Ариан заговорил медленнее:

— Вам действительно нужна старая печать.

Гарен дернул Элину назад.

— Нам нужен ключ.

— Чтобы уничтожить матрицу.

— Я сказал, ключ.

Элина посмотрела на Ариана.

Потом очень тихо сказала:

— Не отдавай.

Гарен прижал нож к ее коже.

Появилась тонкая красная линия.

Я почувствовала, как у меня сжались пальцы.

Ариан не двинулся.

— Хорошо.

Все посмотрели на него.

— Ключ принесут.

Верен резко повернул голову.

Но Ариан уже продолжил:

— В обмен вы сначала отпустите хранителя.

— Нет.

— Тогда никто не откроет зал. У вас один ключ. Второй вы получите только после первого заложника.

Гарен думал.

Верен не вмешивался.

Через несколько секунд пожилого хранителя толкнули вперед.

Он едва не упал.

Два гвардейца быстро отвели его назад.

Теперь осталась Элина.

Ариан поднял руку.

Из бокового коридора вышел офицер с небольшой металлической коробкой.

Я поняла.

Королевский ключ.

Настоящий или нет, не знала.

Гарен тоже.

— Положите на пол.

Офицер поставил коробку.

— Отойдите.

Он отошел.

Один из людей Гарена пошел за ней.

Не тот, что стоял у дверей.

Другой.

Когда он оказался примерно в середине свободного пространства, Ариан спросил:

— Элина, помнишь северную лестницу?

Девушка не ответила.

Но я увидела, как ее взгляд изменился.

Гарен не понял.

Я тоже не сразу.

Потом вспомнила: королевские дети росли в этом дворце. У них могли быть свои условные команды, старые семейные истории, что угодно.

Ариан сказал:

— Когда Кассиан заставлял нас бегать по ней, ты всегда делала одну ошибку.

Элина смотрела только на него.

— Какую? — спросил Гарен.

Она резко обмякла.

Не потеряла сознание.

Просто перестала держать собственный вес.

Гарен инстинктивно попытался удержать.

Нож ушел от шеи.

Ариан двигался раньше, чем я успела вдохнуть.

Несколько шагов почти невозможно быстро для обычного человека.

Драконья физиология.

Не магия.

Мышцы, скорость, сила.

Он ударил Гарена в руку.

Нож упал.

Элина перекатилась на пол.

Одновременно из боковой галереи вошла вторая группа гвардейцев.

Все произошло сразу.

Крики.

Металл.

Кто-то выстрелил из арбалета.

Стрела ударила в стену.

Мои охранники мгновенно закрыли меня собой и оттащили назад.

Я не сопротивлялась.

Впервые.

Потому что впереди было достаточно людей, которые умели делать то, чего я не умела.

Я видела только части происходящего между плечами гвардейцев.

Ариан закрыл Элину собой.

Верен сбил одного из нападавших.

Гарен попытался подняться.

Его прижали к полу.

И тот человек возле дверей не стал помогать никому.

Он бросился к замку.

— Он идет внутрь! — крикнула я.

Офицер передо мной выругался.

Второй ключ уже был у людей Гарена.

Королевскую коробку они успели поднять.

Она оказалась настоящей.

Дверь открылась.

Мужчина проскользнул внутрь.

Еще двое последовали за ним.

— За ними! — приказал Верен.

Мои охранники не пустили меня сразу.

Правильно.

Внутри начался новый шум.

Потом Ариан крикнул:

— Вера, оставайся!

Я посмотрела на Элину.

Она уже была у стены под защитой двух гвардейцев.

На шее только неглубокий порез.

Жива.

Ариан пошел внутрь.

Естественно.

— Я не иду вперед, — сказала я своим людям. — Но мы должны войти после них.

— Подождем сигнала.

— Хорошо.

Мне казалось, что прошло десять минут.

На самом деле меньше двух.

Верен появился в дверях.

— Внутри чисто до основной галереи. Двоих взяли. Один ушел в нижнее хранилище.

Вот он.

— Я нужна там.

Верен посмотрел на офицеров вокруг меня.

— Только за мной.

Мы вошли.

Зал Короны оказался огромным.

Высокий потолок.

Длинные шкафы.

Государственные символы за стеклом.

Большой центральный стол.

Никаких сияющих артефактов.

Печати лежали в специальных металлических кассетах с обычными механическими замками.

Справа шла лестница вниз.

Оттуда доносились удары.

Мы спустились.

В нижнем хранилище пахло железом, маслом и старой бумагой.

Ариан стоял у стены.

На полу перед ним лежал мужчина.

Живой.

Связанный.

Верен прошел дальше.

— Где третий?

— Там.

Ариан указал на следующую комнату.

Я увидела открытую дверь.

И дым.

— Что горит?

— Не знаю.

Я пошла быстрее.

Офицер попытался остановить.

— Уже безопасно, — сказал Ариан. — Но рядом.

Он пошел со мной.

В маленькой комнате не было большого огня.

На металлическом столе стояла жаровня с углем.

Рядом лежал открытый ящик.

Тот самый человек из галереи стоял возле него.

Без оружия.

Двое гвардейцев держали его за руки.

На столе находилась кожаная сумка.

Внутри — инструменты.

Щипцы.

Напильник.

Небольшой молоток.

Флакон с едким раствором.

И тонкая металлическая пластина.

Я посмотрела на жаровню.

— Что он делал?

Гвардеец ответил:

— Пытался бросить туда предмет. Мы успели выбить.

— Какой?

Он показал на пол.

Небольшой металлический круг лежал возле ножки стола.

Я замерла.

— Никто не трогал?

— Нет.

Я посмотрела на Ариана.

— Олдена сюда.

— Уже послали.

Я присела на расстоянии.

Металлическая матрица.

Размером примерно с ладонь.

На рабочей поверхности королевский герб.

Даже без увеличения я видела повреждение на внешнем кольце слева.

Тонкий разрыв.

Тот самый.

— Это она, — сказал Ариан.

— Не говорите так раньше исследования.

Он посмотрел на меня.

— Сейчас?

— Особенно сейчас.

Ариан закрыл глаза на секунду.

— Хорошо.

Я не удержалась.

— Вы учитесь.

— Ненавижу вас.

— Нет.

Он посмотрел.

На этот раз мы оба вспомнили наш старый разговор.

И почти улыбнулись.

Но перед нами лежал предмет, из-за которого умер его брат.

Не время.

Олден приехал через пятнадцать минут.

Я не знала, как он умудрился пройти дворец настолько быстро.

Наверное, бежал.

Он увидел матрицу и сразу остановился.

— Никто?

— Никто, — ответила я.

— Хорошо.

Он начал с фиксации.

Положение предмета.

Расстояние до жаровни.

Инструменты.

Открытый ящик.

Флакон.

Только после этого поднял матрицу через чистую ткань.

Повернул к свету.

— Основной дефект совпадает.

— Только основной?

— Мне нужна лаборатория.

— А сейчас?

Он посмотрел через линзу.

— Еще два мелких повреждения вижу там же, где на поздних фальшивых оттисках.

Я почувствовала, как напряжение последних недель наконец получает форму.

Не имя.

Не показание.

Предмет.

Металл.

Рабочая поверхность.

То, что нельзя было изменить воспоминанием свидетеля.

— Зеркальная соль? — спросила я.

Олден провел чистой пластиной по внутреннему углублению.

— Есть серый остаток.

— Воск?

— Есть.

— Можно сравнить с поддельными документами?

— Да.

— Следы последнего использования?

— Если поверхность не чистили полностью.

Человек, которого держали гвардейцы, молчал.

Я посмотрела на него.

— Кто велел уничтожить?

Он отвернулся.

Ариан сказал:

— Имя.

Никакого ответа.

— Не давите, — сказала я. — Он будет говорить на допросе.

— Вы удивительно спокойны.

— Потому что матрица никуда не уйдет.

Я посмотрела на Олдена.

— Упакуйте отдельно от инструментов. Флакон отдельно. Ящик отдельно. Все, кто находился здесь до вас, записываются.