— Дельная мысль.

— У вас есть наша одежда на девочку? — забеспокоилась аббатиса.

— У меня есть пара платьев, — ответила за всех я.

— Хорошо. Рина, так тебя зовут? — уточнила аббатиса.

— Да. Полное имя Катарина.

— Давай, останешься пока Риной. Это имя попроще. Я зайду попозже, через часа три, и заберу тебя. Возьмёшь с собой все, что нужно, кроме разве что этого мехового одеяла. Уж прости, сильно приметный. Заберите его с собой и вашу одежду тоже.

— Хорошо.

— Ладно. Теперь спи, дитя. Увидимся позже. Не так много времени осталось для полноценного сна, — сказала аббатиса, и они обе вышли.

В следующий раз за мной пришла одна аббатиса. Она меня разбудила, напомнила собрать вещи, но только человеческие и выходить. Я умылась, оделась, переплела косу и вытащила пару платьев нимфы из корзинки. Это, собственно, все их вещи. И вышла из комнаты, плотно прикрыв дверь.

Аббатиса поманила меня рукой, и мы быстро пошли до крытого коридора. Там свернули направо, в ту сторону, куда вчера ушли девочки. Шли долго. В итоге подошли к тупику коридора с кладовыми.

— Рина, ты меня прости, но другой комнаты, в которую я тебя могу спокойно поместить, нет. Кроме камер. Это место все же замок. Так что когда-то тут была и тюрьма. Но я думаю, что кладовая, чтобы пересидеть, будет лучше. Завтра я зайду за тобой и выведу на улицу, чтобы ты вошла уже официально, через новые ворота.

— Ничего. Я понимаю.

— Хорошо, раз так. Проходи, — с этими словами аббатиса отперла дверь, и я зашла в небольшое помещение, где находилась гора одеял, корзина с едой и ведерко для сами понимаете каких дел. Свет давало небольшое окошечко под потолком. В целом не так плохо. Разве что пыльно.

— Не лучшее место для ребенка, но сюда точно никто не заглянет, — извиняясь, пояснила аббатиса.

— Я понимаю. Не переживайте, — успокоила я старушку и села на гору одеял.

На это она покивала. Проверила, что у меня все есть, освятила меня святым знаком и шла.

За это время я привыкла к постоянной компании шумных и вечно неугомонных нимф, так что сейчас, оказавшись в тишине, быстро стало одиноко. Но я постаралась взять себя в руки. Мы и так и так расстанемся. Выбора у меня нет.

Аббатиса вернулась за мной, как и обещала, на следующее утро. Далее она, так же, как и прошлый раз, провела меня рядом коридоров, пока мы не оказались посередине коридора. У изначально казавшейся совершенно ровной стены.

— Рина, смотри внимательно, как я делаю, — сказала аббатиса и поднесла ближе к стене магический фонарь, которым сейчас пользовалась.

Она нажала на три почти незаметные точки на стене, которые неожиданно утонули. Сбоку раздался щелчок и открылся проход.

— Пойдем.

Мы вошли в темный коридор, не отделанный ничем, голый камень. Аббатиса снова привлекла мое внимание и показала, как закрывать вход в проход и как открыть с этой стороны.

Дальше мы пошли по коридору, периодически спускались по лестницам. В какой-то момент под ногами стало хлюпать, и при ближайшем рассмотрении я поняла, что снизу течет ручей. Из освещения оставался только фонарь, впереди кромешная тьма, сзади тоже. Пару раз мы выходили к развилкам. Аббатиса заставила меня выучить стишок, который позволял запомнить направление, в какой из проходов идти.

— А что в остальных проходах?

— Ловушки или тупики. Честно говоря, мы давно тут ничего не проверяли, но мне иногда приходится ходить этим путем.

— Это же тайный ход, правильно понимаю?

— Правильно.

— А почему вы мне о нем рассказали и даже усиленно учите, как им пользоваться? Я же ещё незнакомый вам человек. Вдруг предам или ещё что?

— Я тебе доверяю. Дейкира человека, не заслуживающего доверия, не привела бы. И тем более не заступилась бы. Не платила бы за тебя из своего кармана.

— Вы так в ней уверены?

— Мы давно дружим. Я ещё была совсем девочкой, чуть постарше тебя. И монахиней тогда не была. Это уже потом жизнь так повернулась. Да и научилась я за свои годы чувствовать людей. Ты не злая. А учитывая, что про тебя рассказала нимфа, стойкая и умная девочка. А показываю я тебе эти ходы, чтобы в случае опасности для тебя я знала, что ты найдешь выход из Обители. Всякое бывает. Но если так случиться, что придется, поверни крайний старый держатель для факелов, который при входе или выходе. Они специально так устроены, что легко поворачиваются. Так я пойму, что ты ушла, и не буду так сильно переживать. Хотя видимость поисков мы, конечно, сделаем.

— Я вас поняла, сделаю.

— Хорошо. Теперь слушай обратный стих.

Так мы шли с аббатисой ещё около часа. Когда она вывела меня на свет, мы оказались в небольшой пещерке, больше похожей на нору зверя, из которой вытекал ручей. Аббатиса снова показала, как закрыть и открыть вход.

— Все. Этот выход идёт в лес сбоку от Обители, около озера. Сейчас выйдешь отсюда и иди направо, потом все прямо. Там увидишь уже обитель. Хотя сейчас деревья голые и раньше увидишь. Иди к главным воротам, это через которые вчера пришли. Постучись и скажи, что ты на обучение. Зовут тебя Рина де Обинье. Это старинный обедневший род. Его потомков сейчас много. Если спросят, ты ребенок одной из побочной дальней ветви. Тебя должны будут привести ко мне. Все поняла?

— Выйду и направо. Сперва через лес, дальше до ворот. Меня зовут Рина де Обинье. Я ребенок одной из побочных дальних веток.

— Все верно. Иди.

Я развернулась и вышла из пещерки. Солнечный свет больно ударил по глазам. Пришлось постоять, дать привыкнуть глазам к свету.

Я оказалась в лесу, в овраге. Из этой горы вытекал ручей и присоединялся к ещё одному ручью, который уже тек вдоль оврага. Осмотрелась. Овраг высокий, подняться по нему если и можно, то точно непросто. Аббатиса сказала идти на право. Не будем спорить с мудрыми женщинами, которые к тому же знают эту местность лучше меня.

Вытащила из корзинки один из пирожков с картошкой, которые принесла для меня аббатиса, и пошла в указанном направлении. Через минут десять я вынырнула из леса и попала на берег озера, которое видела перед Обителью. Теперь понятно, куда идти, ведь вот он, замок перед глазами.

Хорошо, что я в последнем городе купила себе непромокаемые зимние высокие ботинки. Снег пусть и не лежал пока ещё сугробами, но плотным покрывалом укрывал землю. Идти пришлось по берегу озера до дороги, так как берег был каменистый, плотный и ноги проваливались гораздо меньше, чем в траве.

Ко вратам замка я подошла ещё через час. Стучала я долго. Уснули что ли?! Но все же спустя какое-то время предо мной открылось маленькое оконце на высоте глаз взрослого человека. Оттуда выглянула дородная монахиня с очень недобрым лицом. Она не хотела меня пускать внутрь. Я даже растерялась от такого поворота. Мне и в голову не приходило, что меня могут вот так не пустить. «Что теперь делать? Идти обратно по туннелю? Нет, не могу. Значит, придется с ней ругаться. Заставить меня впустить!» решила я. Но спустя несколько минут препирательств ее отвлек кто-то внутри, и щелка захлопнулась, а спустя ещё минуту дверь открылась, и меня пустили во внутренний двор замка. Это была Мари, помощница аббатисы. Она внимательно выслушала меня, кто я, откуда и зачем пришла. Затем повела к аббатисе.

Мы вошли в сам замок и свернули за алтарем в уже знакомую дверцу, оттуда по широкой лестнице поднялись на этаж выше и почти сразу остановилась перед тяжёлой деревянной дверью. Должно быть, это и есть кабинет. Мари встрепенулись, поправила мою одежду, сняла мое пальто, шаль, отряхнула платье, а уже затем чуть поправила, отряхнула свою рясу и попросила ее подождать здесь. Затем она постучала в дверь и скрылась за ней. А я решила осмотреться, пока жду. Кабинет аббатисы выходил на красивый коридор со стеной, состоящей из больших застекленных окон, разделенных красивыми тонкими резными колоннами. Стекло в них было таким же мутным, как и в нашей с Фантисом комнате, но часть стеклышек была цветной. Впрочем, рассмотреть все детально я не успела. Помощница вышла и пригласила меня пройти внутрь. Сама же Мари осталась ждать меня в коридоре.