​Я шла по извилистому коридору, и в голове созревал дерзкий план.

— «Затмить всех, говорите?» — пронеслось в моих мыслях.

На мгновение я представила лица чопорных аристократов из высшего общества Андрагорикса и моих губ коснулась хищная ухмылка.

Я припустила к своей комнате, едва ли не перепрыгивая через ступеньки, забыв о манерах. Мое платье не будет просто красивым. Оно станет моим манифестом для всех присутствующих в бальном зале. И пусть они увидят меня при свете своих магических софитов и оценят мой тонкий юмор.

— Хотите уникальности и вы ее получите в полном объеме. — Думала я все еще перемещаясь в припрыжку в сторону своей комнаты. А вот когда я уже до нее дошла, то отряхнув свое платье, раскрасневшаяся, но довольная собой залетела в комнату, где меня уже ждала взволнованная Майра.

— Ну что вам всем объявил распорядитель ОРландо — Что необходимо сделать, чтобы пройти данное испрытание? — спросила Майра, пока я как ураган собирала ворохи платьев, что приготовили мне с самого утра местные дворцовые стилисты модистки.

​На кровати лежало несколько вариантов от дворцовых стилистов, но я решительно отодвинула их в сторону, выбрав основу — глубокое синее платье из тяжелого шелка.

​— Госпожа Алтея, вы выглядите так, будто собираетесь на войну, а не на императорский бал, — заметила Майра, расправляя кружево.

​— В каком-то смысле так и есть, Майра, — я тяжело вздохнула. — Я не хочу присутствовать на этом балу. Не хочу, чтобы на нас смотрели как на породистых кобылиц на торгах. И этот принц Торгал… — я на минуту замолчала, собираясь с мыслями — Его взгляд прожигает меня насквозь. Мне очень неуютно под его золотистыми глазами.

​Майра подошла и ласково, по-матерински, коснулась моей руки.

— Иногда судьба ведет нас к свету через тернии, дитя мое. Может быть, за этой суровостью принца Торгала Тонгхальда скрывается нечто, что вы так долго искали? Доверьтесь сердцу, даже если разум велит бежать вам обратно в академию и скрыться за ее стенами. — Майра пыталась дать мне совет, словно она была моей матерью.

​Я промолчала. Мое «сердце» сейчас было занято плетением заклинаний. Я вкладывала в ткань всю свою энергию четырех стихий, где шелк должен был переливаться, как живая вода, в швах затаился шепот ветра, камни на корсаже мерцали жаром земли, а в подкладке билась искра огня.

​В это же время в других покоях кипела не менее напряженная работа.

​Элина крутилась перед зеркалом, пока горничная Лизбет закрепляла на ее розовом подоле тончайшие магические нити.

— Лизбет, руны должны вспыхивать только тогда, когда я делаю реверанс! — капризно требовала она. — Его Высочество должен увидеть в этом чистоту и нежность. Отец сказал, что этот брак спасет нас. Я обязана быть идеальной куколкой.

​Аврелия же, напротив, ставила на страсть. Ее алое платье было пропитано магией иллюзий.

— Элла, туже корсет! — приказала она. — Когда я пройду мимо Торгала, шлейф от платья должен оставлять за собой свет из призрачных огненных искр. Пусть все знают, что во мне достаточно силы, чтобы стоять рядом с драконом и быть с ним на равных. Расчет это и есть мой самый главный козырь.

​Верена, верная долгу семьи, выбрала изумрудный атлас. Ее магия была статичной и величественной, а платье казалось высеченным из цельного драгоценного камня, золотые узоры на котором медленно двигались, словно живые лианы.

— Семья прежде всего, — повторяла она себе, глядя на свое отражение. — Любовь же, это слабость, статус мое всё.

​​Наступил вечер. Перед огромными двустворчатыми дверями бального зала воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом юбок.

​— Посмотрите на Алтею, — едко шепнула Аврелия, окинув меня взглядом. — Решила прийти в «ночном небе»? — Слишком строго для такого случая.

— Возможно, она просто хочет спрятаться в тени, — хихикнула Элина, поправляя свое сияющее рунами платье.

— Тише, — оборвала их Верена. — Двери открываются.

​Створки разошлись, и на нас обрушился свет тысяч свечей и гул сотен голосов. В зале замерли лучшие представители Андрагорикса — драконы в человеческом обличье, чьи глаза светились в полумраке хищным интересом.

Первой вошла Элина. Ее розовое платье при каждом шаге выпускало маленькие магические лепестки сакуры, которые таяли в воздухе, а руны на юбке сияли мягким лунным светом. Она выглядела как само воплощение весны.

​За ней последовала Аврелия. Ее наряд буквально дышал жаром. Красная ткань переливалась, имитируя движение лавы, а за ней тянулся призрачный хвост из искр, заставляя мужчин оборачиваться.

​Верена входила с достоинством королевы. Ее изумрудное платье мерцало тяжелым золотом, а магия земли создавала вокруг нее ауру непоколебимого спокойствия и власти.

​Когда пришла моя очередь, в бальном зале на мгновение стало тише. Я шла, высоко подняв голову. Мое темно-синее платье не просто блестело — оно жило.

Магия воздуха приподнимала подол моего платья, делая мою походку невесомой, словно я плыла над полом. Стихия же воды напротив заставляла ткань на платье переливаться глубокими волнами. Когда я проходила мимо магических светильников, то стихия земли в дракоценных камнях, что были вшиты в мое платье вспыхивали звездным сиянием. Но главным был конечно же мой драконий огонь, который я весь вечер пыталась усмирить и мне это частично даже удалось и я была очень рада, что все три месяца моего обучения в академии все же не прошли зря. При каждом моем шаге и тихом вдохе по моему платью пробегала едва заметная рыжая искра. отражавшая мой внутренний протест и силу, что таилась внутри меня.

Сейчас в данный момент я каждой частью своего тела чувствовала на себе сотни взглядов, но искала лишь один. И я нашла его.

Торгал стоял на возвышении рядом со своим дядей императором. Его золотистые глаза сузились, в этот момент, в них плескалось нескрываемое удивление и тот самый огонь, от которого у меня перехватило дыхание.

​В эту секунду я сразу поняла, что мой план «не выделяться» на балу, провалился с треском. Я не просто выделилась, а я прямо бросила вызов всему этому золотому залу. Всем этим аристократам с вертикальными золотистыми зрачками.

Теперь они смотрели только на меня одну. Все их взгляды из оценивающих превратились в миг в заинтересованные. Я уяснила для себя одну простую вещь, проходя мимо всех этих разодетых в шелка дам и одетых с иголочки мужчин, что игра для меня полная опасностей и теневых интриг, только что началась. И началась эта игра лично для меня самой. Остальные же участницы отбора, сейчас смотрели на меня с откровенной завистью и злобой.

Хотя еще пару минут назад они лично считали меня ничтожеством в платье цвета ночного неба.

Игру которую я начала, уже было мне не остановить, так как я собственными руками обратила на себя внимание всего здесь собравшегося в бальном зале бомонда.

Великолепный зал императорского дворца сиял огнями тысяч свечей, отражавшихся в полированных зеркалах и позолоте стен. Потолок украшали фрески с героями прошлого, а под ногами расстилались тяжелые ковры.

В центре зала, на возвышении, восседал сам император Арранар. Рядом с ним стоял неподвижно. словно искусно вылепленная ледяная статуя его племянник принц Торгал Торнгхальд. Его роскошные словно посеребрянные одеяния цвета грозового неба подчеркивали его мощь истинного дракона королевских кровей.

В зале собрался почти весь высший свет Андрагорикса, главы влиятельных домов прибыли оценить тех, кто претендует на роль будущей хозяки ледяной цитадели.

Император поднялся, и шум толпы мгновенно стих.

В зале воцарилась абсолютная тишина сопровождаемая лишь шелестом платьев невест по мраморному полу.

Все они замерли в ожидании приветственного слова императора, который поднялся со своего места расположенного на небольшом возвышении в центре бального зала.

— Сегодня особенный день, друзья мои, — начал он, обращаясь к присутствующим. — Наши прекрасные дамы прибыли сюда, чтобы состязаться за руку моего любимого племянника, его высочества принца Торгала Торнгхальда. — Я на правах хозяина призываю вас оценить их таланты и красоту, выбрав самую достойную среди них в конце вечера.