В своё время появление Настасьи затмило все мои мысли о потерянных возможностях. Ребёнок — это самое чудесное, что может произойти с женщиной.

— Здравствуй, доченька, как хорошо, что ты приехала! — Мама вышла ко мне и начала доставать пакеты из багажника.

— Привет. Мамочка, как ты себя чувствуешь? — Я вышла из машины и забрала сумки у неё из рук.

— Да ничего, уже лучше. Просто немного устала.

Я обняла её и отнесла пакеты на кухню, потом отъехав немного в сторону, припарковала автомобиль.

Мы с мамой обсуждали новости и перекладывали продукты в холодильник. Через некоторое время пришёл папа. Услышав, что у нас будут гости, довольно потёр руки.

— Я сейчас разожгу мангал, а ты дочуня займись маринадом. У тебя любое мясо всегда получается вкусно, мать так не умеет.

Папа не смог удержаться от того, чтобы не подколоть маму, на что она с улыбкой произнесла:

— Такой вредный стал, да я не обижаюсь. Всю жизнь, в начальниках ходил, а на пенсию вышел и командовать некем. Разве, что мной, или курями. Не поверишь, ходит, и выговаривает им, что несутся плохо, Сталина на них нет.

Я засмеялась и пошла на кухню готовить. Мама, распределив все продукты, пришла помогать мне. Она резала, овощи рассказывая про новых соседей, которые оказались очень приятными людьми. Через некоторое время к нам присоединился папа и попросил чай, он с удовольствием слушал наши неторопливые разговоры. По его лицу было видно, что очень рад, хоть и пытался казаться невозмутимым.

— Девочки мои, как же хорошо сейчас, как будто я вернулся в молодость, когда мы жили вместе. Настасья не хочет нас правнуком порадовать? Что за молодёжь пошла, вообще не хотят детей.

Я перевела разговор в другую сторону, сообщив, что мне написала Кристина и надо ехать на станцию, иначе отец опять начал бы свои нравоучения.

Подъехав к железнодорожной станции, я вышла из машины, чтобы встретить подругу. Крис шла с яркой улыбкой на лице, и увидев меня, бросилась в объятия.

— Как я рада тебя видеть! — воскликнула она.

— Я, тоже Крис! — поцеловав подругу, потянула в сторону парковки, — поехали быстрее, там отец уже жарит шашлык. Приедем как раз к горячему.

Мы вернулись на дачу, и пространство сразу наполнилась весельем, поцелуями и объятиями. Кристинка, как всегда, приехала с подарками для родителей. Маме привезла какой-то жутко полезный крем, который по её рассказам творил чудеса. И если им пользоваться регулярно, то морщинки исчезнут, и бабушки вновь становятся девушками. Потом она, подмигнув папе, достала из сумки бутылочку коньяка и презентовала ему со словами.

— А это чудесный напиток, для брутальных мужчин…Который делает их весёлыми и привлекательными для своих любимых. А вот для маленьких сорокалетних девочек, сойдёт винишко. — Кристина, как фокусник доставала из сумки всякие вкусности, и мы весело смеялись.

— Все девоньки, давайте к столу, у нас уже всё готово. Пойдёмте, только посуду принесём. — Мама развернулась и пошла в летнюю кухню, мы с Кристиной поспешили ей на помощь. Папа любовно разглядывал бутылку дорогого спиртного и покорно ждал, когда мы уже вернёмся. Запах жареного мяса нагонял аппетит.

Вечер прошёл незаметно. Мы сидели на веранде, пили чай и обсуждали все на свете. В такие моменты я понимала, как важно ценить эти простые радости жизни, проводить время с близкими и друзьями.

— Спасибо, что приехала Крис, — сказала я, глядя на неё. — Без тебя этот день был бы совсем другим.

— Да ладно тебе, — улыбнулась она. Мы всегда должны поддерживать друг друга. Это самое главное. Завтра помоем окна твоей маме и сгоняем к моей. К счастью, она себя хорошо чувствует, записалась в какой-то кружок. У неё кавалер появился, партнёр по танцам. Она прям молодится, и настроение замечательное. Очень обрадовалась, что мы заскочим.

Кристина немного помолчала, а потом спросила:

— Мариш, ты Ольке не звонила? Что-то я беспокоюсь, на сообщение не отвечает, звонки сбрасывает.

Я пожала плечами и начала собирать тарелки.

— Нет. Я ей не звонила, как-то не было времени, хочешь заехать к ней?

Кристина достала сигарету из сумочки, прикурила и через две затяжки погасила, брезгливо отодвинул от себя пепельницу.

— Да, когда же я уже брошу? Вот не хочу, а тянет периодически. Марин, Руслан сказал, что ему видно невооружённым взглядом, будто Оля влюблена в Сашку.

Она вскочила и начала помогать мне. Я стояла и переваривала информацию. Такие мысли тоже иногда меня посещали, но я настойчиво гнала их от себя.

Крис принесла мокрую тряпку, начала вытирать стол, и, не глядя мне в глаза, сказала:

— Веришь, Марин…Очень мучительно дались мне эти дни, хотела промолчать, и типа разбирайтесь сами. Не хочу быть виноватой. Я ей звонила, думала поговорить, но она трубку не берёт. Понимаешь, я чувствую себя хреново от всей этой ситуации…Ты мой родной человек. Мне всё равно на Ольку, Сашку и кого-то другого, но не сказать тебе, значит предать. Хотя я прекрасно понимаю, что тот, кто приносит плохую весть, того казнят. Может быть, ему просто показалось, но она действительно последнее время ведёт себя очень странно.

Я посмотрела ей в глаза, обняла и сказала:

— Пойдём спать, утро вечера мудреней. Молодец, что сказала, мне тоже иногда так казалось. Зато теперь понятно, что я не дура. Время расставит всё по своим местам.

Амир

Дорога до аэропорта пролетела незаметно. Мы обсуждали план действий, просматривали документы и делились догадками. Вопросов было больше, чем ответов, и каждый из них мог стать ключевым в нашем случае.

Пройдя регистрацию, не спеша, направились к выходу на посадку. Я не мог избавиться от чувства, что за нами кто-то наблюдает. Руслан заметил мою тревогу и тихо спросил:

— Что-то не так?

— Не знаю, — ответил я, — просто ощущение, что за нами следят.

Мы сели в самолёт, друг достал телефон и открыл сообщения. По его непроницаемому лицу я понял, что он явно на взводе.

Руслан мельком глянул на меня, затем на телефон, и прищурившись, наклонился ко мне поближе.

— Ты был прав брат, нас пасут. — прошептал он.

Я напрягся, но постарался сохранить спокойствие. Кивнув на его телефон, спросил:

— Что там?

— Только что получил сообщение от нашего источника. Ребята Саида их вычислили. Постараются не упустить, получить информацию, и по возможности выявить дислокацию. — Руслан снова уставился в экран телефона.

Я видел, как его пальцы лихорадочно бегали по клавиатуре, отправляя какое-то сообщение. Через несколько секунд он снова поднял глаза и тихо произнёс:

— Они подтверждают. Мы под наблюдением. Более того, я не удивлюсь, что и сейчас тоже.

— Вот чёрт… — прошептал я, почувствовал, как холодок пробежал по спине. — Что будем делать?

Руслан убрал телефон и выдохнул:

— Теперь надо подумать, как незаметно вычислить слежку, если она есть. Потом передать информацию ребятам, которые встречают нас в аэропорту.

Я начал осторожно осматриваться, пытаясь увидеть что-то необычное среди пассажиров. Всё выглядели погружёнными в свои дела: кто-то читал книгу, кто-то смотрел фильм, большинство просто сидели с закрытыми глазами. Но ощущение опасности не исчезало. Казалось, каждый взгляд в мою сторону был пристальным и подозрительным.

— Что ты думаешь по этому поводу, как лучше сделать? — спросил я, чувствуя, как сердце стучит где-то в горле. От избытка адреналина немного потряхивало.

— Мы должны оставаться спокойными, — сказал Руслан, словно читая мои мысли. — И не привлекать внимания. Сейчас прорабатываю несколько вариантов. Самое важное — доехать до места без инцидентов. Потом будет проще.

Я кивнул, взяв себя в руки. В конце концов, вряд ли они рискнут так явно выдавать себя. Спокойствие — это то, что нам сейчас нужно. Дальше будем действовать по обстоятельствам.

Самолёт начал движение к взлётной полосе. Я закрыл глаза, пытаясь сосредоточится, но в голове крутилась только одна мысль: насколько далеко, готовы зайти эти люди, чтобы остановить нас?