье и недооцененности. Она показала себя с другой стороны: мудрая и сильная женщина, любящая свою семью, готовая пойти на все ради нее.

Она участвовала в приемах императора, мило улыбалась, продолжая играть роль дамы со слегка тронутым разумом, при этом была совершенно другой. Фростбейд старшая на приемах узнавала ценную информацию о членах своей семьи и была соединяющим звеном с моей мамой, которую император решил сделать своей игрушкой. Невероятно красивая, несчастная женщина с яркой копной рыжих волос стала постоянной спутницей императора. Немногие догадывались, ради чего она жертвует своей свободой.

Фростбейд старшая просветила и во всех красках рассказала о беременности драконом. Она в свое время выносила троих магически сильных существ и не понаслышке понимала, как это.

– Розмарин, детка, носить дракона под сердцем – не тоже самое, что носить человеческое дитя. Для сохранности моего внука тебе нужно усиленно заниматься боевой магией. Мой будущий зять займется этим вопросом. Я уже договорилась. Занятия завтра.

Ровно с этого момента все изменилось. Мне удавалось ненадолго связываться с Нордом, но, видимо, он чувствовал, как много сил отнимает этот ритуал, поэтому чаще не пускал – берег, словно чувствовал, что в этом есть необходимость. За все это время я так и не сказала ему о своем положении.

Между тем настала весна. Живот приходилось прятать под объемными платьями, которыми меня снабдила свекровь. Прошло пять месяцев с того дня, как я в последний раз видела мужа вживую.

Все три месяца Йон тренировал нас с Тилинь. Занятия с ним были странными. Он молча посылал в нас боевые разряды и силовые нити, убеждался, что мы все активно отбиваем, после чего уходил. За все три месяца он не ответил ни на один мой вопрос. Пока не произошло одно событие. Границу все-таки пробили. Часть старшекурсников, по слухам, перебросили на север, а ведьмам разрешили собираться в ковены. В академии появился мой персональный шпион – летающий крыс. В последнюю нашу встречу с Фростбейд старшей она передала подарок от мамы. Крыс немного похудел и уже спокойно влезал в вентиляционные решетки, благодаря чему был прекрасным шпионом и доносчиком.