Ивар помогал.

Перед уходом он неожиданно спросил:

— Вы вернетесь завтра?

— Если Ариан не решит, что я слишком опасна для архивной бумаги.

— Я уже рассматриваю такую возможность, — сказал он от двери.

Ивар впервые нормально улыбнулся.

— Тогда хотя бы сегодня она ничего не порвала.

— Дайте время.

— Я все слышу.

В коридоре нас ждал хранитель Марен.

— Ваше высочество, канцлер прислал запрос.

Ариан остановился.

— Какой?

— Он хочет знать, почему следственное управление подняло государственные распоряжения за девять лет.

Мы с Арианом посмотрели друг на друга.

Запрос пришел слишком быстро.

Но это еще не означало, что кто-то следит за нами.

Архивные перемещения могли автоматически отражаться в административной системе.

— Что вы ответили? — спросил Ариан.

— Что работаем по вашему распоряжению и детали мне неизвестны.

— Правильно.

— Канцлер просит предоставить список документов.

— Не предоставлять.

Марен заметно нервничал.

— Он глава королевской администрации.

— А я руководитель расследования убийства наследника. Если будут вопросы, пусть задает мне.

Хранитель поклонился.

Мы вышли во двор.

Уже темнело.

Я несколько минут шла молча.

Ариан не торопил.

Наконец он спросил:

— Что вас беспокоит больше всего?

— Вы хотите выбрать из длинного списка?

— Основное.

Я посмотрела на бумаги в руках офицера.

— Девять лет.

— Поддельные распоряжения.

— Да. Если мы правы, кто-то почти десятилетие менял государственные документы, выводил деньги или материалы и ни разу не попался.

— Пока.

— Для этого мало один раз украсть печать. Нужна система.

— Люди.

— Доступ.

— Деньги.

— Возможность контролировать регистрацию.

— И уверенность, что проверки ничего не найдут.

Я кивнула.

— Именно.

Ариан некоторое время молчал.

— Второе?

— Лиара знала о зеркальной соли и интересовалась переносом остаточного следа еще до убийства.

— Это работает против вашей версии.

— Какой именно?

— Что ее просто выбрали случайной жертвой для подставы.

Я посмотрела на него.

— Я никогда не считала выбор случайным.

— Тогда почему именно она?

— Потому что была рядом с расследованием Кассиана. Возможно, потому что уже подошла слишком близко к способу подделки доказательств.

— Или потому что сама участвовала в подделках.

— Возможно.

Он ждал спора.

Я его не дала.

— Вы допускаете это слишком легко.

— А что изменится, если я откажусь?

— Вы защищаете ее имя.

— Я хочу узнать, заслуживает ли оно защиты.

Ариан посмотрел вперед.

— И третье?

Я вспомнила выражение лица Ивара, когда речь зашла о зеркальной соли.

Его первую ложь.

Недосказанные ответы.

Слишком личную уверенность в том, что Лиара защищала Кассиана.

— Ивар.

— Вы ему не верите?

— Не полностью.

— Почему?

— Он несколько раз говорил правду только после того, как понимал, что мы уже подошли к ней сами.

— Может быть страх.

— Может.

— Или желание защитить Лиару.

— Может.

— Или себя.

— Тоже.

— Вы собираетесь проверять его?

— Уже.

Ариан посмотрел на меня.

— Когда успели?

— Попросила Олдена взять копию его последнего показания и сравнить с журналом выдачи зеркальной соли. Потом хочу проверить, какие документы Ивар сам запрашивал последние месяцы и когда.

— Без моего разрешения?

Я остановилась.

— Вы сказали никаких самостоятельных расследований. Я передала запрос вашему эксперту в вашем присутствии.

Он помолчал.

— Вы нашли очень удобное толкование моего запрета.

— Я старалась.

— Заметно.

Мы дошли до кареты.

Я уже поставила ногу на ступеньку, когда вспомнила.

— Ариан.

— Да?

— Кто знает, что мы нашли шестнадцать документов с одинаковым дефектом?

— Вы, я, Ивар, Олден, Марен частично.

— Стража?

— Знает, что документы изъяты, но не причину.

— Хорошо.

— Почему спрашиваете?

— Потому что канцлер уже знает, что мы подняли девять лет распоряжений.

— Это мог сообщить архив.

— Конечно. Но если завтра кто-нибудь начнет уничтожать именно бумаги с этим дефектом, мы будем знать, что информация ушла дальше, чем должна.

Он посмотрел на меня.

— Вы хотите использовать документы как проверку утечки?

— Не специально. Просто не будем сообщать подробности никому еще.

— Согласен.

Я села в карету.

Ариан занял место напротив.

На этот раз между нами лежала не папка с убийством, а список из шестнадцати государственных документов.

Я смотрела на номера.

Девять лет.

Разные суммы.

Разные компании.

Разные чиновники.

Один дефект печати.

Лиара заметила его раньше всех.

Кассиан поверил ей достаточно, чтобы тайно проверять бумаги вместе.

А накануне смерти она нашла какую-то новую связь и понесла ему пять копий.

Зеленая папка исчезла.

Как и ее инструменты.

Как и часть рабочих записей.

Я открыла тетрадь и написала:

«Подделки не случайные и не единичные. Документы проходили официальную регистрацию. Минимальный установленный период — девять лет».

Ниже:

«Лиара знала о зеркальной соли и проверяла возможность копирования печатей. За четыре дня до убийства получила официальный образец. Интересовалась переносом остаточного следа».

И последней строкой:

«Пять документов из последнего запроса Лиары. Искала конечных владельцев».

Вот это было новым направлением.

Не смотреть только на названия торговых домов.

Посмотреть, кто действительно получал выгоду.

Если шестнадцать разных компаний в итоге вели к одним людям, у расследования появлялся мотив намного серьезнее простой подделки бумаги.

Кассиана убили не потому, что он нашел плохую печать.

Его убили потому, что за этой печатью находилось что-то достаточно большое, чтобы почти десять лет стоить риска государственной измены.

И Лиара за несколько часов до его смерти, похоже, поняла, что именно.

Глава 9. Наследник

Утро началось не с архива.

Меня разбудили стуком в дверь и сообщили, что через двадцать минут я должна быть готова явиться перед Королевским Советом.

Я села на кровати и несколько секунд пыталась понять, какое отношение Совет имеет ко мне именно сегодня.

Вчера вечером мы договорились продолжить проверку владельцев торговых домов. Ивар должен был подготовить запросы так, чтобы никто не связал их напрямую с убийством Кассиана. Олден собирался сравнить четыре образца серого минерального остатка. Ариан обещал проверить старые королевские матрицы.

В моих планах не было ни Совета, ни придворных платьев, ни очередного объяснения, почему женщина, которую они считают Лиарой Морвен, ничего не помнит о собственной жизни.

Инес появилась через пять минут.

За ней вошли две дворцовые служанки с платьем.

— Только не говорите, что меня решили нарядить перед казнью, — сказала я.

Инес резко повернулась.

— Не шутите так.

Я сразу пожалела.

— Простите.

Она поставила на стол коробку с украшениями.

— Вас вызывают не для суда. Сегодня Совет официально подтверждает порядок наследования после смерти принца Кассиана.

Я окончательно проснулась.

— Ариан становится наследником.

— Если Совет подтвердит его права.

— Почему может не подтвердить?

Инес посмотрела на меня так, будто я опять задала вопрос, ответ на который должна была знать любая девочка в Арделии.

Потом вспомнила.

— Потому что после внезапной смерти наследника Совет обязан проверить, нет ли обстоятельств, препятствующих следующему члену рода принять право наследования. Болезнь, нарушение закона, отказ от обязанностей, государственное обвинение.