Ариан выдохнул.

— Это поможет.

— Возможно.

— Опять.

— Свидетель подтверждает контекст, но Селина была не в комнате. Она знает только рассказ Кассиана после события.

— Все равно.

— Да.

Он посмотрел на меня.

— Вы уже проверяете доказательства против меня.

— Разумеется.

— После того, как только что объяснили, что не будете меня защищать.

— Проверка доказательств и есть единственная нормальная защита невиновного.

Он долго молчал.

Потом спросил:

— Вы всегда такая?

— Какая?

— Невыносимо последовательная.

— Нет. Иногда устаю.

Он все-таки улыбнулся.

Слабо.

Но на этот раз напряжение немного ушло.

— Есть еще одно, — сказала я.

— Конечно.

— Где документ от командира северной стражи?

Улыбка исчезла.

— Не знаю.

— Вы действительно получили его?

— Да.

— Кто доставил?

— Военный курьер.

— Имя?

— Лерс Тайн.

— Он жив?

— Надеюсь.

— Найдем.

— Вера, меня официально отстранили.

— Вас. Не меня.

— Вы задержанная подозреваемая.

— У меня удивительно гибкий статус.

— Не злоупотребляйте.

— Не обещаю.

Он покачал головой.

— Я попрошу Верена найти курьера.

— Это уже участие в расследовании.

— Я могу предоставить сведения комиссии о собственной защите.

— Вот видите. Все законно.

— Вы раздражаете.

— Мне говорили.

Мы дошли до двери моих комнат.

Стражник открыл ее.

Я уже собиралась войти, когда Ариан сказал:

— Сегодня вы вернулись к документам?

— Каким?

— К поддельным распоряжениям.

— Нет. Совет занял полдня.

— Ивар передал предварительные сведения по торговым домам.

Я повернулась.

— Уже?

— До заседания.

Он достал из внутреннего кармана сложенный лист.

— Пять компаний из последнего запроса Лиары.

— И?

— На первый взгляд владельцы разные. Но две через промежуточные товарищества связаны с одним финансовым домом.

— Каким?

— «Грейн и партнеры».

Название ничего не говорило.

— Кто владелец?

— Формально семья Грейн.

— А фактически?

— Вот это Ивар и собирался проверять дальше.

Я взяла лист.

— Почему отдаете мне, если вас отстранили?

— Потому что запрос был сделан до решения Совета, а вы официально допущены как эксперт-консультант по части исследования документов до отдельного распоряжения комиссии.

Я удивилась.

— Когда успели?

— До заседания.

— Вы знали, что вас отстранят?

— Предполагал.

— И заранее оформил мое участие?

— Да.

Я посмотрела на него.

— Это почти похоже на доверие.

— Не преувеличивайте.

— Конечно.

Он стал серьезнее.

— Но теперь вы работаете через леди Маэр Тейн. Не через меня.

— Понимаю.

— Все найденное передаете комиссии.

— Если не появятся основания считать, что комиссия сливает информацию.

— Вера.

— Я просто обозначила условие.

— Нет. Никаких условий.

— Хорошо.

Он посмотрел так, будто не поверил ни одному слову.

И правильно.

Когда дверь закрылась, я развернула лист.

Пять компаний.

Две уже связаны через промежуточных владельцев.

Остальные три пока нет.

На обороте Ивар написал:

«Запрос расширен на все шестнадцать распоряжений. Результаты завтра».

Я положила лист рядом с записями Совета.

Теперь в расследовании появилась новая линия.

Ариан.

Прямая выгода.

Публичный конфликт.

Фраза, которую можно было услышать как угрозу.

Исчезнувшее сообщение, объясняющее двадцатиминутное отсутствие на ужине.

И очень удобный момент: именно сейчас, когда он должен был стать наследником, все это внезапно оказалось перед Советом.

Я не имела права считать его невиновным.

Но и не имела права не заметить, насколько аккуратно складывалась картина.

Слишком аккуратно.

Я открыла тетрадь и написала:

«Ариан Вейр — полноценный подозреваемый. Не исключать».

Помедлила.

Добавила:

«Проверить независимо:

Ссору — контекст, свидетели до и после.Сообщение северной стражи — курьер, журнал входа, копия.Перемещения Ариана в вечер убийства.Доступ к арканиту и зеркальной соли.Выгоду от смерти Кассиана».

Последний пункт я подчеркнула один раз.

Не два.

Не потому что был важнее других.

Потому что выгода сама по себе ничего не доказывала.

Почти любой наследник получал выгоду от смерти человека перед ним в очереди.

Вопрос был не в том, что Ариан получил.

Вопрос был в том, что он сделал.

А это все еще требовало доказательств.

Я закрыла тетрадь.

На следующий день расследование должно было продолжиться уже без него во главе.

И впервые с момента пробуждения у меня не было уверенности, что человек, который принимает решения по моему делу, будет заинтересован в тех же вопросах, что и я.

Это беспокоило сильнее, чем обвинение против Ариана.

Потому что убийца уже один раз построил почти идеальную картину преступления вокруг Лиары.

Если теперь такую же картину начали строить вокруг следующего наследника, нам нужно было понять это раньше, чем Совет увидит второй удобный ответ.

Глава 10. Кровь наследника

Леди Маэр Тейн не пыталась мне понравиться.

Это было первое, что я оценила в ней положительно.

Второе — она прочитала все материалы дела до нашей встречи и не задавала вопросы, ответы на которые уже лежали в папке перед ней.

Мы сидели в небольшом кабинете рядом с залом Совета. Маэр занимала место за письменным столом, я — напротив. У двери находился секретарь комиссии, но в разговор почти не вмешивался.

Самой Маэр было около шестидесяти. Строгое темное платье, седые волосы собраны на затылке, никаких украшений, кроме тонкого кольца на правой руке. Она говорила негромко, но каждый вопрос формулировала так, что уйти в сторону было трудно.

— Итак, госпожа Ланская, — сказала она, закрывая папку, — вы считаете, что принца Кассиана отравили до того, как в его тело вошел кинжал.

— Это уже не только мое мнение. Медицинское заключение Эвана Ресса подтверждает смертельную дозу арканитового соединения и слабую реакцию тканей на кинжальную рану.

— Хорошо. Вы считаете остаточный след Лиары Морвен на кинжале поддельным.

— Я считаю, что он может быть поддельным. Мы доказали возможность частичного искусственного переноса, а на оружии обнаружен материал, похожий на использованную зеркальную соль.

— Но ваш опыт не воспроизвел полный след.

— Нет. Поэтому я не называю подделку доказанным фактом.

Маэр кивнула и перелистнула страницу.

— В доме Лиары Морвен также найдена зеркальная соль.

— Остатки материала того же типа. И теперь мы знаем, что Лиара официально получала небольшой образец в архиве для исследования печатей.

— То есть вещество на кинжале могло попасть туда с ее рук или одежды случайно.

— Могло.

— Это ослабляет вашу версию.

— Да.

Секретарь поднял взгляд.

Похоже, он ожидал, что я начну спорить.

Маэр — нет.

— Вы не пытаетесь представить каждое обстоятельство в свою пользу.

— Если я начну это делать, кому-нибудь придется проверять уже меня.

— Вас и так проверяют.

— Тогда сэкономлю вам время.

На лице Маэр ничего не изменилось, но взгляд стал чуть менее холодным.

— Теперь принц Ариан. В ваших последних записях он обозначен как полноценный подозреваемый.

— Да.

— Несмотря на то что именно он позволил вам участвовать в расследовании и отложил чрезвычайное разбирательство против вас.

— Это не имеет отношения к тому, убил он брата или нет.

— Удобно отделяете личное от профессионального?

— Не всегда. Но стараюсь замечать, когда одно начинает мешать другому.