– Никак нет, сэр!

– Опять кричишь, – оборвал командор. – Отвыкай. Контролируй себя. Еще раз заорешь, и я тебя накажу.

– Простите, сэр, – сконфузилась Мойра. – Привычка. Сразу не выбросить. Я буду стараться.

– Дура! – вмешалась Валерия Голубева. – Нефиг стараться. Нужно брать и делать. Или не браться совсем. Кто говорит о старании, тот заранее предупреждает о том, что не выполнит поручение, словно бы извиняется авансом. Или оправдывается, да плевать.

После прозвучавшего дополнения Мойра Слейтор проглотила горький комок. Прокашлялась, но совладала с нервозностью.

– Да, командор-майор, сэр!

– Что: «да»? – улыбнулся Родимов. – Штаны на заднице трещат? Или не будешь больше орать по каждому поводу?

Бедная девушка вконец потерялась. Зато «ведьмы» развеселились так, что не унять.

– Присядь, – скомандовал Станислав.

Когда Мойра выполнила приказ, чуткое ухо старшего офицера уловило треск ниток многослойной термоволокнистой ткани.

– А говоришь, нормально. Возьми на размер больше и догоняй нас. Мы в оружейную комнату.

Известие о посещении «оружейки» сначала озадачило, а потом даже обрадовало подчиненных. Непривыкшие к длительным перерывам между боевыми выходами, девушки за месяц непредвиденного безделья наотдыхались на год вперед. Когда Мойра Слейтор впопыхах догнала группу, трое ее подруг во главе с командиром стояли полностью готовыми к маршу.

– Твой шкафчик и сейф под номером четыре, – сообщил командор, шагнул в сторону и приложил запястье к сканеру электронного замка. Пара панелей в стене немедленно сдвинулись. – Табельное оружие подберешь сама. Индивидуальный подход. Кто к чему больше привык. Кому что удобнее. И сделаешь это прямо сейчас.

Он терпеливо ждал у двери, пока подопечная старательно перебрала предоставленный ей к осмотру внушительный арсенал. Остановила выбор на компактном автоматическом «кольте». Надежное и распространенное оружие в американских войсках.

Стоило девушке закрепить пистолет в кобуре, соблюсти все нормативы строгого учета, Родимов снова заговорил:

– Твой МЕХ в процессе доставки, поэтому полноценно играть роль в команде пока ты не сможешь, но дома сидеть тоже не будешь. Одевайся. Полетишь с нами. Девчонки помогут с защитой. Шлем не включай. Корабль новый. В пути перенастроитесь всей группой. Старые настройки не сохранять. У «Вампира» другой частотный диапазон.

Вожделенным взглядом смотрела американка на боевое облачение таинственных «ведьм». Абсолютное большинство его составляющих Мойра Слейтор никогда и не видела.

Длинноствольная снайперская винтовка «Гаусса» в руках Изабеллы Моне производила впечатление Молота Тора. На правом бедре француженки закреплена кобура с импульсным пистолетом внутри. На левом бедре пристроились ножны. Матовая рукоять боевого ножа с эмблемой города Златоуст, давно известной во всем цивилизованном мире, не оставляла сомнений по поводу качества холодного оружия. На рукаве три кармашка для метательных лезвий. ИМП – индивидуальный медицинский пакет спрятан в специальном клапане на ремне. Гранаты. Вдобавок дымовая и сигнальная шашки.

Амуниция Сары Мовшан отличалась разнообразием. Вместо винтовки у «Пиксель» был укороченный пистолет-пулемет. Тоже «Гаусса». За спиной в маленьком ранце и в клапанах бронежилета ожидали использования принадлежности электронного взлома, постановки помех и портативные устройства сканирования, очень помогавшие при проникновении на закрытые объекты, к ним добавлены запасные элементы питания. Приборов оказалось действительно много, притом не стандартных серийных, а собственного изготовления изобретательной девушки.

А вот «Зубатка» смотрелась в сравнении с подругами налегке. Ножа у нее было два. Гранат вообще не было. На ремне два брикета самой сильной неядерной взрывчатки землян – TZ-100, а в качестве основного оружия – автоматический магно-пульсатор. Что-то вроде картечной пушки. Только стреляла эта «пушка» не дробью, а раскаленными до температуры плавления мельчайшими каплями металла.

Проблема в том, что на средней и дальней дистанции пучковое оружие малоэффективное в виду большого разброса заряда пучка, сродни охотничьему ружью, но в ближнем бою против него не выстоит ни одна защита. А для страховки у Валерии Голубевой был пистолет. Очень мощный полуавтоматический «Игл» с насадкой для бесшумной стрельбы.

Что же касается командора, то он вообще выделялся незнакомой девушкам экипировкой. На предплечьях обеих рук съемные устройства, видом напоминавшие нарукавники клерка, только не тряпочные. Множество встроенных трубочек, проводов и так далее. Если такой нарукавник развернуть, то его можно сравнить с материнской платой компьютера. Только зачем они боссу? Кстати, ноги тоже имели подобные «платы», надетые ближе к ступням.

В отличие от подчиненных, командир не носил защиты. Два странных диска непонятного предназначения покоились в карманах на бедрах. И два пистолета в кобурах на плечах. Ну, нож еще. И все. Разве что его обувь. Мягкая, с чем-то скрытым от взора внутри толстых подошв.

– Почему же не спросишь про свое основное оружие? – с подвохом поинтересовался командир у Мойры Слейтор.

Девушка едва облачилась в титалитовый броне-нагрудник. Теперь закрепляла наплечники и защиту бедра. И пусть она еще не закончила, уже успела отметить тот факт, что громоздкая с виду, на самом деле броня бойцов из Проекта гораздо удобнее, легче, а стало быть, и практичнее штатного защитного комплекта войск США.

– Сэр, командор-майор, сэр, – затараторила Слейтор. – А разве мое оружие не сам МЕХ?

Улыбки соратников озарили их лица. Улыбки не злые, а скорее снисходительные.

Мойра смутилась. Успела подумать, что снова ляпнула невпопад.

– Это верно, – кивнул Станислав. – Если ты будешь к нему относиться так, как только что высказалась, то МЕХ станет нам всем добрым другом. А тебе, дорогуша, чтобы жизнь не чудилась сказкой, как бойцу огневой поддержки полагается гатлинг-лазер. Штучка тяжеловатая, но весьма полезная. Особенно в скоротечных атакующих… да и в защитных боях.

С этими словами командор открыл створу оружейного шкафа с образцами тяжелого вооружения пехоты. Взгляду американки предстал трехствольный лазерный пулемет. Вместо привычных энергетических батарей его распределительный блок мягким кабелем стыковался с переносным аккумуляторным ранцем, висевшим у стрелка за спиной.

– Забирай, – приказал командир, и сам помог Мойре закрепить ранец широкими ремнями. – Не тяжело? Справишься? Отвечать честно. Геройство и самопожертвование к черту. Когда бойцу неудобно или слишком тяжело, от него невелик прок в бою, если он вообще будет, тот прок. Так что говори все, как есть. Соврешь – я пойму. И что тогда произойдет?

– Жопу порвет! – сходу выпалила Сара и с виноватой ужимкой спряталась за подругами.

Веселый смех разразился в оружейной комнате. Вот только Мойре не очень хотелось смеяться. Хоть девушка и поняла, что выражение образное, но с трудом могла сопоставить его с действительностью.

– Нет, сэр, – покраснев, ответила Мойра. – В пределах нормы. Я думала, он тяжелее.

Стас улыбнулся. Ничего не ответил.

Спустя четверть часа дружная команда «Черных Ведьм» выходила из лифта уровня «А». Именно тут, на верхнем уровне базы, располагались ангары истребительной и штурмовой авиации.

У оперативного дежурного Станислав сделал запись в журнале. Зафиксировал пробный учебный полет обновленного экипажа. Связался с командующим и получил «добро» адмирала покинуть ангар.

Внутри стояночного помещения с литером «А-9» группа «ведьм» встретилась с Кимберли Уотсон. Внимательный взгляд Станислава снова заметил Эрвина Гросса. Администратор выходил из ангара через ход сообщения в противоположной стене. Заметил Стас и смущение Кимберли.

– Разрешение на учебный вылет получено, – объявил он подчиненным, самостоятельно вставшим перед шефом ровной шеренгой. – Капитан, готовьте машину и предоставьте доступ в десантный отсек.