Стас внимательным взглядом обвел ровный строй персонала «Сэры-11». Слышал, как перешептывались между собой пилоты и рейнджеры. Терялись в бесчисленных догадках. И не мудрено. Людям пока еще не объявляли, каким именно образом провинился капрал. Зачитали лишь краткий приказ адмирала.

– Перед тем как тебе огласят приговор, – медленно произнося каждое слово, заговорил Станислав. – Хочу задать всего один вопрос. Какое событие ты отмечал в баре с друзьями, когда узнал о гибели «Барракуды-16»?

Обреченный бывший капрал поднял опухшие глаза.

– День рождения земляка, сэр, – пробубнил он.

Станислав по ходу собственных мыслей и полученного ответа покачал головой.

– Что же, это хороший повод для веселой пирушки, – и тут командор резко повысил голос. – Вот чем объясняется твой поступок. Ты так торопился засесть за праздничный стол к товарищам; так спешил провести последний сеанс связи и сдать смену; так стремился поскорее закрыть рабочий лист и расписаться в журнале, что позабыл обо всем. А теперь расскажи бывшим друзьям: сколько импульсов допустимо за один контакт? Расскажи, чтобы люди поняли и услышали от тебя, как ты подставил «Барракуду-16». Как ты бросил товарищей на растерзание сервам, сволочь гнусная… Тридцать семь человек!!! Ты это понимаешь? Тридцать семь человек погибло из-за твоей долбанной спешки. Потому что, если бы ты не спешил протянуть руку к стакану, ты бы никогда не послал пожелание «счастливого возращения», или как ты там пожелал, третьим импульсом. Ты бы вспомнил, что этого делать НЕЛЬЗЯ! Иначе ты выдаешь сервам место расположения приемника сигнала. Что ты и сделал, тварь. И никто бы не узнал истинную причину трагедии, если бы не одна из тех, кого вы боитесь и презираете. «Черная Ведьма» вычислила источник заразы, погубившей наших соратников.

Станислав замолчал. Снова окинул придирчивым взглядом строй сослуживцев.

Теперь большинство из них открыто переговаривались, обсуждали полученную информацию. Уже не сочувствовали. Кидали гневные взгляды и выкрикивали проклятия в адрес виновника.

– Двое пилотов. Одного из них я знал лично. Тридцать пять опытных рейнджеров. Ветеранов с бесценным боевым опытом, никак не заслуживших такой нелепой бессмысленной смерти. Дорогущий корабль. И груз. Теперь уже можно сказать, что находилось в контейнерах. Иридий. Сто шестьдесят килограммов иридия. Благодаря тебе, бывший младший капрал Майкл Стоун, двухмесячный труд нескольких сотен людей из Сопротивления на материке, многие из которых погибли, добывая для нас информацию, был спущен в унитаз. Наши корабли не получат нового навигационного оборудования. Штурмовики и линейники останутся без энергетического оружия. Радарные станции соответственно без сверхчувствительной аппаратуры обнаружения. И еще длинный список того, чего ты всех нас лишил, сука.

Станислав на секунду умолк, а приговоренный бывший капрал сейчас плакал. Плакал не только в преддверии собственной казни. Плакал, потому что осознал окончательно, что же он натворил.

– Вот оно, господа, – продолжил Родимов. – Как раз то, о чем я вам говорил. Попустительство, расхлябанность, отношение к обязанностям на русский «авось». И закономерный итог. Смерть. Те из вас, кто все еще меня ненавидит, потому что считают слишком предвзятым, придирчивым и жестоким, рано или поздно сделают нечто подобное Стоуну. А значит и закончат в точности так же. Только сначала опять будут невинные жертвы. Все! Хватит пасквилей. Командир комендантской роты, привести приговор Трибунала в исполнение…

Приятный запах ванили ласково щекотал ноздри. Командующий базы «Сэра-11» адмирал Хигаши Накамура встретил заместителей с радушием гостеприимного хозяина.

Стараниями расторопного и проницательного адъютанта на столе стояли три китайские фарфоровые чашечки тонкой ручной работы. Заманчиво парил, источая волшебный аромат, свежесваренный ванильный кофе. По соседству с кофейными чашечками пристроилась троица хрустальных широкодонных фужеров с налитым в них марочным коньяком многолетней выдержки.

При появлении командоров Накамура жестом остановил уставной порыв Гросса.

– Не нужно условностей, господа, – негромко и на зависть спокойно произнес адмирал. – Я наблюдал за казнью отсюда. Согласен с вами, осадок остается весьма неприятный. Потому и подумал: чашечка крепкого кофе с глотком коньяка никому из нас не повредит.

Накамура прошел в глубину кабинета и занял излюбленное место в кресле у курительного столика. В руке адмирала задымила сигара.

– А вы не ждите меня, господа. Располагайтесь. Я к вам присоединюсь.

Гости присели на стулья. Что же, надо отдать должное командующему базы, Накамура абсолютно прав. Разыгравшиеся нервы нужно бы успокоить. Пара глотков хорошего коньяка расширят сосуды, разгонят кровушку и снимут чертово напряжение.

– Отличный коньяк! – искренне похвалил Стас, когда отпил глоточек горячительного напитка.

Накамура выпустил струйку дыма и ответил с улыбкой:

– Презент Слейтора, Станислав… Я очень хотел бы знать, чем ты его сразил? Собирался расспросить тебя о подробностях вашей экскурсии. Но не теперь. Сейчас, если вы готовы, господа, нужно заняться делами. Что вам понадобится, командор?

Стас отпил еще глоточек понравившегося ему коньяка и поставил фужер на стол.

– Ничего, адмирал, сэр. Кроме разрешения на использование вашего личного терминала. Или я могу загрузить информацию в вашу базу из своего кабинета.

– Нет необходимости, командор, – возразил адмирал. – Данные и документы, предназначенные для меня индивидуально, хранятся отдельно от общих архивов, так что смело используйте. Мне было всегда любопытно взглянуть, как вы это делаете технически. Надеюсь, не сую нос в приватную зону?

Слова адмирала позабавили Станислава. Он улыбнулся, взглянул на администратора и ответил командующему:

– Все просто, сэр. Один из внедренных мне нейрочипов содержит автономный блок памяти, полностью контролируемый моим сознанием. Я по собственной воле могу загружать туда сведения, ненужные прямо сейчас, но возможные к применению по ходу какой-нибудь операции, скажем. Туда я и поместил снятые фрагменты памяти раненого агента. Для того чтобы загрузить их в базу вашего терминала нужно всего лишь войти в него и синхронизироваться с операционной системой.

Накамура понимающе закивал головой.

– Тогда, запишите пароль…

– Прошу прощения, господин адмирал, – остановил Станислав. – Мне не нужен ваш личный пароль. Мне вообще ни один пароль не понадобится. Если я синхронизируюсь с операционной системой сети, то заблокировать мне доступ или выкинуть меня на «рабочий стол» не сможет общая сборная лучших хакеров мира. Скорее, наоборот, я их выкину. Причем всех одновременно.

Накамура удивленно переглянулся с администратором.

– Вы очень опасный человек, Станислав, – с улыбкой сказал адмирал.

– Так точно, сэр, – ответно улыбнулся Родимов и положил запястье на считывающую панель сканера. – Преторианец 2305, идентифицировать личность. Синхронизация…

Как и при скачивании памяти мужественного агента, понадобилось очень немного времени для завершения процесса.

– Так быстро? – изумленно спросил адмирал.

– Да, сэр, – подтвердил Станислав. – Это еще долго. Задержка на десять секунд произошла из-за того, что я не копировал файлы на ваш терминал. Я их туда целиком перенес. Освободился от них сам. Мне в голове не нужна секретная информация, предназначенная для Совета. Я видел все, что видела женщина. Уже достаточно.

Теперь Родимов вернулся на место, облюбованное перед тем как уселся в адмиральское кресло. Вновь приподнял бокал с коньяком.

– Господа, прошу прощения у вас обоих. Я знаю, вы умеете в любой обстановке держать себя в руках. Однако позволю все же дать вам добрый совет: выпейте коньяка. Зрелище, представленное вам для просмотра, не для слабонервных, поверьте.

Накамура жестом руки пригласил Гросса приблизиться, чтобы администратор мог видеть экран монитора его компьютера. Сел в кресло и глотнул презентованного генералом Слейтором коньяка.