— Что с ней?

— Слишком мало крови.

— Возможно, он умер быстро.

— Быстрая смерть не останавливает сердце в ту же секунду, когда лезвие касается кожи.

Ариан ничего не сказал.

Я продолжила:

— К тому же я не вижу вокруг тела следов активного движения после ранения. Если человек получил неожиданный удар в грудь или плечо, он редко падает идеально на спину и остается лежать. Он хватается за рану, пытается встать, опирается на мебель. Здесь рядом нет явных кровавых следов рук. Стул не опрокинут. Ковер не сбит.

— Вы осмотрели комнату за те несколько минут, что были здесь одна? — спросил Ариан.

— Я пришла в себя на полу. После этого да.

— Пришла в себя?

— Я была без сознания.

Верен сразу вмешался:

— Удобно.

— Не особенно. Голова до сих пор кружится.

Я посмотрела на стол.

— И во рту горький вкус.

Ариан проследил за моим взглядом.

— Вы пили с Кассианом?

— Не знаю.

— Там два бокала.

— Я умею считать.

Верен дернулся, но Ариан снова остановил его одним взглядом.

— Не трогайте их, — сказала я.

— Почему?

— Потому что пока мы не знаем, кто из них пил и что в них было.

— Вы подозреваете яд?

— Я пока ничего не подозреваю. Это важная разница.

Он некоторое время смотрел на меня.

В комнате стало очень тихо.

Снаружи слышались голоса, шаги, короткие распоряжения. Людей собиралось все больше.

Я снова посмотрела на Кассиана.

Что-то изменилось.

Сначала я решила, что дело в освещении.

Потом увидела его левую руку.

Пальцы, до этого лежавшие свободно, немного согнулись.

Я резко выпрямилась.

— Он жив?

Ариан моментально обернулся.

Рука дернулась снова.

Но это не было движением живого человека.

Кожа на тыльной стороне ладони изменилась.

Не засветилась.

Не покрылась непонятными символами.

Она буквально становилась другой.

Сначала темнее. Затем плотнее. По ней проступили небольшие жесткие пластины, перекрывающие друг друга возле костяшек.

Ногти вытянулись и утолщились.

Верен отступил.

— Ваше высочество...

Ариан оказался возле тела быстрее, чем я ожидала.

— Не трогайте его, — сказала я.

— Я знаю.

В его голосе впервые появилась резкость.

Под воротником Кассиана хрустнула ткань.

Я увидела, как вдоль шеи проступают такие же небольшие пластины, золотисто-коричневые, почти матовые. Линия челюсти стала чуть тяжелее. Один из пальцев выгнулся под неестественным для человеческой руки углом.

Я смотрела на это и понимала только одно: если я окончательно сошла с ума, то мое воображение почему-то решило соблюдать анатомические подробности.

— Что происходит? — спросила я.

Ариан поднял голову.

— Посмертное обращение.

— Обращение во что?

Он посмотрел на меня так, словно впервые поверил, что я действительно ничего не понимаю.

— В дракона.

Я перевела взгляд на мертвого Кассиана.

Потом на Ариана.

Потом снова на тело.

— Вы серьезно?

Верен почти оскорбился.

— Леди Морвен...

— Я задала вопрос ему.

Ариан ответил:

— Да.

На руке Кассиана уже не было ничего человеческого от запястья до кончиков пальцев.

Не огромная лапа из сказки. Пока лишь частичное изменение: костная структура стала шире, кожа покрылась пластинами, ногти превратились в темные когти.

Самым неприятным было то, насколько естественно это выглядело.

Не чудо.

Не фокус.

Тело просто меняло форму по законам, которых я не знала.

Я почувствовала, как у меня снова закружилась голова.

— Хорошо.

Ариан приподнял бровь.

— Хорошо?

— Нет. Совершенно не хорошо. Но теперь хотя бы понятно, почему вы назвали это обращением.

— Вы никогда не видели дракона?

— Никогда.

Верен коротко рассмеялся, но смех тут же оборвался.

— Она издевается над нами.

Я посмотрела на него.

— Поверьте, если бы я сейчас выбирала способ поиздеваться, я нашла бы что-нибудь менее утомительное.

Ариан снова перевел взгляд на брата.

— Такое не должно происходить сразу после смерти.

— Почему?

Он ответил уже не мне, а как будто самому себе:

— Кассиан контролировал обращение лучше большинства.

— После смерти человек вообще мало что контролирует.

Ариан посмотрел на меня.

Я поняла, что сказала это слишком сухо.

— Простите. Профессиональная привычка.

Он молчал несколько секунд.

— Вы все время говорите о профессии. Кто вы?

— Я уже ответила. Эксперт-криминалист.

— Я не знаю такого слова.

Это меня почему-то успокоило.

Впервые с момента пробуждения я столкнулась с проблемой, которую понимала.

— Человек, который исследует следы преступления. Кровь, повреждения, предметы, документы, расположение вещей. Все, что преступник оставил после себя, даже если не собирался.

Ариан кивнул на кинжал.

— И что оставили вы?

— Пока не знаю.

— Вы держали оружие.

— Да.

— Вы покрыты кровью.

— Да.

— Вы находились в запертой комнате с мертвым человеком.

— Тоже да.

— И утверждаете, что не знаете, как здесь оказались.

— Да.

— Вы понимаете, как это выглядит?

— Лучше, чем вы думаете.

— Тогда почему вы так спокойны?

Я посмотрела на него.

— Я не спокойна. Просто паника не сделает ваши доказательства менее неприятными.

Он принял этот ответ без комментария.

Из коридора раздался голос:

— Ваше высочество, лекарь прибыл.

Ариан подошел к двери.

— Пусть войдет по нашим следам. Никому другому не заходить.

Потом повернулся ко мне.

— Вы останетесь здесь.

— Я никуда и не собиралась.

Верен сказал:

— Ее нужно связать.

— Нет.

Он удивился.

Я тоже.

Ариан добавил:

— Пока нет.

Теперь все стало на свои места.

Он не доверял мне.

Просто хотел получить максимум информации до того, как меня уберут из комнаты.

Разумно.

Вошел пожилой мужчина в сером длинном сюртуке. В одной руке он нес кожаный чемоданчик. Увидев тело, побледнел.

— Кассиан...

— Эван, ничего не трогайте без необходимости, — сказал Ариан.

Лекарь посмотрел на него с раздражением.

— Я должен установить смерть.

— Она уже установлена.

— Кем?

Ариан кивнул в мою сторону.

Эван уставился на меня.

— Лиарой Морвен?

— Она утверждает, что ее зовут иначе.

— Что?

— Позже.

Эван явно хотел спорить, но подошел к телу.

Я наблюдала.

Он проверил глаза, пульс, дыхание. Затем осторожно расстегнул ворот рубашки.

Посмертное изменение распространилось дальше по шее.

Лекарь нахмурился.

— Это неправильно.

— Что именно? — спросила я.

Он даже не посмотрел на меня.

— Все.

— Очень полезно.

Теперь посмотрел.

— Леди Морвен, я бы предпочел...

— Она утверждает, что удар нанесен после смерти, — сказал Ариан.

Эван замолчал.

Я была почти благодарна ему за эту паузу.

— На чем основан такой вывод?

— На характере кровотечения.

Лекарь осмотрел рану.

Потом ткань рубашки.

Я увидела, как его раздражение сменилось вниманием.

— Здесь действительно мало крови.

Верен резко произнес:

— Может быть десяток причин.

— Конечно, — сказала я. — Поэтому я и не предлагаю объявлять мое предположение истиной только потому, что оно мне нравится.

Эван посмотрел на меня гораздо внимательнее.

— Что еще вы заметили?

— Положение тела, отсутствие следов борьбы рядом, характер пятен на моем платье. Но без исследования я не стану утверждать больше.

— А только что утверждали.

— Я сказала, что кинжал, скорее всего, не был причиной смерти.

Ариан спросил:

— Насколько вы уверены?

Я снова посмотрела на рану.